Джон Рокфеллер – Как я стал миллиардером (страница 9)
Я не принимаю участия в делах Standard Oil Company уже четырнадцать лет, поэтому имею полное право сказать об этом во весь голос.
У компании никогда не было и нет какого-то тайного рецепта успеха. Нельзя сказать, что она обязана своим процветанием работе какого-то отдельного человека – только слаженному труду всех ее добросовестных служащих. Если те, кто сегодня стоит во главе Standard Oil Company, опустят руки, или позволят упасть качеству продукции, или проигнорируют потребности клиентов, сколько компания продержится на плаву? Изучая ее отчеты, можно решить, что раз Standard Oil Company так влиятельна в нефтяной отрасли, то ее правление собирается лишь для распределения дивидендов. Раз у меня есть такая возможность, хочу на этих страницах поблагодарить всех работников компании за труд не только во благо Standard Oil Company, но и во благо всей экспортной торговли страны: бо́льшая часть нашей продукции уходит за пределы Штатов. Если бы у руля Standard Oil Company стояли не такие компетентные директора, как сегодня, я бы уступил свою долю любому по предложенной цене. Чтобы добиться развития и процветания, в любом бизнесе необходимо ставить во главе его самых способных, разумных и ответственных руководителей. О том, как создавалась компания и какие цели перед собой ставила в начале своего существования, расскажу немного позднее.
Синдикаты нашего времени
Я знаю, что люди не слишком доверяют синдикатам, и это вполне объяснимо: синдикат, как и любой человек, может быть порядочным и непорядочным. Только стоит ли грести под одну гребенку всех, если довелось столкнуться с непорядочностью одного? Синдикат отличается особой формой и характером. Это надо учитывать, как и то, что сегодня порой даже самые мелкие фирмы стремятся организовать синдикат, который является выгодным альянсом для всех участников.
В наши дни особенно активно идет объединение капиталов. Если бы современные синдикаты соблюдали интересы других, подобные объединения не настораживали бы даже самую осмотрительную публику. Эпоха личностной конкуренции, увы, канула в Лету. Возможно, пришло время обсудить, не пора ли возрождать ручной труд, отказываясь от машинного оборудования. Если трезво взглянуть на эту мысль, то рациональное зерно найти в ней несложно. Вдумайтесь, насколько увеличится количество членов синдиката, – или, иначе говоря, какие капиталы хлынут в предприятие. Необходимо добиваться от правления понимания своей ответственности и объяснять заинтересованным лицам, что, лишь всесторонне изучив вопрос, можно выступать с критикой и замечаниями.
Мне не однажды пришлось делиться своим мнением о подобных объединениях, и оно до сих пор неизменно. Поскольку синдикаты вновь привлекли к себе внимание публики, я без труда выскажу его снова.
Выгода синдикатов в том, что происходит объединение и участников, и капиталов. То, что не по силам одному, становится по плечу двоим. Совместные усилия, даже в минимальном количестве, намного выгоднее. Уменьшение размеров каждого производства нужно предоставить любому производству по отдельности. Если бизнес невелик, достаточно и пары партнеров, но, если он начинает расширяться, приходится брать в дело больше компаньонов и больше средств. Бизнес может приобрести такой размах, что обычной торговой компании будет не хватать, и тогда потребуется организовать что-то более значительное. Компания во многих странах является самой удобной формой для предприятий, не выходящей за границы данного государства. Но в США особая форма правления – это союз, где в каждом отдельном штате существует собственное законодательство. Это способствует тому, что многие фирмы, ведущие дела через общие группы агентов, объединяются в сообщества в тех штатах, где ведут свои дела. Они вынуждены вести бизнес не с большим альянсом, а с агентствами, представляющими интересы различных сообществ. Когда же компания выходит за пределы Америки, а сейчас наши предприниматели осознают необходимость выходить на зарубежные рынки, существующее положение дел вынуждает учреждать в других государствах свои союзы, поскольку Старый Свет так же недоверчиво относится к синдикатам, как и Новый. Отчасти эти объединения представляют собой группы агентов того же бизнеса и связаны теми же выгодами, что обеспечивает им совместное владение.
Когда такие промышленные альянсы стали повседневным явлением, уже отпадает смысл спорить об их пользе или вреде. Когда возникает потребность распространить свой бизнес по всей территории союза и в итоге за рубежом, организация синдиката из более чем одного союза становится необходимой. Подводный камень здесь один: право, получаемое от синдиката, может быть направлено во вред – образующиеся синдикаты способны, не ведя бизнес, просто спекулировать ценными бумагами, тем самым вызывая подорожание, пусть и временное, а не удешевление продукции. Такой произвол может возникнуть в любом торговом союзе, какого бы размаха он ни был. Но отказываться из-за этого от существования синдикатов – все равно что отвергнуть навсегда паровые двигатели из-за того, что есть риск их взрыва. Пар можно укротить, а без него теперь уже не обойтись; так и синдикаты можно взять под контроль, признавая, что они стали необходимостью. Иначе правительство будет вынуждено согласиться со своей некомпетентностью в обращении с таким бесценным инструментом нынешней промышленности.
