Джон Рокфеллер – Как я стал миллиардером (страница 10)
К предположениям прессы о положении финансовых дел (как же газеты любят эти прогнозы) стоит относиться с юмором. Не могу не вспомнить в связи с этим отличное чувство юмора моего соседа-ирландца. Совсем рядом с моим домом он построил до крайности нелепое жилище, которое своим цветом и стилем вызывало у меня головную боль. Наши взгляды на архитектуру расходились настолько, что я сделал все, чтобы не видеть этот шедевр – посадил несколько деревьев вдоль того дома со своей стороны. Другой наш сосед тут же поинтересовался у ирландца, с чего бы это Рокфеллер высадил целый парк. На что ирландец со всей остроумной живостью сказал: «Все просто – он завидует моему богатству и не хочет любоваться им изо дня в день!»
Люди вели себя во времена моей молодости совершенно так же, как и сегодня. Как только предпринималось что-нибудь для улучшения коммерции в целом, сразу же всякий деловой человек выискивал самые веские доказательства, что его бизнес исключительный, стоящий на особом счету. Любую глупость, всякий неверный шаг в деле оправдывали тем, что других вариантов не было. Коммерсант оказывался вдруг единственным, кому пришлось продавать дешевле из-за происков конкурентов, ведь его-то положение было совершенно не таким, как у остальных. Сложно было доказать таким людям, что блестящего шанса, ведущего к настоящему триумфу, можно ожидать до скончания времен.
Были и те, кто никак не мог разобраться, что именно принесло им успех. Будучи вполне умными людьми, они не могли понять из отчетов, что несет им прибыль, а что опустошает карманы. С подобными конкурентами бывало очень трудно договориться. Трезвое размышление давалось им нелегко. Кому-то даже просто открыть отчеты, раз дела идут из рук вон плохо, было страшно – не хотелось признавать реальное положение дел. Правление Standard Oil Company с первого дня строго вело отчетность. У нас всегда было полное понимание, где мы понесли убытки, а что принесло прибыль. Мы никогда не обманывали сами себя.
Мой подход к ведению бизнеса, конечно, несовременен. Но основные правила коммерции не могут устареть. Временами мне кажется, что немало американских предпринимателей при всей их бойкости, рациональности и ловкости весьма вольно трактуют правила деловой практики. О том же, что бизнес требует добросовестного и вдумчивого подхода, я тут и упоминать не буду. Многим удалось уверить себя, что можно избежать ответственности, просто не вспоминая о ней. Но законы природы не обойти, и чем скорее ты примешь истину, тем легче и проще тебе будет.
Много разговоров ведется об оплате труда. К примеру, по какой причине оклады на железных дорогах должны всегда быть достаточно высокими? Каждый работник достоин своей зарплаты, но не более того, и его деятельность должна соответствовать получаемому окладу. Если его снизить, человек перестанет получать ту сумму, которая им действительно заслужена, и дойдет до нищеты, поскольку вся его жизнь зависит от зарплаты. Но завышать экономические условия или подменять законы экономики тоже не стоит. Тогда провал гарантирован. Кто-то скажет, что это и так всем давно известно. И пусть это выглядит устаревшим и набившим оскомину, но почему же тогда так много людей, игнорирующих это правило, каким бы навязшим в зубах оно ни представлялось? Деловым людям необходимо реагировать на изменения и приспосабливаться к ним постоянно, как к погоде. Иногда я ощущаю, что наша нация начинает верить, будто можно проложить кратчайшую дорожку к успеху, и что такая дорожка уже найдена. Но нет другой дороги к успеху, кроме знакомства с реальными обстоятельствами, фактами и неустанного труда на основе полученных знаний. Немало состоятельных людей не оставляют свой бизнес, даже когда это вполне позволяют все условия. Они либо отказываются от жизни бездельника, либо, признавая свои реальные заслуги, хотят воплотить те проекты, которые вызывают доверие, либо ощущают внутреннюю необходимость поставить на надежный фундамент бизнес для своих соратников и сотрудников. Эти последние и есть достойнейшие творцы будущего нашей страны. Не представляю, что было бы с отечественной промышленностью, если бы крупные капиталисты, сколотив состояние, уходили на покой. Нельзя отказывать людям в праве на выход из дела. Если же человеку повезло, в итоге он берет на себя какую-то должность и ответственность, а немалому числу наших организаций, созданных для взаимопомощи, просто необходимы не только средства, но и опытные руководители.
