Зачем здесь твари Ту кишат,
Зачем не молкнет волчий вой», —
И нашептал совет-другой,
Внушая выбор нужных слов.
«Мы ехали травить волков, —
Рек Келегорм. – Немал отряд,
Но сможем совладать навряд
Мы с цитаделью островной.
Не малодушье в том виной!
Теперь охоту мы прервем,
Назад поскачем прямиком,
Чтоб дома изыскать пути
Из плена Берена спасти».
Так братья деву увезли
В пределы нарогской земли.
Предчувствий тягостных полна,
Вздыхала горестно она,
Страшась задержки: мнилось ей —
Не шпорят всадники коней.
Скачками Хуан мчал вперед
И дни, и ночи напролет,
И, то и дело глядя вспять,
Тревожился, не мог понять,
Зачем так мешкает отряд,
Зачем не сводит жадный взгляд
С прекрасной девы Куруфин?
Помнилось псу не без причин,
Что древнего проклятья зло
Как тень на Эльфинесс легло.
Крушился, сердцем удручен,
О храбром Фелагунде он,
О Берене, попавшем в плен,
О милой деве Лутиэн.
А в Нарготронде той порой
Под струнный звон шел пир горой,
Огней горело без числа,
И слезы Лутиэн лила.
Ей не давали прочь уйти,
Ее держали взаперти;
О колдовском своем плаще
Просила пленница вотще,
Напрасны были все мольбы;
Увы, на произвол судьбы
Покинуты, ей мнилось, те,
Кто изнывает в темноте,
На смерть и муку обречен,
И вторит эху – боли стон.
Не тайной было для страны,
Что Феаноровы сыны
Принцессу держат под замком,
Что нету к Берену ни в ком
Сочувствия, и нет нужды
Спасать двум братьям из беды
Немилого им короля,
Что в путь пустился, распаля
Вражду былую. Суть интриг
Ородрет понял и постиг:
Оставить короля в плену,
Прибрать к рукам своим страну
И с Тинголом связать родством
Дом Феанора – не добром,
Так силой. Но народ был глух
К его речам; лишь братьев двух
Чтил Нарготронд, лишь им внимал,
Презрев наместника, вассал.
