Джоан Роулинг – Гарри Поттер и принц-полукровка (страница 42)

– То есть он задира?

– Ну… наверное, – миссис Коул чуть нахмурилась, – но его очень трудно поймать. Были всякие происшествия… плохие…

Думбльдор не настаивал на подробностях, но Гарри видел, что ему не терпится их узнать. Миссис Коул отхлебнула еще джина, и ее щеки раскраснелись сильнее.

– Кролик Билли Стаббса… Том, конечно, клянется, что этого не делал, и я не понимаю, как бы ему удалось, но все равно, он ведь не сам повесился на балке, верно?

– Едва ли, – тихо сказал Думбльдор.

– Разрази меня гром, если я знаю, как он туда забрался. Знаю только, что они с Билли накануне повздорили. А потом, на летней прогулке… – миссис Коул снова приложилась к бокалу и на сей раз плеснула джином на подбородок, – мы, знаете, раз в год вывозим их в деревню или на море… Короче говоря, Эми Бенсон и Деннис Бишоп так толком и не оправились, а выудить из них удалось одно – мол, зашли с Томом Реддлем в какую-то пещеру. Он уверяет, они просто ходили посмотреть, что внутри, но я точно знаю: там что-то случилось. И много еще было всякого странного…

Она опять посмотрела на Думбльдора. Щеки ее горели, но взгляд был ясный.

– Если заберете его, у нас о нем вряд ли пожалеют.

– Надеюсь, вы понимаете, что мы не сможем держать его у себя постоянно? – спросил Думбльдор. – Он будет возвращаться сюда, по крайней мере, на лето.

– Все лучше, чем по носу ржавой кочергой. – Миссис Коул слегка икнула и встала. Гарри восхитился: держалась она очень твердо, хотя бутылка опустела на две трети. – Полагаю, вы хотите его увидеть?

– Очень, – ответил Думбльдор и тоже встал.

Они вышли из кабинета и стали подниматься по каменной лестнице. Миссис Коул на ходу выкрикивала распоряжения помощницам и замечания воспитанникам. Сироты были одеты в одинаковые серые рубахи и выглядели достаточно ухоженными, но Гарри понимал, что расти здесь невесело.

– Пришли, – объявила миссис Коул после второго пролета, сворачивая в длинный коридор. Она остановилась перед первой же дверью, дважды постучала и шагнула через порог. – Том? К тебе посетитель, мистер Думпельдон… прошу прощения, Дубльдур. Он пришел, чтобы… впрочем, лучше он сам.

Гарри и оба Думбльдора прошли в комнату. Миссис Коул закрыла дверь. Помещение было маленькое и почти пустое; здесь стояли старый гардероб, деревянный стул и железная кровать, застеленная серым одеялом. На ней, вытянув ноги, сидел мальчик с книгой в руках.

Том Реддль ничем не напоминал Монстеров. Последнее желание Меропы исполнилось: темноволосый бледный ребенок, довольно высокий для одиннадцати лет, был уменьшенной копией своего красивого отца. Он сузил глаза и внимательно оглядел странного визитера. Оба помолчали.

– Здравствуй, Том, – сказал наконец Думбльдор, подошел ближе и протянул руку.

Мальчик помедлил, затем решился и ее пожал. Думбльдор пододвинул тяжелый деревянный стул к кровати, и они с Реддлем стали похожи на посетителя и пациента в больнице.

– Я профессор Думбльдор.

– Профессор? – насторожился Реддль. – Это как доктор? Вы зачем пришли? Она позвала?

Он показал на дверь, за которой только что скрылась миссис Коул.

– Нет-нет, – улыбнулся Думбльдор.

– Не верю, – сказал Реддль. – Она решила показать меня врачу, да? Говорите правду!

Последние слова прозвенели с поразительной силой. Они прозвучали как приказ, и Том Реддль, похоже, отдавал его не впервые. Расширенными глазами он сверлил Думбльдора, но тот ничего не отвечал, а лишь продолжал любезно улыбаться. Через несколько секунд Реддль отвел глаза, однако насторожился еще больше.

– Вы кто?

– Я уже сказал. Меня зовут профессор Думбльдор, я работаю в учебном заведении под названием «Хогварц» и приехал предложить тебе место в нашей школе – которая, если ты согласишься, станет и твоей.

