Джон Гвинн – Тень богов (страница 96)
Тогда Скрид, взяв топор обеими руками, коротко рубанул, и лезвие впилось в плечо Агнара, разорвало кольчугу на груди, кровь хлынула потоком, и из груди Агнара вырвался крик, когда он рухнул на колени, уронив меч. Рука со щитом безвольно повисла. Он слепо уставился на великана перед собой, занесшего топор.
– Корм для воронов, – рявкнул Скрид и опустил оружие.
В этот момент Агнар выхватил охотничий нож из-за пояса и пронзил ему ногу. Здоровяк заревел, пошатнулся, и лезвие просвистело мимо плеча Агнара. И тут же Агнар вогнал разбитый щит врагу в горло, и длинные щепки пронзили трахею насквозь.
Скрид обмяк и забулькал, брызнула кровь, Агнар оттолкнул его прочь с громким ревом – и воин повалился, подняв тучу пепла, оседавшего, пока он захлебывался и подергивался на земле подле Агнара.
На равнину опустилась тишина – с неба падал снег, над землей кружил пепел.
Эльвар с криком вскинула копье в воздух, Ратники издали торжествующий рев, колотя оружием по щитам.
– АГНАР, – кричали они, – АГНАР!
Тот привстал, но снова повалился на колени, хватая ртом воздух.
Илска уставилась на него – ее бледное лицо подергивалось. Ее брат стоял с раскрытым ртом, ошарашенный. Илска сделала шаг к Агнару.
Эльвар вылетела из строя к нему, сорвалась на бег.
Позади что-то крикнула Вёрн.
Она услышала за собой топот ног – это бежали Гренд и Бьорр.
– ДРАКОНОРОЖДЕННЫЙ! – крикнула Вёрн, и Эльвар замедлилась. Остановилась, оглянулась на Вёрн.
Фроа стояла на голове своей матери, указывая на труп Скрида, и ее волосы колыхались, словно ветви на ветру.
– ДРАКОНОРОЖДЕННЫЙ! – кричала она. – Я ЧУЮ ТВОЮ КРОВЬ. ДЕТИ ЛИК-РИФА, ВЫ НЕ ПРОЙДЕТЕ БЛИЖЕ!
Эльвар, ничего не понимая, таращилась на нее, а потом вспомнила, как блеснули красным глаза Скрида, вспомнила его противоестественную скорость и силу.
Гренд замедлился и остановился рядом с ней, а Бьорр подбежал к Агнару.
Эльвар повернулась, уставилась на мертвого Скрида, лежащего в пепле рядом с хевдингом Лютых, потом – на шагающих к нему Илску и Дрекра.
«Они родня, – подумала она. – Илска, Скрид, Дрекр. – Посмотрела на остальных, скакавших за Илской, – еще десяток воинов, все – с волосами, как вороново крыло. – Все они драконорожденные».
Илска остановилась, уставившись на Вёрн. Обернулась, взмахнула рукой, и телеги в их обозе тронулись с места – воины повели их кругом к Вёрн и обугленным останкам великого древа. Когда они сдвинулись с места, с них сорвались полотняные пологи, открыв внутри на скамьях десятки людей. Детей. Железные ошейники блестели на их шеях.
– Бьярн! – воскликнула Успа.
Бьорр остановился над Агнаром, и вождь Лютых Ратников протянул руку к юному воину – его губы шевелились.
Бьорр поднял копье и вонзил в раскрытый рот Агнара, прямо в глотку, и вырвал обратно. Хлынула кровь, Агнар покачнулся и завалился назад.
Эльвар закричала.
Глава 51. Орка
Орка очнулась от ритмичной тряски, моргнула и распахнула глаза шире, пытаясь разобраться в том, что происходит вокруг. Шум быстро текущей воды, деревянная стена, голоса. Пронзающая, пульсирующая боль в голове. Одна сторона лица мокрая. Железистый запах крови. Орка попыталась пошевелиться, но обнаружила, что ее руки и ноги связаны. После этого она поняла, что ее перекинули через спину ее коня Трура, словно убитого оленя.
Орка повернула голову и мельком увидела светловолосого мужчину, который ударил ее посохом.
«Гальдурман, – подумала она. – Он произнес слова силы, и его посох вспыхнул пламенем». Она почувствовала запах сожженных волос и подумала, что это, наверное, ее волосы сгорели там, где он ее ударил.
Вокруг нее двигались другие фигуры: пешие воины и вооруженные конники. Гончие вприпрыжку бежали рядом. Орка услышала крики и скрип отворяющихся ворот. Потом копыта лошади уже ступали по утрамбованной земле: они прошли через открытые ворота на широкий двор.
«Гримхольт, – подумала Орка. – Не самый хитроумный способ проникнуть в его стены».
Они шли вверх по пологому склону, следуя изгибу канала, прокопанному от русла реки. Две гладкие снекки были пришвартованы к пирсу, с корпусами, недавно покрашенными в желтый и черный цвета королевы Хелки. Вокруг двора громоздились здания. Амбары и кузница; лязг молота по железу эхом отражался от стен. Конюшни, курятники, свинарники. Козы блеяли, а куры кудахтали, пока процессия ехала через двор. Затем Трур остановился. Орку стащили со спины коня и швырнули на землю. Она увидела Морда, без сознания и связанного, и Лифа, все еще дрожащего, с венами, посиневшими от яда морозного паука, хотя глаза его были открыты и он был в сознании.
