Джо Лансдэйл – Повести и рассказы (страница 115)
— Но… у вас есть одна на продажу?
Маленький человечек кивнул головой.
— Я бы хотел сначала увидеть ее, прежде чем мы обсудим цену.
— Очень хорошо, — маленький человечек повернулся, зашаркал к задней части магазина, остановился и позвал Нейланда за собой.
Они прошли через темный, занавешенный дверной проем и вошли в большую комнату, где у стены стояло полдюжины саркофагов.
Нейланд облизал губы. Маленький человечек ухватился за угол одного саркофага и открыл его.
— Осмотрите, но не трогайте слишком сильно, — сказал маленький человечек. — Они хрупкие, очень хрупкие.
Нейланд кивнул, не в силах говорить. Он осторожно подошел к саркофагу и осмотрел завернутую фигуру внутри. Ткань, которой была обмотана мумия, пожелтела от старости, местами даже почернела.
— Если ее развернуть, — предупредил маленький человечек, — воздух быстро разрушит ее. Было бы желательно поместить ее в какой-нибудь стеклянный футляр и никогда не двигать и не трогать.
— Да, — рассеянно сказал Нейланд.
Он жадно осмотрел мумию с ног до головы. Мумия для его коллекции; чтобы он мог любоваться ею в одиночестве.
На левой руке мумии, где руки были перетянуты через грудь, был разрыв в ткани, небольшая выпуклость на безымянном пальце левой руки.
Нейланд посмотрел через плечо на маленького человечка, который наблюдал за ним терпеливыми, черными, птичьими глазами.
— Может быть, вы предпочтете побыть один, — предложил человечек, чувствуя нервозность Нейланда.
— Да… да, если вы не возражаете.
— Без проблем, — маленький человечек повернулся и зашагал прочь.
Когда Нейланд остался наедине с мумией, он вернул свое внимание к выпуклости на пальце мумии. Возможно, он нашел что-то важное, например, кольцо; кольцо из бесценного золота и драгоценных камней; кольцо, которое веками находилось на пальце мертвеца. Если владелец узнает об этом, он может поднять цену; если нет, Нейланд был уверен, что сможет сделать хорошую покупку. Мумия будет у него в коллекции, а кольцо можно будет продать за кругленькую сумму.
Осторожно он поднял руку и потрогал выпуклость. Она была очень твердой. Сквозь прореху в обертке что-то блеснуло. Да, черт побери, он нашел мумию с кольцом. Конечно, это могла быть кость, и не более того.
Нейланд наклонился вперед и заглянул в прореху в обертке. Все еще сомневаясь, он осторожно поднял руку и начал снимать обертку с пальца, и тут он увидел это.
Нейланд, внезапно осознав, что кто-то стоит у него за спиной, обернулся.
Но слишком поздно.
Нейланд увидел, как рука маленького человечка и топор опустились в мгновение ока, а затем он больше ничего не видел.
Горбун вытащил обнаженное тело Нейланда из чана с химикатами с помощью длинного крюка, и с искусной легкостью перетащил труп на плиту для обертывания.
Он уже собирался приступить к обертыванию, когда в дымную камеру вошел маленький человечек.
Горбун надеялся, что тот не был все еще зол.
Маленький человечек сказал:
— Надеюсь, ты осмотрел его, Куда. Никаких колец или часов… и помнишь, тот, кого ты завернул, все еще носил очки. Что мне с тобой делать? Мы должны продавать эти мумии, чтобы оставаться в бизнесе. Мы не можем продолжать делать их из потенциальных клиентов только из-за твоих идиотских ошибок.
— Да, хозяин.
— Помнишь выпуклость, которую создавали эти очки под оберткой? И если бы я не заглянул к американцу, я мог бы не увидеть ни его, ни кольцо, которое ты забыл. Если бы я не поймал его вовремя, это могло бы привести к появлению полиции. Грабить могилы — хороший и аккуратный способ снабжения, но если мы будем делать собственные трупы, у нас могут быть неприятности, Куда. Ты понимаешь?
— Да, хозяин. Прости меня, хозяин. Я понимаю.
Маленький человечек покачал головой.
— Нужно быть осторожным в наши дни.
Он повернулся и зашаркал обратно к входу в магазин. Скоро должен был прийти человек, чтобы купить мумию.
Послушайте
Он был одет в синее — цвет настроения Мергюсона.
— Мистер… э-э? — спросил психиатр.
— Мергюсон. Флойд Мергюсон.
— Конечно, мистер…
— Мергюсон.
— Точно. Пойдемте в мой кабинет.
Это был гладкий офис, полный гладких черных кресел, текстура которых напоминала подбрюшье ящерицы. Стены были украшены картинами ярко-кислотного цвета; на большом столе из орехового дерева стояла скульптура из капель металла. И, разумеется, там был большой диван, как в кино.
Он был шоколадно-коричневого цвета, с подушками на каждом конце. Казалось, что ты можешь погрузиться в него и исчезнуть в его мягкости.
Однако они сидели в креслах. Психиатр на своей стороне стола, Мергюсон на стороне клиента. Два одинаковых, мягких кресла.
Психиатр был молодым человеком с легкой преждевременной сединой на висках. Он выглядел с головы до ног интеллигентным профессионалом.
— Итак, — сказал психиатр. — В чем именно заключается ваша проблема?
Мергюсон пошевелил пальцами, облизнул губы и отвел взгляд в сторону.
— Ну же, давайте. Вы пришли сюда за помощью, так что давайте начнем. Смелей.
— Ну, — осторожно сказал Мергюсон. — Никто не воспринимает меня всерьез.
— Угу. Расскажи мне об этом.
— Никто меня не слушает.
— Простите… что?
— …я говорю что меня никто не слушает! Я не могу это выносить! Ни минуты больше. Я чувствую, что взорвусь, если не получу помощь. Иногда, мне просто хочется закричать: —
Мергюсон наклонился вперед и уверенно сказал:
— На самом деле, я думаю, что это болезнь. Да, я знаю, как это звучит, но я верю, что это так, и я верю что приближаюсь к последней стадии болезни.
— Серьезно? — произнес психиатр.
— У меня есть теория, что есть люди, которых другие не замечают, что они почти невидимы для окружающих. Думаю это генетический изъян. И подобно раковым клеткам, эта болезнь прогрессирует, часики тикают, идет время и потом…
— И
— Потом — они исчезают вовсе. Пропадают без вести.
— Ясно.
— У меня всегда была проблема с застенчивостью и замкнутостью — и это первый признак болезни. Вы либо встряхнетесь рано или поздно, либо нет. Если вы этого не сделаете, болезнь просто вырастет и поглотит вас. Со мной проблема усугубляется с каждым годом, а в последнее время и с каждым днем.