Джон Гвинн – Тень богов (страница 95)
Впереди мчала Илска – ее черные волосы хлестали по ветру, как стяг или вороново крыло. На ней была крепкая кольчуга, в кулаке зажато копье, меч и шлем на поясе, темный плащ на плечах и круглый щит на спине. По обе руки от нее скакали двое – оба в кольчугах, оба темноволосые, как сама Илска, оба похожие на нее.
«Братья Илски?» – подумала Эльвар. Одного она уже видела ранее, на корме драккара Кормильцев воронов, когда тот покидал порт Снакавика. Это был истинный воин, высокий, широкоплечий, с обритыми по бокам головы волосами, как у Агнара, и с длинным топором в руке. Сейчас этот топор висел у него на спине. Второй воин был тоже черноволос, с тяжелыми крупными мускулами, одет в кольчугу, на его ремне висел ручной топор. А по лицу его пролегали четыре посиневших шрама, словно его ударил лапой медведь.
Илска вскинула руку – и всадники натянули поводья, отряд и обоз остановились. Воины рассыпались перед ней в линию – шире и глубже, чем у Ратников. Илска спешилась, вручив поводья воину в строю позади нее, и двинулась вперед, а за ней последовали спешившиеся мужчины, что ехали по бокам.
Агнар выступил им навстречу.
Эльвар нахмурилась. Она привыкла видеть Агнара плечом к плечу с Сайватом, и было неправильно, что теперь он шел один. Она сама не успела опомниться, как вышла из строя и пошла за ним. Мгновение – и она услышала позади шаги Гренда. А потом и чьи-то еще. Оглянувшись, увидела, что за ней с тревогой на лице следует Бьорр. Эльвар это понравилось.
Илска встала и замерла в ожидании.
Вблизи она выглядела старше, чем думала Эльвар. Вокруг ее глаз лежали глубокие морщины.
– Сдавайся – и я сохраню тебе и твоим воинам жизнь, – сказал Агнар, подходя с ухмылкой на лице.
Илска взглянула на него сурово и жестоко. Фыркнула от смеха, но веселья в нем не чувствовалось.
– Твои дни сочтены, Агнар Броксон, вождь Лютых Ратников, – сказала она просто и бесстрастно. – Отступись или умри.
Она пожала плечами.
– Я пришел первым, – ответил он, все еще улыбаясь, словно они просто беседовали за игрой в тафл. – К тому же я рад, что ты здесь. Я поклялся на крови найти тебя, а ты сама упростила все дело. – Он поднял руку, посмотрел на оплетающий ее белый шрам, а потом оглянулся через плечо на свой отряд. – Сегодня я исполню клятву, – крикнул он Успе.
Ведьма-Сейд кивнула в ответ, потом вышла из-за воинов и направилась к ним.
– Илска, – проговорила она, и в ее голосе чувствовались былая близость – и ненависть. – Что с моим сыном?
– Он жив, Успа, – ответила Илска.
– Верни его.
– Нет. Он изменит мир. Как могла бы изменить ты.
– Так не должно быть, – сказала Успа с глубокой печалью в голосе. – Прошу,
– Довольно, – рявкнул на нее Агнар. – Мы не будем ни умолять, ни торговаться. Мы сами заберем твоего мальчика у этих похитителей детей, – сказал он уже без улыбки, со сталью в голосе. Взглянул через плечо Илски на ее отряд и прорычал: – Мои Лютые Ратники сложат об этом славную песню. О тебе и твоих Кормильцах воронов.
– Песню, которую вы уже не услышите, – прорычал один из мужчин Илски – тот, что с длинным топором. – Уже скоро ты и твои Лютые Ратники станете кормом для ворон.
Агнар неторопливо смерил его взглядом.
– Молчи, когда старшие разговаривают, – сказал он.
Тот сделал шаг вперед, потянувшись было за топором. Илска подняла руку, ударив его по груди, и он остановился.
– У нас много дел и мало времени, – протянула она, переведя взгляд на Вёрн, фроа, сидящую на голове ее матери. Потом посмотрела снова на Агнара. – Пусть все решит хольмганга, Агнар Броксон, – сказала она.
– Ты рискнешь выйти на поединок, хотя вы превосходите нас числом? – спросил Агнар, воздев бровь.
Эльвар тоже удивилась. Несмотря на речи Агнара, все видели, что они здесь уступают: Кормильцев воронов было больше, слава о них ходила страшная, тогда как в поединке исход битвы будет решаться один на один. Это казалось глупостью.
– Я ценю своих людей, а ты наверняка ценишь своих, – проговорила Илска. – Мои Кормильцы воронов победят, в том нет сомнений. Но так на этом поле падешь ты один. – Она пожала плечами.
– Значит, со мной сразишься ты? – спросил Агнар.
– Не я, – ответила Илска. – Об этом удовольствии меня умолял Скрид, мой брат.
Воин с длинным топором улыбнулся.
– Он? – Агнар скривил губы, а потом рассмеялся. – Я согласен.
– Хорошо. – Илска развернулась. – Скрид – только поживее. Ты, Дрекр, – за мной, – бросила она мужчине со шрамами.
Он еще мгновение постоял, переводя взгляд с Агнара на Эльвар, с Гренда на Бьорра, потом взял брата за руку, сжал и двинулся за Илской.
Эльвар поколебалась, потом наклонилась к Агнару.
– Убей этого засранца, – шепнула она. – Нам еще нужно сложить сагу.
