Джон Френч – Солнечная война (страница 36)

— Атакуем, — приказал Абаддон.

«Военная клятва» рванулась вперёд. Защищавшие её корабли армады расступились. Энергия пробудилась в её реакторах, и адепты Новых Механикум сдерживали ярость в плазменных камерах, пока они машины не закричали. Освободившись, эта энергия с рёвом вырвалась из двигателей и швырнула корабль к «Копью небес» подобно удару молнии в ночном небе. От жары и радиации на двигательных палубах погибли сотни. Вместе с «Военной клятвой» в атаку бросились три корабля сопровождения, они широко разошлись, собираясь взять добычу в клещи.

Слишком поздно корабль Белых Шрамов прервал атаку и повернулся, чтобы нырнуть назад в ночь. «Военная клятва» успела подойти на достаточное расстояние. В воздухе телепортариума зашипела статика и шаровая молния.

— За магистра войны, — произнёс Абаддон в вокс, и ряды собравшихся вокруг него воинов исчезли во вспышке пульсирующего света.

Военный корабль «Копьё небес», Супрасолнечный залив

Воины в чёрном появились из вихря зелёных молний в коридорах командного замка «Копья небес». Абаддон почувствовал, как на мгновение онемели руки и ноги, когда реальность заняла положенное ей место вокруг него. Свет телепортации с воем исчез, и их встретили выстрелы. Прокатились эфирные ударные волны, визжа испуганными человеческими голосами. Сыны Гора открыли ответный огонь, пробиваясь с боем сквозь защитные турели и переборки. В их движениях не было никаких колебаний и сомнений. Они читали окружение, двигались и убивали прежде, чем противостоявшие им люди успевали сделать больше одного выстрела.

— Вперёд, — произнёс Абаддон, стреляя и наступая вместе с братьями. Отделения прикрепили заряды к закрытым переборкам и рассредоточились, когда вспыхнувший металл превратился в осколки и дым. Противостоявшие им люди были обученными и дисциплинированными, рекрутированными и поклявшиеся служить Белым Шрамам с честью и воинским мастерством. Но они оставались смертными. Тела взрывались внутри скафандров, когда защитники врезались в стены. Цепные зубья прогрызались сквозь мясо и кости. Палубы стали скользкими от крови. Болт-снаряды заполнили коридоры осколками и измельчёнными телами.

В течение трёх минут ударные силы прорвались сквозь оборону в ключевых точках командного замка и машинного отделения «Копья небес». Абаддон приблизился к главным дверям на мостик, когда Ралкор, его магистр связи, пытался справиться с управлявшим замками духом-машиной. Абаддон покачал головой и показал пальцем силового кулака. Два отделения Риверов бросились вперёд, вытаскивая заряды из рюкзаков и снимая с поясов. К тому времени, как Абаддон сделал следующий шаг, заряды уже установили. Его разум был холоден, прогресс нападения казался дуновением мыслей на периферии сознания. Сопротивление было слабым, слишком слабым для линейного корабля такого размера.

Заряды на дверях мостика взорвались. Мелтаволны прожгли раскалённые добела отверстия сквозь плиты брони, а секунду спустя подрывные заряды разорвали искорёженный металл. Первым вошло отделение терминаторов, расшвыряв охлаждавшиеся обломки и стреляя на ходу. Шквал снарядов превратил сервиторов и сервов экипажа в ошмётки мяса. Абаддон шагнул на мостик, экран его шлема показывал россыпь рун угроз, которые исчезали, когда болты и волкитные лучи находили цели. К тому времени, как он дошёл до центра мостика, наступила тишина.

— Где он? — спросил следовавший за ним Лайак, над Несущим Слово кружился призрачный и менявший оттенки свет. Рабы клинка держались справа и слева от него, они обнажили мечи, их тела увеличились, каждый шаг сопровождался падавшими золой и пеплом. — Где хотя бы кто–то из них?

Абаддон повернулся, изучая варианты. Мостик был тих, немногочисленная команда из сервов и сервиторов была нужна только, чтобы сохранять курс «Копья небес»… Нет, сохранять корабль на траектории, которая позволяла «Военной клятве» перехватить его. Висеть перед ними словно приманка в силках…

— Брат! — воскликнул Ралкор. Абаддон успел повернуться и увидеть за иллюминаторами вращавшееся пятнышко света, которое неслось на них. Бронестекло взорвалось в волне огня, когда штурмовые тараны врезались в мостик «Копья небес». Их было два, долотообразные блоки брони и двигатели, которые несли по пять воинов в каждом зубце раздвоенного корпуса. На каждом было установлено мелтаоружие, достаточно мощное, чтобы пробить обшивку военного корабля. На незащищённом мостике это оружие превратило половину зала в пылающий шлак.