Немало среди этих предпринимателей тех, кто настолько вовлечен в свою работу, что не имеет даже времени отвлечься на что-то другое. Увлекшись каким-то делом, выходящим за рамки его собственного и вознамерившись собрать для него средства, такой человек всегда подходит, словно смущаясь своей смелости, с извинением.
Неоднократно я слышал от таких людей: «Я не нищий». Все, что я могу сказать в ответ: «Очень жаль, что вы именно так видите это».
Я всегда был просителем, опыт в этом деле для меня крайне важен и значителен, я даже планирую написать об этом отдельную главу.
Бизнес-опыт и убеждения
Заниматься железными рудниками и торговлей железом я начал случайно. Подтолкнула меня к этому тяга взваливать на себя как можно больше новых хлопот и ответственности. Сопротивляться этому я никак не мог, поскольку неудачное вложение средств в северо-западных штатах вынуждало меня к этому.
Предприятие, в которое я ввязался, включало в себя рудники, сталелитейные заводы, плавильни, лесные склады, гвоздарные и бумажные фабрики, железные дороги и многое другое. Я не был крупным пайщиком, поэтому никак не мог влиять на дела этих предприятий или на производство. Далеко не каждое из них приносило доход. Но накануне грандиозной паники 1893 года ценные бумаги заметно подросли. Это вынудило многих вполне состоятельных людей, столкнувшихся с такой суровой действительностью, признать, что обстоятельства не вполне таковы, какими они привыкли их считать.
Мне не пришлось увидеть большую часть этих предприятий, и представление о них я составлял, опираясь на информацию других, более сведущих в подобных делах людей. Я не пытаюсь даже оценивать такие производства, исходя из собственных знаний, – предпочитаю полагаться на тех, кто значительно лучше разбирается в этом вопросе.
Уже в тот момент я нередко размышлял, а не пора ли отойти от дел, и только паника мешала мне удалиться на покой, о котором я давно мечтал. И тут, на мою удачу, произошло наше знакомство с Фредериком Т. Гейтсом, членом «Американского баптистского общества воспитания». Он был настолько увлечен делом этой организации, что исколесил все штаты, представляя ее интересы.
Тогда меня посетила мысль о том, не поможет ли мне Гейтс, человек с трезвым умом, пусть даже не обладавший специальными познаниями о производстве и рудном бизнесе, добыть достоверную информацию о доходности этих предприятий. Гейтс отправился на юг, а я предложил ему собрать сведения о плавильном заводе, мимо которого он должен был проезжать.
Информация, предоставленная этим человеком, была предельно полной и четкой и подтверждала все – пусть и не самые обнадеживающие меня – данные. Вскоре он собрался на запад, и я вновь вручил ему список предприятий, акционером которых был, хоть и с незначительными паями. Мне говорили, что эти производства медленно, но верно идут в гору. Нетрудно вообразить, что я испытал, когда из предельно прозрачного и точного отчета выяснил, что предприятия, когда-то описанные мне как бездонная сокровищница, вот-вот разорятся, если дела на них будут идти по-прежнему.
При следующем нашем разговоре с Гейтсом я предложил ему работу, чтобы помочь мне разобраться во всем этом бизнесе. Я пообещал при этом, что его личные значимые планы, включавшие в себя филантропические устремления, никак не пострадают от того, что он станет деловым человеком. Скажу сразу, что Гейтс был наделен редкими коммерческими талантами, которые мастерски развивал и использовал, способностями, становившимися совершенно бесценными от его горячего стремления принести людям пользу с помощью значительных благотворительных дел. Сейчас Гейтс является главой «Всеобщего союза воспитания», но в то же время приносит пользу во многих других обществах. До того он не один год был активным сотрудником Standard Oil Company, содействовавшим компании в задуманных ею начинаниях, искренне верившим, что наши планы – нечто более значительное, чем единичный благотворительный жест.
Гейтс очень долго был в курсе практически всех моих личных дел. За это время мы пережили немало кризисов и провалов. Он всегда облегчал мою ношу, снимая груз переживаний и забот, оставляя мне время на отдых, хобби и на то, чтобы обдумать дальнейшие шаги. Его труды по организации нашей «Палаты воспитания», скрупулезные отчеты о тех медицинских областях, которые требуют особого внимания и глубоких исследований, а также множество других инициатив, направленных на самые благие цели, уже нашли свои воплощения и стали более чем успешными. Уже лет десять-двенадцать бок о бок с Гейтсом в этом направлении движется мой сын, совсем недавно на тот же путь ступил и Стар Дж. Мэрфи. Но человеку, столько лет самоотверженно несшему эту ответственность, моему другу Гейтсу, я хочу отдельно засвидетельствовать то глубокое уважение, которое он действительно заслужил.