В ворота зла ударил он —
Бесстрашный номов властелин.
Средь мрачных башен и вершин
Звенел, теряясь, одинок,
С зеленой перевязью рог.
Финголфин от подножья скал
Свой безнадежный вызов слал:
«Приди, врата открыть вели,
Проклятье неба и земли!
Приди, тиран, сразись со мной
Своим мечом, своей рукой!
Ты, трус из крепости-тюрьмы,
Ты, злобное исчадье тьмы,
Ты, недруг эльфов и Богов,
Кто в битву посылать рабов
Из-под защиты стен привык!
Я жду. Приди! Яви свой лик!»
И Враг пришел. Глубинный трон
За годы битв покинул он
В последний раз; тяжелый шаг
Будил, тревожа сонный мрак,
Рокочущий подземный гул.
Железом венчан, он шагнул
Вслед тени, за пределы врат —
Закованный в сталь черных лат,
И с черным, без герба, щитом.
Над лучезарным королем
Навис он тучей и подъял
Гронд, молот преисподней. Пал
Вниз молот смерчем огневым,
Сминая скалы. Взвился дым,
И, камень гор разъединя,
Взметнулись языки огня.
Финголфин, словно светлый луч,
Слепящий блик под сенью туч,
Отпрянул вспять, успев извлечь
Разящий смертным хладом меч —
Эльфийский Рингиль: край стальной
Искрился льда голубизной.
Семь раз врага он поражал,
Семь раз крик боли сотрясал
Земную твердь, звеня в горах,
Рать Ангбанда ввергая в страх.
Со смехом орки говорят
О битве у проклятых врат, —
Однако эльфы в старину
Помимо этой – лишь одну
Сложили песнь, – когда земля
Прияла тело короля,
Как рек Торондор, Князь небес, —
И скорбь объяла Эльфинесс.
Три раза на колени был
Финголфин брошен что есть сил, —
И трижды вновь вставал с колен,
И поднимал, непокорен,
Свой иссеченный шлем и щит,
Где звездный свет с металлом слит.
Ни тьма, ни сила одолеть
Их не смогли – покуда твердь
Не испещрили тут и там
Пробоины глубоких ям.
Финголфин, обессилев, пал,
Споткнувшись. Тяжелее скал
Ступня лежащему во мгле
Пригнула голову к земле.
