И голоса раздался звук:
«Прощай, соратник мой и друг,
Отважный Берен! Ныне дом
Я обрету в краю ином.
Разбилось сердце у меня,
Кровь стынет, тело леденя.
Я силу исчерпал до дна,
Разъяв оковы колдуна,
И волчий клык пронзил мне грудь.
Я ухожу в далекий путь
К Тимбрентингу, – там ждет покой,
Там ходит кубок круговой
Промеж Богов, и осиян
Лучистым светом океан».
Так умер ном. О том рассказ
Жив в песнях эльфов посейчас.
Печали не избыв в слезах,
В отчаянье забыв про страх,
Ждал Берен, чтоб раздался шаг
Иль голос – близкой смерти знак.
Безмолвие – черно, мертво,
Стеной смыкалось вкруг него,
Как в склепе древних королей,
Что под покровом лет и дней
На глубине погребены
Во власти вечной тишины.
Но раскололась тишина
На серебристые тона.
Власть тьмы сломив, напевный зов
Заклятый холм, замок, засов
Смог силой света превозмочь.
Вкруг Берена соткалась ночь,
Как звездами расшитый плат.
И шорохи, и аромат
Нахлынули из темноты.
Коснулись тонкие персты
Флейт, и свирелей, и виол;
Рулады соловей завел;
И та, кого, сколь помнит свет,
Прекрасней не было и нет,
В лучистый шелк облачена,
Кружилась на холме одна.
Во сне пригрезилось ему —
Он песней разгоняет тьму;
Песнь Севера, зовя в поход,
Бессчетным страхам вызов шлет,
Одолевая силы зла;
Дрожат и башня, и скала,
И огнь серебряный с высот
Пылающий Шиповник льет —
Семь Звезд, что Вардой зажжены
На небе северной страны,
Как свет во тьме, надежды знак:
Чтоб помнил и страшился Враг.
«О Хуан! Вслушайся, внемли:
Песнь льется из глубин земли, —
Песнь Берена, чей голос мне
Звучал в скитаньях и во сне», —
Шепнула дева в темноту.
В плащ запахнувшись, на мосту
Она запела, – эхом звук
Окрест разнесся и вокруг,
В глубины устремясь и ввысь,
И камни стен отозвались
От недр до каменных высот,