– Если я разрежу тебе веревки на ногах, будешь хорошей пленницей? Сама идти сможешь? – спросил кто-то позади нее. – Ты весишь немало, а я не молодею.
Она повернулась и увидела пожилого мужчину, смотрящего на нее сверху вниз, с коротко подстриженными редеющими волосами, белой бородой и шрамом, проходящим через большой шишковатый нос.
Орка кивнула. Она услышала скрежет вытягиваемого из ножен охотничьего ножа, и веревка, связывающая ее ноги, вмиг распалась. Пленницу поставили на ноги.
Она потянулась, хрустнула шеей и огляделась.
Гальдурман спешился, его страж тоже. Светловолосая воительница взяла поводья и пошла к конюшням, ведя другую лошадь, на спине которой лежали женщина без сознания и сундук, привязанный к седлу. Орка вздрогнула, глядя на них. Боль в голове запульсировала сильнее.
– Не время глазеть по сторонам, – сказал седовласый мужчина, плотнее затягивая веревку на ее запястьях. Орка пошла, спотыкаясь. Ножные путы сняли, и теперь чувствительность возвращалась в ее голени и стопы потоком крошечных иголок. Мужчина вел ее к деревянному дому и башне, и на полпути их окружили воины, которые несли на руках Морда и Лифа.
Крыша бражного зала была сложена из бересты и дерна. Башню же покрывала деревянная черепица, прикрепленная к балкам.
Мужчины и женщины, трэллы и ремесленники, все бросили работу, чтобы поглазеть на Орку и двух братьев. Из сарая недалеко от реки послышался звук.
Детский голос. Плач.
Орка остановилась, глядя на сарай.
– Брека, – прохрипела она, чувствуя першение в пересохшем горле.
Седовласый мужчина потянул ее за собой; другой воин толкнул ее в спину.
– Брека? – сказала Орка громче.
– Шевелись, сука, – рявкнул воин позади и снова подтолкнул ее.
Раздался звук пощечины, и снова детский крик. Орка вырвала руки из хватки седовласого и резко развернулась, ударив головой воина, шедшего сзади. Его нос сломался с хрустом. Воин упал на землю, длинный топор выпал из его рук. Стражница засмотрелась на поверженного воина, и Орка пнула ее в колено. Женщина с визгом согнулась пополам. Орка подняла связанные руки, стукнула ее по голове, и та растянулась на земле.
Удар по плечу заставил Орку развернуться. Седовласый мужчина, глядевший на нее все это время, вонзил острие копья ей в живот. Она почувствовала еще один удар под коленки, упала на четвереньки, и больше не было ничего, кроме глухих ударов и рычания воинов, окруживших ее, бьющих ее копьями, кулаками и ногами. Сапог пнул ее в подбородок, и в голове взорвался белый свет.
Орка резко очнулась, задыхаясь. Ледяная вода капала с ее лица. Тело находилось в подвешенном состоянии: болели запястья, туго связанные, поднятые над головой и притянутые к железному кольцу в стене; ноги бессильно лежали на полу. Орка переместила вес и медленно встала, ослабляя давление на запястья. Моргнула и помотала головой, разбрызгивая воду.
Ее держали в комнате в башне, судя по виду из окна сквозь натянутую и выскобленную звериную шкуру. Орка мельком увидела внизу торфяные крыши и сверкающую льдом реку. Огляделась по сторонам. Морд и Лиф были точно так же привязаны к железным кольцам, вкрученным в стену. В жаровне горел огонь, а у стены стоял длинный стол, на котором были разложены всевозможные острые и неприятные на вид инструменты. Пара щипцов нагревалась в огне. Седовласый был там вместе с воином, которому Орка сломала нос. Тот стоял, прислонившись к стене, и держал в руках длинный топор. Женщина, которую Орка ударила в колено, тоже стояла перед ней. Она отвернулась и, прихрамывая, прошла через комнату с пустым ведром. В комнате были еще люди: лысый мужчина в потрепанном кожаном фартуке с закатанными рукавами стоял у огня, а светловолосый Гальдурман сидел на стуле у двери.
– Почему ты пряталась в лесу возле Гримхольта? – спросил седовласый мужчина у Орки.
– Просто… путешествовала, – пробормотала Орка.
– Путешествовала через горы Хребта, в полулиге от любой дороги, прямо посреди гнезда морозных пауков, – сказал он.
– Я… потерялась, – ответила Орка. Она провела языком по внутренней части рта и нащупала шатающийся зуб. Сплюнула сгусток крови. – Я торговка.
– Торговка, – сказал седовласый, улыбаясь. – Одета в красивую клепаную кольчугу, вооружена копьем, топором и двумя кинжалами, и я уж не говорю о твоих спутниках.
Он поднял ее перевязь с оружием и покрутил ею.
– Чем вы торгуете? Войной?
– Вигрир – опасное место, – сказала Орка. – Лучше быть готовой ко всему.
Седовласый рассмеялся и оглядел ее с ног до головы.
– Я встречал таких, как ты, прежде, но никогда не видел их на рынке. Чаще над краем моего щита в битве.