– Увидимся, – сказал Агнар, не глядя на нее. Глаза его неотрывно следили за широкоплечим Скридом. Затем Эльвар ушла, а Гренд и Бьорр последовали за ней.
Она заняла место Агнара в первом ряду Ратников и обернулась. Скрид уже скинул топор со спины, взял его обеими руками и крутанул над головой, разминая плечи. Тот просвистел в воздухе, поднимая снежный вихрь. Его темная кольчуга поблескивала.
Эльвар окинула взглядом строй Ратников и увидела, что напряжение и возбуждение, которое она чувствовала в самых костях, отражается и в людях вокруг. Хульд сжимала на шее медвежью лапу; Бьорр мял свою короткую бороду; остальные переминались с ноги на ногу.
Позади нахмурилась Вёрн, к чему-то принюхиваясь. Агнар с кажущейся легкостью взял щит. Почти беззвучно извлек меч, и клинок, показавшись из овечьего меха ножен, блеснул смазкой. Он оглянулся на Лютых Ратников, увидел Эльвар и подмигнул ей, затем пронзил взглядом Скрида, уперся ногами в землю, поднял щит и лениво крутнул меч в руке.
– Ну, давай, здоровяк, – сказал Агнар. – Посмотрим, заслужишь ли ты боевую славу в бою с Агнаром Лютым Ратником.
Губы Скрида исказились в кривом оскале, он выругался, и Агнар рассмеялся в ответ на его грязные слова. Эльвар ощутила прилив гордости за своего хевдинга, за его дерзость и остроумие даже в то время, когда он слышит шелест вороньих крыльев смерти. Агнар сам был не мал ростом – напротив, он был высок и широк в плечах, – но Скрид нависал над ним, как медведь над волком.
Эльвар прошептала молитву, хоть молиться уже было некому.
Не считая дракона под ногами.
Приглушенные удары под землей продолжали звучать, словно боевой барабан, все быстрее, будто учуяв близость насилия, приход крови и смерти.
Скрид шагнул вперед и взмахнул топором по широкой дуге.
Ангар отступил, дав топору безвредно разрезать воздух. Улыбнулся противнику.
Скрид не стал ждать. Он шагнул за Агнаром, слишком быстро для такого детины преодолев расстояние между ними, и вновь обрушил топор вниз. На сей раз Ангар отскочил, запнулся о покрытый пеплом скелет, и Скрид снова рванул вперед, перехватив топор двумя руками. Агнар, ухнув, поднял щит, пытаясь вернуть равновесие. Древко врезалось в щит с такой силой, что смело бы и дверь с петель, и Агнар отлетел назад на несколько шагов. Скрид не отставал, его изогнутый топор метнулся вперед, подцепил край щита и подтащил Агнара ближе. Тот пошатнулся вперед и тут же качнулся влево – лезвие топора полоснуло его по щеке, пролив кровь, а сам он рубанул Скрида по груди.
Клепаные кольца разлетелись, рана тут же налилась кровью, но Скрид только фыркнул и снова ударил древком топора в щит, отбросив Агнара под хруст дерева на несколько шагов назад. Топор закружился над головой Скрида и со свистом упал на голову Агнара, и тот отступил вправо, подняв щит. Лезвие с лязгом скрежетнуло по умбону, скользнуло в сторону, и топор вонзился в землю.
При виде этого Эльвар широко улыбнулась – такой прием она видела у Агнара на учениях много раз. И провел он его превосходно. Она знала, как Агнар поступит дальше, уже в тот момент, когда лезвие врезалось в землю, подняв тучу пепла.
Хевдинг развернулся на пятке и подступил ближе, вломив щитом в лицо врага и резанув мечом ему по бедру, и тут же снова отступил за пределы досягаемости.
Скрид пошатнулся назад, сплевывая кровь. У Кормильцев воронов вырвался вздох, у Лютых Ратников – вопли ликования.
– Я так и слышу песни скальдов, – сказал Агнар с улыбкой на лице, не отставая от Скрида, который, хромая, отступил на пару шагов. Кровь бежала по штанине из пореза на бедре, под самой кольчугой. – О гибели Скрида Бестолкового, великана, возомнившего, что может убить Агнара Огненного Кулака.
Он приближался к Скриду мелкими шагами, перескакивая то налево, то направо, а тот все отступал.
Уже чуя запах победы Агнара, Эльвар схватила Гренда за руку. Взглянула на врагов и увидела, как смотрят на бой Илска и ее брат Дрекр. Илска наблюдала равнодушно, почти без интереса.
Тут Скрид прекратил отступать и выпрямился. Обнажил в улыбке окровавленные зубы. Эльвар нахмурилась. В нем что-то… изменилось. Он посмотрел на Агнара и взвесил в руке топор. В его глазах блеснул красный блик.
Агнар заколебался.
– Он Порченый, – прошипела Эльвар.
Скрид рванул вперед проворнее, чем успевал уследить глаз Эльвар, и размахнулся топором – слишком быстро, чтобы отступить, слишком тяжело, чтобы защититься. Агнар вскинул щит и принял удар – топор раскроил липу, разметал щепки и разрезал руку. Скрид тут же вырвал лезвие – в воздух взлетели капли крови и обломки дерева – подтянув к себе Агнара. От прорубленного щита в кулаке у него оставалась лишь половина. Агнар нанес ответный удар мечом – короткий и мощный, – но Скрид увернулся. Клинок лишь высек искры из кольчуги.