Джон Донн – Английская лирика первой половины XVII века (страница 137)
О, что есть ум? Поведай нам о нем,
Средь нас прославленный умом![615]
Не может хаос так преображаться,
Не могут женщины так наряжаться!
Он, чуден и тысячелик,
Меняет образ каждый миг:
То он приобретает ясный вид,
А то незрим и, словно дух, сокрыт.
Гора поддельных лондонских монет
Не столь обманчива, о нет;
Рисует гроздь Зевкис[616] — в приманку птицам,
И мы прельстились обликом цветистым:
То вещь, ничтожную на вид,
Наш взгляд, как лупа, укрупнит,
А то, от вещи удалясь, наш взор
Сочтет звездой летящий метеор.
Ум — славный титул, выше всех наград,
Его любой присвоить рад,
И в умники у нас производимы
Премногие, как кардиналы в Риме.
И зря! — Сей титул не дают
Ни тем, кто тешит праздный люд,
Ни тем, чья речь цветиста, наконец:
Нет, истинный мудрец — всегда мудрец!
Нет, ум — не в том, кто свой бескровный стих
Вместит в пять стоп хромых;[617]
Пусть всем душа, как нашим телом, правит,
А низшим силам — ум пределы ставит.
Встарь поэтический порыв
Сложил из камня стены Фив.[618]
Но ныне нет чудес: ни городов
Стихами уж не сложишь, ни домов.
Нет, ум не сыплет блестки всякий раз:
Искусство — вне прикрас.
Считай — у тех в носу алмаз горит,[619]
Кто беспрестанно шутит и острит!
Коль звезды густо и подряд
Висят, не различит их взгляд.
Так много их, что трудно нам смекнуть,
Что звезды составляют Млечный путь.
Ум — не в пустой игре созвучных слов:
К тому любой школяр готов.
Кто видит в этом ум — того прельстит
И анаграмма или акростих.
И пусть в стихах не прозвучит
То, что девиц ввергает в стыд:
Пусть автор, покраснев, такую грязь
Сожжет, своих читателей стыдясь.
Нет, ум — не в буйной сцене, где грозит
Сломать подмостки Баязид,[620]
Не в виршах, где метафоры — в излишке,
Не в Сенеки прерывистой одышке,[621]
Не в том, чтоб снова и опять
Друг другу все уподоблять…
Так что ж есть ум, коль мы должны его
Чрез «не» определять,[622] как Божество?
Ума творенье все в себе взрастит
И мирно совместит,
Так со зверьми в своем ковчеге Ной,[623]
Вражды не зная, жизнью жил одной,
И так прообразы всего
(У малого — с большим родство)
Несмешанно соседствуют, чтоб в них,
Как в зеркале,[624] был виден Божий лик.
Любовь, что двух сливает в одного,[625] — 
