Джон Донн – Стихотворения и поэмы (страница 108)

В надгробном камне и бессмертной славе, Здесь, подле нас, в земной пребудет яви. А если ты, Душа, приют найдешь Средь кающихся грешников — так что ж? Когда и я пред вечностью грядущей, Окрашен Агнца кровью[1245] вопиющей, Предстану, — кто б тогда спросить посмел, В глазах людских был черен я иль бел? Припомни, скольких грешников знавала Ты на земле, Душа: друзей немало, Раскаявшихся, встретишь и в раю. Влеки же смело на стезю свою Всех нас, чтоб уподобились отныне Царю Давиду мы — иль Магдалине![1246]

ПОЭМЫ

ПЕРВАЯ ГОДОВЩИНА

ВСТУПЛЕНИЕ

Представь: мир — мертв. Его мы расчленять[1249] Начнем, чтоб анатомию понять. Как лицемер-наследник, юный мот, Отцовский гроб слезами обольет, — Так нам пристало в траур облачиться, И пусть наш плач окупится сторицей. Но как же весть о смерти примет слух, Коль наша Муза здравствует, чей дух Велит, чтоб снова к жизни мир восстал, — Пусть столь же хрупкий, смертный, как и встарь? И в мире сем Ты, лучшая из дев, Явила бездну мудрости, сумев Свою судьбу печальную связать С тем духом,[1250] что мечтает рассказать Все о Тебе — грядущим поколеньям, Дабы они взирали с изумленьем На схватку — от начала до конца — Искусства кисти с красотой лица. Ведь столь прекрасна Ты и столь добра, Что неподвластна мастерству пера: Кто воспоет тебя — тому хвала. При жизни Ты окружена была Толпой льстецов. От их пчелиных жал Тебя румянец робкий не спасал. Лишь смерть стирает клевету и лесть — И виден человек, каков он есть. Как сын Египта встарь был озабочен Тем, чтоб не дом, а гроб его стал прочен:[1251] Ведь гроб — гранит, а дом — всего лишь глина,[1252] — Так после смерти нами Ты хвалима. Лишь Ты повинна в торжестве своем, Тебе — твое по праву воздаем. Здесь красота была Тебе наградой, А там — добром свершенным дух свой радуй, И та хвала, что мы Тебе поем, Пусть повествует о Творце твоем: Как песнь Ему, на небе со святыми Твоя душа да славит Божье имя.[1253] Тебя ж — лишь Ангел воспоет: твой вид Его на гимн прекрасный вдохновит. Как в детстве видно, кем дитя растет, Так Ты — любовью первой — тех высот Достигла сразу, где теперь звучат Напевы — вне времен и вне утрат — Души твоей, оплаканной родными... Напрасный плач! Твое пребудет имя И в наших песнях: в них навеки твой Остался лад и музыкальный строй.