Джон Рескин – Лекции об искусстве (страница 78)
Может быть, мне следовало в качестве образца горных форм выбрать такие тщательно выработанные произведения, как
§ 24. Самые существенные истины горных форм особенно трудно поддаются исследованию
Полное рассмотрение всех горных рисунков должно быть отложено до того момента, когда мы будем в состоянии проверить их на основании принципов красоты, потому что в конце концов самыми главными свойствами линий, теми, от которых зависит правильная передача характера гор, являются те свойства, которые можно объяснить и иллюстрировать, только обратившись к нашему чувству прекрасного. Я думаю, что существует такое выражение горных линий в природе, которое мне удастся впоследствии объяснить, но его не сведет к линии или к правилу, его не измерит углами, не опишет циркулем; его не расчленит геолог, из него не создает уравнения математик. Оно неуловимо, не доступно исчислению; его нужно чувствовать, а не понимать, нужно любить, а не разуметь: это — музыка очей, мелодия сердца, которой истинность познается только по ее гармоничности.
Не повторяясь до надоедливости, я не могу приступить к надлежащему обсуждению горных рисунков других современных художников.
§ 25. Произведения других современных художников. — Кларксон и Стэнфилд
Мы имеем, к счастью, нескольких художников, которые также глубоко поняли и верно передали истины, с такой полнотой изображенные Тернером; впрочем, для совершенного изображения этих истин необходимо необычайное соединение свободы мысли и совершенного мастерства, победа над величайшими техническими трудностями, и мы едва можем ждать, чтобы подобной победы в наше время добился даже один человек. Почти те же слова, которыми мы охарактеризовали рисунки Тернера, изображающие центральные облака, можно применить к тем рисункам, где он передает нам истины гор. Он занимает по отношению к другим художникам такое же положение в деле изображения земли, как и облаков. Никто не рисовал гор так реально, как он, никто с таким совершенным мастерством не победил их органического развития, но его произведениям не хватает чувства и индивидуальности. Он в совершенстве изучил и овладел своим предметом, но он слишком полагается на это прошедшее знание, он скорее извлекает свои горы из приобретенных им запасов знания, чем выражает в них новые идеи, взятые из природы. Вследствие этого во всех его произведениях мы слишком чувствуем, что эти горы — его специальные горы. Мы не можем поручиться, что это именно хребты и своеобразные выступы, которые выдаются на Ишийском конусе или покрывают тенью волны Лаго-Маджоре. Напротив, мы почти уверены, что только контуры их имеют местный характер, а вся масса создана в студии. Мы уже показали (отд. I., гл. III), что частные истины важнее общих, и здесь перед нами один из тех случаев, к которому это правило особенно применимо.
§ 26. Значение частной и индивидуальной истины в горном рисунке
Ничто не может быть таким великим признаком истины и красоты в горном рисунке, как проявление индивидуальности; никогда истинное воображение и изобретательность не доказываются так ясно, как тогда, когда кажется, что ничто не выдумано и не изобретено. В каждом дюйме горы мы должны чувствовать, что она должна существовать в действительности, что если бы мы жили вблизи этой местности, мы узнали бы каждую скалу, и что должны быть люди, которых каждая трещина, каждая тень в картине навевает воспоминания, рисует целые образы. Момент, когда художник дает нам почувствовать это, наступает тогда, когда он сумеет заставить нас думать, что он лично не сделал ничего, что все сделала природа; в этот момент он облагораживается, он доказывает свое величие. Как скоро мы помним о художнике, мы не можем уважать его. Более всего мы чтим его, когда забываем о нем. Он велик тогда, когда невидим. Мы позволяем себе высказать каждому, что Стэнфилд, если он только желает прогрессировать в качестве художника, станет (по нашему убеждению, он должен это сделать) обращать больше внимания на местный характер и будет давать нам меньше стэнфилдова известняка. Он обязан изучать с большим вниманием скалы, которые заключают в себе более тонкие разделения и больше тонких частей (сланец и гнейс). Он обязан с большей любовью и правдивостью соблюдать правила и линии прекрасных выпуклостей и изгибов, вставляя которые, природа резче оттеняет энергию остроконечных очертаний. Стэнфилд в настоящее время склонен быть слишком грубым; вследствие этого он упускает величину. Я думаю, что в качестве образца его лучших горных рисунков нельзя указать лучшего примера, как скалы
Коплей Филдинг производит особенно изящное и сильное впечатление в рисунках, изображающих низшие горы.