Я рассказал о том, какой закон в отношении промышленных союзов мог бы предложить еще в 1899 году на заседаниях Промышленной комиссии. Во-первых, единый для всех штатов закон, облегчающий создание и при возможности контроль синдикатов. Во-вторых, собственный для каждого конкретного штата закон, помогающий притоку средств и работе отдельных лиц для развития коммерции, естественно под присмотром штата, не допускающим нанесения ущерба росту промышленности и мошенничества с публикой. Прошло десять лет с момента тех моих предложений, но я и сегодня смотрю на эту проблему и ее решение так же.
Новые перспективы
Не думаю, что подобные меры как-то неблагоприятно скажутся на благосостоянии отдельных членов общества. Наступающая эпоха процветания совершенно точно даст пропуск новому поколению к великолепным возможностям. Нередко я слышу, как молодые люди сетуют на то, что им не видать уже тех счастливых шансов, которые выпадали на долю их отцов и дедов. Как же мало эти юные души осведомлены о тех испытаниях и напастях, что преодолевали мы! Когда я был молод, дел было невероятно много, но полностью отсутствовали инструменты для работы. Нам приходилось идти к своим целям неведомыми путями, будучи неготовыми к подобным невзгодам. Чудовищных усилий стоило найти капитал, а кредиты выдавали в ходе тайных сделок. Сегодня в нашем распоряжении целая система ведения коммерческих операций, финансовой оценки, а в те времена мы полагались только на волю случая, становясь жертвами этой азартной игры. Давайте оценим, как это было когда-то и что есть сейчас.
Благоустроенность нашей жизни и возможность работы увеличились многократно. Источники благосостояния США сегодня лишь начали открываться и полны до краев. Отечественные рынки обширны, и мы едва приступили к выходу на иностранные, где есть все шансы торговать, на рынки стран, еще очень далеких от уровня нашей экономики. Четверть населения планеты, проживающая на Востоке, лишь недавно начала выходить из спячки, длившейся не одно столетие. Поколение, сменившее нас, получает в дар столько всего, что жизнь отцов покажется им жалким прозябанием. Мне чужд пессимизм, но, если речь заходит о грядущих мирных завоеваниях американского народа, я не испытываю воодушевления на эту тему. Сколько всего надо предпринять, чтобы получить максимальную выгоду из этих блестящих возможностей. Едва ли не главнейшей задачей является утверждение нашего величия в каждом уголке планеты.
Хочу верить, что наши колоссальные предприятия вырастут до того, что зарубежные капиталисты признают, в конце концов, преимущества вложения своих средств в акции нашей страны. Американцам тогда останется лишь обеспечить порядочные и открытые отношения с рискнувшими на такой шаг иностранными друзьями, чтобы им не пришлось пожалеть о приобретении наших ценных бумаг.
У меня есть полное право это заявлять, поскольку я – вкладчик невероятного количества обществ, чьи действия не могу контролировать (кроме одного небольшого с весьма скромными дивидендами) и, значит, завишу от порядочности и мудрости их руководителей. Но я глубоко убежден, что их дела ведутся с опорой на все те принципы, которые только что перечислил выше.
Деловой человек в США
Сейчас только ленивый не жалуется на охватившую общество жадность. Если верить этим утверждениям, приходишь к выводам, что американцы – нация крохоборов. Такое впечатление создают печатные издания, чья роль, как известно, по большей части сообщать о том, что является из ряда вон выходящим. Ни одна газета не станет печатать, что кто-то, как всегда, отправился на службу, отработал и благополучно вернулся домой. Прессу интересует лишь нечто странное или ненормальное, случившееся с кем-то. Но из-за того, что какую-то личность случайно занесло на передний план, не стоит делать вывод, что подобные происшествия – норма в его буднях. Не буду спорить, журналисты – люди весьма впечатлительные и порой работают не столько из-за денег, сколько из-за самой возможности найти что-то необыкновенное и сенсационное. Эта деятельность захватывает чем-то большим, чем финансовый доход. Признаться, я не склонен оценивать все с позиции денег. Будь все так, мы действительно являлись бы нацией крохоборов, а не нацией потребителей. Я никогда не соглашусь, что американцы настолько ограниченны, чтобы погрязнуть в зависти к чужим достижениям. Нашему народу свойственны честолюбие и дух соревнования, заставляющие в ответ на победы других пытаться добиться еще больших высот. Но эти попытки не несут злого умысла, и видеть в нас такую узколобость не слишком умно.