Джоан Роулинг – Человек с клеймом (страница 124)

– Мам, мне очень жаль, мне нужно идти. Я позвоню завтра.

Переключив звонок, она сказала:

– Робин Эллакотт.

– Привет, – раздался робкий девичий голос. – Это Зета.

Несколько шагов измученная Робин не могла вспомнить, кто такая Зета.

– Я… я не понимаю, откуда у тебя мой номер, – сказала девушка.

– О, – сказала Робин, когда до нее дошло: Зета, девушка, которой Тайлер Пауэлл якобы причинил какой-то вред в Айронбридже. – Мне ее дала твоя подруга Хлоя Гриффитс.

– Ох, – пропищала Зета. – Я… лучше бы она этого не делала.

– Я просто звонила, чтобы узнать подробности, – сказала Робин, стараясь говорить обнадеживающе. – Ничего из того, что ты мне расскажешь, не будет никуда передано.

– Что ты хочешь знать? – с тревогой спросила Зета.

– Хлоя рассказала мне, что у тебя был плохой опыт с Тайлером, – сказала Робин.

– Я не хочу, чтобы ты рассказывала полиции!

– Я не буду, – поспешно успокоила ее Робин.

– Потому что у меня нет никаких доказательств! Он просто скажет, что этого не было!

– Понимаю. Мне все равно хотелось бы знать, что произошло.

– Ну… я был очень пьяна в "Жокее и лошади". В пабе. И я говорила об Энн-Мари, Хьюго и об аварии – ты знаешь об этом?

– Да, – сказала Робин.

– Мне не нужны проблемы. Я не хочу, чтобы Тайлер вернулся… чтобы забрать меня или что-то в этом роде.

– Я не скажу полиции, – снова успокоила ее Робин.

– Ну, Тайлер был там, а я не заметила. Кто-то, должно быть, передал ему, что я говорю, и он подошел ко мне, очень злой. А через неделю, когда я шла домой по Уэллси-роуд, в темноте на тротуар выехала машина. Она проехала всего в нескольких сантиметрах от меня.

– Ты видела, кто был за рулем?

– Нет, фары были слишком яркими.

– Но ты думаешь, это был Тайлер?

– Ага.

– Ты узнала его машину?

– Нет, но он работал в автомастерской. Он мог бы взять любую из этих машин.

– Хорошо, – сказала Робин. – Что именно ты говорила о катастрофе, Зета?

– Все то же самое говорили. Тайлер хвастался, что он сато… саботиротировал машины, если ему не нравились люди, которые привозили их в его гараж. Все это знали.

– Понятно, – сказала Робин.

– Не говорите полиции, – сказал Зета.

– Я не буду, – сказала Робин. – Ты…?

– Тогда до свидания.

Зета повесила трубку.

Глубокое безразличие охватило Робин, когда она пошла дальше. Ее тошнило от издевательств, бессердечных, извращенных мужчин, но она должна была показать Мерфи радостное лицо, когда пришла в паб, чтобы отпраздновать принятие их предложения о покупке дома, потому что Мерфи не виноват в том, что Тайлер Пауэлл использовал свое водительское мастерство, чтобы запугивать молодых женщин, или в том, что лорд Оливер Бранфут и Дино Лонгкастер наслаждались унижением тех, кто был менее богат и влиятелен, чем они сами, или в том, что Крейг Уитон проверял электронную почту и сообщения своей девушки. Нельзя было возложить на Мерфи вину за то, что Ниалл Сэмпл бросил свою жену вскоре после выкидыша, или что Джим Тодд изнасиловал школьницу, или что Ларри Макги был настолько зависим от порнографии, что не мог перестать ее смотреть даже на работе, или что неизвестный мужчина или мужчины использовали изнасилование Робин, чтобы запугать ее. В очередной раз обернувшись через плечо и потрогав самодельный перцовый баллончик в сумке для уверенности, Робин напомнила себе, что миллионы мужчин, включая Мерфи, ее отца и братьев, не были развратными, агрессивными или садистами, а были добрыми и порядочными людьми. Проблема была в том, что добрые и порядочные мужчины редко фигурировали в уголовных делах. Она знала, что ее работа грозила исказить ее мировоззрение, и подумала, как было бы здорово взять отпуск, сбежать от пронизывающего холода и темноты Лондона и не думать о грязных изнанках мужской жизни – но не сейчас. Не сейчас. Слишком много дел.

Когда Робин вошла в паб, Мерфи уже сидел за деревянным столом, а перед ним стояла пинта пива.

– Ты выглядишь великолепно, – сказал он ей.

– Ты лжец, – сказала Робин, целуя его. – Я выгляжу так же, как себя чувствую. Разбитой.

Проведя весь день на ногах, Робин с облегчением села и заказала бокал вина, надеясь, что как и виски в канун Рождества, это поможет ей почувствовать себя более празднично.

– Слушай, – сказал Мерфи, как только они произнесли тост за новый дом, а Робин сделала большой глоток вина, – я не собираюсь на тебя наезжать, хорошо?

О Боже, что теперь? – подумала Робин.

– Почему ты не сказала мне, что тело в серебряном хранилище – не Джейсон Ноулз? – спросил Мерфи. Его тон был легким, но взгляд – испытующим. – Ты ведь знала, да?

– Да, я знала, – сказала Робин, слишком уставшая, чтобы лгать. Они собирались жить вместе; ей нужно было быть с ним честной, по крайней мере, там, где это было возможно. – Ким Кокран сказала нам, что команда, работающая над этим делом, исключила его из списка подозреваемых. Я не сказала тебе, потому что знаю, что ты изначально не хотел, чтобы мы вели расследование об этом теле, и ты сказал что-то вроде "показать полиции", поэтому мне было неловко об этом упоминать.

– Хорошо, – сказал Мерфи. – Итак, вы знаете, кто был в хранилище?

– Нет, – сказала Робин, чувствуя легкий укол вины, снова вспомнив Дика де Лиона и лорда Оливера Бранфута.

– А если бы ты знала, ты бы мне сказала?

– Райан, да ладно. Думаешь, мы стали бы скрывать такую информацию от полиции?

– Нет, – сказал Мерфи. – Я не думаю, что вы стали бы скрывать это от полиции, но мне было интересно, расскажешь ли ты мне конкретно.

– Ну конечно…

– Потому что я знаю, что вел себя в этом вопросе как придурок, – сказал Мерфи.

Робин потянулась к его руке и сжала ее.

– Я понимаю, что ты чувствовал, – сказала она. – Я знаю, почему ты не хотел, чтобы мы вмешивались. Дело было очень деликатным. Я понимаю.

Мерфи отпил пива и сказал:

– Я слышал, Страйк сообщил им, что тело Ноулза отправилось в "Барнаби".

– Да, – сказала Робин.

– Вы узнали, что такое Барнаби? Или кто это?

– Нет, – сказала Робин, в очередной раз вспомнив, что она все еще не купила подарки своим новым племянникам.

– Кто этот связной у Страйка, который знает все эти секретные детали?

– Я не смогла бы тебе сказать, даже если бы захотела. Я не знаю его настоящего имени.

– Он явно хорошо информирован, – сказал Мерфи.

– Да, – сказала Робин.

– Очевидно, преступник.

– Да, – снова сказала Робин. Она выпила еще вина, все еще держа Мерфи за руку.

– Что ж, если хочешь, у меня есть для тебя кое-какая информация, – сказал Мерфи. – Об этом "Пежо". Машине, на которой скрылись преступники.

– Серьезно?

– Да. Это будет обнародовано – их первый шаг к признанию того, что Трумэн облажался. Но ты можешь узнать об этом заранее.