Том Реддль отреагировал в высшей степени удивительным манером. Он в ярости спрыгнул с кровати и попятился.

– Нашли тупицу! Дурдом – вот вы откуда! «Профессор», как же! Короче, я не поеду, ясно? Лучше отправьте туда эту старую крысу! Я ничего не делал с Эми Бенсон и Деннисом Бишопом, можете сами спросить, они расскажут!

– Я не из дурдома, – терпеливо объяснил Думбльдор. – Я учитель. Если ты минутку посидишь спокойно, я расскажу тебе о «Хогварце». И если ты не захочешь там учиться, никто тебя, конечно, не заставит…

– Посмотрел бы я на тех, кто попытается, – презрительно ухмыльнулся Реддль.

– «Хогварц», – продолжал Думбльдор, будто не услышав, – школа для необычных детей…

– Я не чокнутый!

– Я знаю, что ты не чокнутый. «Хогварц» – школа не для чокнутых. Это школа колдовства.

Повисло молчание. Реддль замер; лицо его было пусто, но взгляд метался с одного глаза Думбльдора на другой, словно пытаясь хоть один из них поймать на вранье.

– Колдовства? – шепотом повторил он.

– Точно так, – подтвердил Думбльдор.

– А то, что я умею… это колдовство?

– А что ты умеешь?

– Все что угодно, – возбужденно выдохнул Реддль. Краска, поднявшись по шее, вползла на его впалые щеки; он был словно в горячке. – Двигаю вещи, не трогая руками. Заставляю зверей делать, что мне надо, без всякой дрессировки. Если меня кто-нибудь разозлит, могу так, чтобы с ними случилось плохое. Могу сделать больно, если захочу.

У него задрожали ноги. Он нестойко шагнул вперед, снова сел на кровать и уставился на свои руки, склонив голову, будто в молитве.

– Я знал, что я другой, – прошептал он, обращаясь к своим трясущимся пальцам. – Особенный. Всегда знал: во мне что-то есть.

– И был прав, – сказал Думбльдор. Он больше не улыбался, но внимательно наблюдал за Реддлем. – Ты колдун.

Реддль поднял голову. Его лицо изменилось, осветившись безумным счастьем, но почему-то это не сделало его приятнее; напротив, точеные черты огрубели, в них появилось что-то звериное.

– Вы тоже колдун?

– Да.

– Докажите, – потребовал Реддль тем же командным тоном, каким сказал: «Говорите правду».

Думбльдор вскинул брови:

– Если ты согласен учиться в «Хогварце»…

– Конечно!

– …Тогда тебе следует обращаться ко мне «профессор» или «сэр».

На долю секунды лицо Реддля окаменело, но потом он произнес неузнаваемо вежливым тоном:

– Извините, сэр. Я хотел попросить: пожалуйста, профессор, не могли бы вы показать…

Гарри был уверен, что Думбльдор откажется, ответит, что в «Хогварце» будет масса времени для демонстрации колдовских умений, а на территории муглов лучше соблюдать осторожность. Но Думбльдор, как ни странно, достал из внутреннего кармана пиджака волшебную палочку, направил в угол на старый гардероб и легонько ею взмахнул.

Гардероб загорелся.

Реддль вскочил, взвыв от ужаса и возмущения, что неудивительно: в шкафу, вероятно, хранились все его вещи. Однако стоило ему гневно развернуться к Думбльдору, как пламя исчезло. Шкаф при этом нисколько не пострадал.

Реддль еще раз посмотрел на гардероб, на Думбльдора, а затем алчно указал на палочку:

– Где такие берут?

– Всему свое время, – ответил Думбльдор. – Кажется, из твоего гардероба что-то вырывается.

Действительно изнутри доносился слабый стук. Реддль впервые за все время испугался.

– Открой, – сказал Думбльдор.

Реддль помешкал, затем прошел к шкафу и распахнул дверь. На верхней полке, над штангой с поношенной одеждой, стояла трясущаяся картонная коробка. В ней что-то громыхало, будто оттуда отчаянно рвалась на свободу стая мышей.

– Достань, – велел Думбльдор.

Реддль испуганно снял с полки вибрирующую коробку.

– Там есть то, что тебе не принадлежит? – спросил Думбльдор.

Реддль окинул его ясным и долгим взглядом, словно что-то вычислял в уме.

– Да, сэр, пожалуй, – после паузы сухо ответил он.