Ударная волна врезалась в Абаддона и заставила его пошатнуться. Куски обломков и капли расплавленного металла забарабанили по доспехам. Основной удар пришёлся на Тибара и его отделение, и от них остались только пламя и пепел. Штурмовые тараны прорвались сквозь мостик, прочертив носами в палубе глубокие борозды. Листы металла разлетелись во все стороны. Передние люки штурмовых таранов распахнулись. Воины в белом спрыгивали на охваченную пожарами палубу. Раздались болтерные и плазменные выстрелы. Сыны Гора упали. Замелькал ответный огонь. Лайак и рабы клинка стояли посреди обломков, их окутывали бледное пламя и тени, измельчавшие пули и осколки в тлеющую пыль. Ещё один штурмовой таран ворвался в оставленный первыми двумя пролом.

Абаддон выпрямился. Борозды и вмятины покрывали его терминаторские доспехи. Чёрный юстаэринский лак сгорел, сменившись красным цветом остывавшего керамита и чёрной сажей. Рядом с ним стояли Урскар и Гедефрон. Мимо в вакуум проносился воздух. Абаддон слышал внутри шлема шум битвы и чувствовал, как она отдаётся дрожью в ногах. В этот момент он увидел своего врага, воина, бегущего среди атаковавших фигур в белой броне: шлем с плюмажем, чогориские охотничьи символы покрывают пластины его доспехов, гуаньдао вращается в руках подобно вспышке молнии, подобно резкому смеху под проливным дождём.

Джубал-хан, воин, который сражался среди звёзд и оставил репутацию, с которой немногие могли надеяться сравниться. Джубал, которого он встретил в шпилях Ниссека, прямо перед контратакой орды Архидракона. Повелитель Зарницы, Смеющаяся Смерть. И он был здесь, лорд войны, оставшийся сражаться в этой бездне почти в одиночестве. Оставшийся сражаться и умереть здесь.

Абаддон побежал ему навстречу.

— Сикар, — прорычал он, сделав первый шаг. — Уничтожь энергетические генераторы.

Он услышал голос заместителя сквозь грохот перестрелки:

— Это не будет чисто, брат.

— Выполняй.

— С удовольствием и повиновением, — сказал Сикар, и Абаддон понял, что брат по легиону улыбается.

Он сделал ещё пять шагов по палубе и Джубал увидел его. Белый Шрам взмахнул клинком, и ещё один Сын Гора упал с разрубленным шлемом и горящей на силовом поле гуаньдао кровью.

— Приготовиться к потере силы тяжести! — крикнул по воксу Урскар, выпуская поток тяжёлых снарядов в Белых Шрамов, продолжавших выпрыгивать из штурмовых таранов.

По палубе пробежала дрожь. Несколько уцелевших ламп отключились. Абаддон почувствовал, как внутри него всё сжалось, когда исчезла сила тяжести. Мгновение спустя сработали магнитные захваты ботинок. Один из помятых штурмовых таранов, всё ещё двигавшийся от импульса удара, поднялся над палубой. Обломки взмыли вверх. Половина Белых Шрамов поднялась в воздух. Болты ударили в них, пока они кружились в исчезавшей атмосфере. Остальные успели примагнитить ноги к палубе. Джубал продолжал движение, его шаги замедлились, но скорость всё равно оставалась ослепительной. Абаддон бросился ему навстречу. Мимо него проносились снаряды. Воинственные крики живых и мёртвых заполнили уши. Он сжимал в руке окутанный молниями меч, доспехи, кровь и мускулы двигались, как единое целое.

Гуаньдао Джубала вспыхнул, протянувшись через пространство между ними. Это было настолько быстро, что могло показаться отражением света в зеркале. Абаддон поднял меч, встречая удар. Но два клинка так и не встретились. Джубал дёрнул гуаньдао назад, словно сталь была верёвкой, и затем снова ударил. Лезвие легко коснулось правой перчатки Абаддона. Силовое поле глубоко укусило. В руке вспыхнула боль. Он взмахнул мечом, отвёл гуаньдао и контратаковал, превратив парирование в удар сверху. Джубал шагнул в сторону. Палуба задрожала, когда магнитные замки на их ботинках отключились и включились снова.

Абаддон продолжал непрерывно атаковать, вкладывая силу каждого удара в следующий, чтобы их мощь росла подобно штормовому морю, накатывавшемуся на сушу. Джубал отступал и возвращался, кружась и парируя. Они сражались на палубе перед обломками штурмового тарана. Свет вспыхивал, когда встречались клинки. Абаддон не замедлялся и не уступал. Последний воздух покидал мостик и шум сражения затихал. Звук сердец заполнил его мир, став пульсацией и шёпотом войны.

Джубал снова быстро вернулся. Абаддон увидел шанс и сделал выпад. Но Джубал остановился на половине пути и взмахнул клинком. Это не был порез, который узнал бы любой мастер школы клинка, но он поразил руку Абаддона с мечом чуть выше локтя. Острое лезвие и силовое поле прорезали более тонкую броню сустава. Вспыхнула боль, и яркая нить красных жемчужин протянулась в вакуум. Она врезалась в его мысли и украла мгновение, прежде чем он понял, что Джубал открылся. Разум и тело отбросили боль, и он нанёс рубящий удар. Джубал каким–то образом сумел остановить убийственную атаку. Сила от столкнувшихся клинков потрясла Абаддона. Джубал разблокировал магнитные замки, удерживавшие его на палубе, и инерция удара отправила его по дуге над головой Абаддона.