Джон Диксон Карр – Все приключения Шерлока Холмса (страница 357)

Хорошо образованный, Макмердо устроился временно на должность бухгалтера. Работа занимала у него много времени и не позволяла представиться главе ложи Высокого союза свободных людей. Ему напомнил об этом упущении приехавший однажды вечером Майк Скэнлен, собрат, с которым он познакомился в поезде. Этот невысокий, остролицый, нервный черноглазый человек как будто был рад видеть его. После стаканчика-другого виски он заговорил о цели своего появления.

– Слушай, Макмердо, – сказал он, – я запомнил твой адрес и решил приехать. Меня удивляет, что ты до сих пор не представился магистру. Почему так и не повидался с боссом Макгинти?

– Пришлось устроиться на работу. Был занят.

– Для босса ты должен найти время, даже если его нет ни на что другое. Господи, приятель! Ты зря не пошел в «Дом согласия» и не встал на учет на другое же утро после приезда! Не вздумай идти против него!

Макмердо выказал удивление:

– Скэнлен, я больше двух лет был членом ложи и никогда не слышал о таких строгих порядках.

– В Чикаго они, может, и не такие строгие.

– Но ведь общество здесь то же самое.

– Разве?

Скэнлен долго и упорно смотрел на ирландца. Во взгляде его было нечто зловещее.

– А разве нет?

– Сам скажешь мне через месяц. Слышал, что разговаривал с полицейскими после того, как я сошел с поезда.

– Откуда ты знаешь?

– Слух прошел – в этом районе они ходят и к добру, и к худу.

– Верно. Я сказал этим собакам, что о них думаю.

– Клянусь Богом, ты придешься Макгинти по душе!

– Как, он тоже ненавидит полицию?

Скэнлен рассмеялся.

– Иди повидай его, дружище, – сказал он на прощание. – Иначе он будет ненавидеть не полицию, а тебя. Послушайся дружеского совета и ступай немедленно!

В тот же вечер у Макмердо состоялся еще один, более серьезный, разговор, побудивший его к тому же. Возможно, его знаки внимания к Этти стали более очевидными, чем раньше, или их смысл постепенно дошел до простодушного доброго немца. Как бы там ни было, владелец пансиона пригласил молодого человека к себе в кабинет и без околичностей заговорил на эту тему.

– Мне кажется, мистер, – начал он, – что вы ухаживаете за моей Этти. Это правда или я ошибаюсь?

– Правда, – ответил молодой человек.

– Так вот, скажу вам напрямик, что делать этого не стоит. Кое-кто обратил на нее внимание раньше вас.

– Она говорила мне.

– Не сомневайтесь, Этти говорила правду. А не сказала, кто это?

– Нет. Я спрашивал, но она отказалась ответить.

– Оно и понятно! Видимо, не хотела пугать вас.

– Пугать?! – тут же вспылил Макмердо.

– Да-да, мой друг. Страха перед ним не нужно стыдиться. Это Тедди Болдуин.

– А кто он, черт побери?

– Главарь ликвидаторов.

– Ликвидаторы! Я уже слышал о них. Ликвидаторы то, ликвидаторы другое, и все только шепотом! Чего вы все боитесь? Кто они?

Владелец пансиона инстинктивно понизил голос, как все говорившие об этом ужасном обществе.

– Ликвидаторы, – пояснил он, – это Высокий союз свободных людей!

Молодой человек уставился на него:

– Да ведь я и сам член этого союза.

– Вы! Знал бы, ни в коем случае не пустил бы вас в мой дом, даже за сто долларов в неделю.

– Чем плох этот союз? Он создан для добрых дел и человеческого братства. Правила гласят так.

– В других местах – возможно. Здесь – нет!

– А что он представляет собой здесь?

– Общество убийц.

Макмердо недоверчиво рассмеялся:

– Чем вы это подтвердите?

– Подтвердить! Разве пятьдесят убийств не подтверждают это? Гибель Милмена, ван Шорста, семьи Николсона, старого мистера Хайема, юного Билли Джеймса и прочих? Подтвердить! Есть ли в долине хоть один человек, который не знает об этом?

– Послушайте! – заговорил серьезным тоном Макмердо. – Возьмите свои слова назад или доказательно обоснуйте их. Вам придется сделать то или другое прежде, чем я выйду из этой комнаты. Поставьте себя на мое место. Я новый человек в этом городе. Принадлежу к обществу, которое знаю как совершенно безобидное. Вы найдете его во всех штатах, но везде безобидным. И вот, когда я собираюсь присоединиться к нему здесь, вы говорите, что это общество убийц, именуемых ликвидаторами. Жду от вас извинения или объяснения, мистер Шефтер.

– Скажу, мистер, только то, что известно всему свету. Главари одних являются главарями других. Если заденете одного, другой сведет с вами счеты. Это подтверждалось слишком часто.

– Это слова, а мне нужны доказательства!

– Поживите здесь дольше, и вы их получите. Но я забыл, что вы один из этих людей. Вы скоро станете ничем не лучше других. И вам придется подыскать себе другое жилье, мистер. Я не могу оставить вас здесь. Мало того что один из них ухаживает за моей дочерью и я не смею прогнать его, так еще иметь второго среди моих пансионеров? Нет, после этой ночи вы больше не будете спать под моей крышей!

Макмердо не только лишался уютного жилья, но и оказывался оторванным от любимой девушки. В тот же вечер, застав Этти одну в гостиной, он поведал ей о своих неприятностях.

– Твой отец выселяет меня. Ладно бы дело заключалось только в комнате, но, право, Этти, хоть я всего неделю знаком с тобой, ты нужна мне как воздух, и я жить без тебя не могу!

– Тише, мистер Макмердо, не говорите так! Разве я не сказала вам, что вы опоздали? Есть другой, и хоть я твердо не обещала выйти за него, все же не могу дать такого обещания никому.

– Этти, а будь я первым, мог бы надеяться?

Девушка закрыла лицо руками.

– Я бы очень хотела, чтобы первым были вы! – всхлипнула она.

Макмердо опустился перед ней на колени.

– Ради Бога, Этти, давай остановимся на этом! – воскликнул он. – Неужели ты из-за этого обещания загубишь и свою жизнь, и мою? Слушайся своего сердца, милая! Оно более надежный наставник, чем любые необдуманные слова. – Макмердо взял белую руку Этти в свои смуглые и сильные руки. – Скажи, что будешь моей, и вместе мы будем счастливы!

– Не здесь?

– Здесь.

– Нет, нет, Джек! – Он обнял ее. – Здесь это невозможно. Ты увезешь меня?

На лице Макмердо отражалась внутренняя борьба, но в конце концов оно приняло решительное выражение.

– Нет, здесь, – сказал он. – Я защищу тебя от всего мира, Этти, именно тут, где мы находимся!

– Почему нам не уехать вместе?

– Нет, Этти, уехать я не могу.

– Но почему?

– Мне не удастся высоко держать голову, если я буду сознавать, что меня прогнали. А потом, чего бояться? Разве мы не свободные люди в свободной стране? Если мы любим друг друга, кто посмеет встать между нами?