Джон Донн – Стихотворения и поэмы (страница 114)

Она, она — мертва! Узнав о том, Пойми, что мир — чудовищный фантом! Вот нашей «Анатомии» значенье: Сей мир не пробуждает в нас влеченья. К тому же — сами в помраченье мы: Воистину, сердца, как и умы, Отравлены у нас, и горький яд И в чувства наши, и в дела струят. Вот почему нам чужд любой предмет — Для нас в нем ни добра, ни смысла нет (Ну, а людей природа — какова? Не лучше, чем о ней гласит молва!) В деяньях человека — ни следа Добра не сыщешь: сущая беда!.. И Цвет — Гармонии вторая часть[1305] — За Формой вслед готовится пропасть: Ведь Форма, пусть приятная для глаза, Без Цвета — словно перстень без алмаза. Алхимик-турок, чей болезнен вид И грязен плащ, нам жалобно твердит, Что в золото, как яд, проникла ртуть:[1306] Вот такова и мирозданья суть. Когда-то Бог, творенье начиная И, как младенца, Землю пеленая, Чтоб радостной игрой ее занять, Велел ей краски всякий день менять, — И, словно образец такой затеи, Повесил в небе радугу[1307] над нею. Прекраснее, чем Зренье, чувства нет, Но пищею для Зренья служит Цвет, А Цвет испорчен: он не тот, что прежде, Весны и Лета выцвели одежды. Исчез румянец яркий с наших щек — И души, вместо них, стыдом облек... Но нет — надежда бы еще цвела, Когда б Она — Она не умерла! — Та, что цвела, когда была живой, Багрянцем, белизной и синевой, И в ком все вещи мира, как в раю, Черпали свежесть и красу свою. — Она, вместившая все краски мира, Она, чей лик прозрачнее эфира (И пламя тяжело в сравненье с ней, И темен блеск[1308] сверкающих камней), — Она, она мертва!.. Вглядись, пойми — И этот мир, как призрак, восприми И нашу «Анатомию» тверди, Чтоб ужас свил гнездо в твоей груди... Исчезла Цвета красота: отныне Усилья надо прилагать Гордыне, Чтоб красками Пороки позлащать, Заемными румянами прельщать. И до того дошел стихий разброд, Что от Земли замкнулся Небосвод, И вещество лишилось восприятья: Отец и Мать бесплодны[1309] — нет зачатья Дождя меж туч, и в должный срок с высот Живящий Ливень больше не идет. И воздух перестал в конце концов Высиживать сезоны, как птенцов: Весна теперь не колыбель — могила. Всю землю лжеученье полонило, И Метеоры небосклон плодит:[1310] Значенье их темно, и странен вид. Волхвы Египта вызвать не могли