§ 27. Произведения Коплей Фильдинга. Высота его чувств
Но с его горами происходит то же самое, что и с облаками; пока он держится серебристой пелены с туманными очертаниями или пурпурных теней, смешанных с вечерним светом, он правдив и прекрасен, но когда он вырывает массу из облекающей ее таинственности, он погиб. Его худшие рисунки поэтому те, на которые он затратил наибольшее количество времени, потому что он всегда обнаруживает слабость, когда изображает детали. Мы убеждены, что причиной всех его ошибок (как мы отметили уже) служит то обстоятельство, что он не рисовал карандашом; если бы он создавал ежегодно половину тех картин, которые он обыкновенно производить, и тратил бы остальную половину времени на строгое и внимательное изучение форм, то эта половина его произведений стала бы вдвое более ценной, чем прежние все. Он обладает глубоким и истинным пониманием характера гор и далеко превосходит всех других наших акварелистов умением постигать расстояние, высоту, легкие цвета и все те свойства, которые составляют поэзию гор; нельзя не чувствовать глубочайшего сожаления, что он с этими тонкими формами не соединил искусства исполнения, которого можно достигнуть при помощи небольшого труда. Несколько совершенных этюдов, изображающих его любимые горы, Ben Venue или Ben Cruachan в ясной, выразительной, лицевой светотени этюдов, в которых нет ни цвета, ни тумана, ни каких-нибудь двух способов изображения почвы, а есть просто только рисунок, — несколько таких этюдов могли бы, по нашему мнению, открыть ему глаза на источники красоты, которых он не знает в настоящее время. Впрочем, он не должен так часто повторять одни и те же сюжеты, потому что придумывание средств для их разнообразия притупляет чувство правды. Он должен помнить, что художник, который не подвигается вперед, идет почти несомненно назад, и это прогрессивное движение не создается работой в студии или трудом, направленным на повторение неизменяющихся идей.
Гардинг прекрасно рисовал бы горы, если бы он придавал им более важное значение в своих композициях; обыкновенно они служат у него только задним планом для его листьев и построек, а его система заключается в том, чтобы набрасывать задний план слегка. Некоторые лучшие его изображения зеленых и дернистых масс наших низших гор можно отыскать в рисунках Блеклока; я жалею, что не отметил раньше спокойной и серьезной простоты и нежного чувства горных рисунков Вильяма Тернера из Оксфорда[79].
Глава IV. Передний план
Нам остается вкратце проследить те отличительные черты скал и почвы, которым упомянутые нами большие массы обязаны окончательной выработкой своего характера.
Мы уже видели, что существует резко выраженное различие между этими состоящими из слоев скалами, пласты которых аморфны и не имеют подразделений (как например, известняк и песчанник), и теми, которые разделены линиями распластывания (как сланец). Скалы этого последнего рода чаще встречаются в природе и составляют бóльшую часть всякого горного пейзажа. Впрочем, даже из новейших пейзажистов, если не считать Тернера, немногие успешно боролись с ними; что же касается древних, то у них нет ни одного примера, где видна была бы попытка передать их или понимание их; передние планы у древних, насколько можно судить о их замыслах среди массы ошибок, составляются из туфа и травертина низших Апениннских гор (самых уродливых и наименее характерных скал в природе); более крупные черты горного пейзажа у старинных художников, если мы во что бы то ни стало хотим отыскать в этих чертах подобие
Массивный известняк разделяется на неправильные глыбы, которые похожи по форме на кубы или параллелепипеды, и оканчивается довольно гладкими равнинами; погода, действуя на края этих глыб, закругляет их,
§ 2. Известняк Сальватора. Настоящие черты скалы. Ее изломы и тупость углов
но мороз, не будучи в состоянии проникнуть или расколоть каменную массу, действует энергично на углы, отламывает круглые куски и дает острые, свежие и сложные края. Вследствие этого углы таких глыб обыкновенно обозначаются ступенями и изломами, в которых специальный характер скалы проявляется наиболее отчетливо. Иногда в известняке эффект увеличивается благодаря тому, что два-три более тонких пласта помещаются между крупными слоями, частью которых была глыба; эти тонкие пласты легко разламываются и дают много трещин и линий на краю отделившейся массы. Таким образом, общее правило заключается в том, что скала бывает характерной на углу, если она вообще где-нибудь должна иметь выражение, и как бы ни была гладка и ровна ее плоская поверхность, скала обыкновенно становится разнообразной там, где она образует угол. В одном из самых тщательных изображений скалы, когда-нибудь появлявшихся на полотне, именно на переднем плане картины