Джо Беверли – Герцог-пират (страница 82)

Торн увидел, что в коробке действительно было по одному экземпляру каждого письма. Все они были написаны довольно четким почерком.

– Это оригинальные архивные письма, написанные рукой самой леди Фаулер?

– Я не уверена, но предполагаю, что самые старые – да. – Белла подошла к нему с бумагами в руках и посмотрела на письмо. – Да, это ее почерк. Думаю, письмо было написано какое-то время назад. В последнее же время ее почерк становился все более неразборчивым. А потом она и вовсе стала надиктовывать свои послания.

– Что это у вас? – тихо спросил Торн, взглянув на бумаги, которые она держала в руках.

– Это списки с адресами людей, которым леди Фаулер отправляла свои письма. Я должна уничтожить их.

Торн выхватил бумаги у нее из рук.

– Не нужно этого делать. Это серьезное правонарушение.

Белла успела ухватить конец одной из бумаг и прошипела:

– Большинство из этих женщин ни в чем не виноваты. И никогда не имели революционных наклонностей.

– Тогда им ничего не угрожает.

– Так же как нам?

– Вас нельзя назвать абсолютно невиновными…

– Простите, ваша светлость?

Они замерли, услышав голос Нормана из соседней комнаты.

Белла умоляюще посмотрела на Торна.

Имея всего секунду на принятие решения, Торн засунул бумаги за пояс своих брюк, спрятав их под сюртуком. Он успел это сделать прежде, чем вошел Норман, подозрительно хмурясь.

– Что это за место? – спросил он.

– Для меня оно тоже стало открытием, – сказал Торн, с трудом возвращая себе герцогскую надменность. – Всего лишь кладовая. Мисс Флинт была столь любезна сообщить мне, что здесь хранятся оригиналы всех писем леди Фаулер. Я полагаю, их следует забрать. Они могут пригодиться в качестве улик.

– Совершенно верно, – сказал Норман, забирая коробку у Торна. – Я думаю, было бы лучше, если бы вы предоставили осмотр этой комнаты моим людям, сэр.

– Согласен с вами. Но я считаю, что нам стоит поблагодарить мисс Флинт. Без ее добровольной помощи, возможно, прошло бы немало времени, прежде чем нам удалось бы найти эту комнату.

Губы Нормана сжались, и он посмотрел на Беллу с усмешкой. Торн это заметил и выругался про себя.

– Ваша помощь будет принята к сведению, мадам, – сказал Норман.

Белла выглядела непоколебимой.

– Очень надеюсь на это. Я уже говорила вам, мистер Норман: если вы будете считать меня и других дам своими союзницами, дело сдвинется с мертвой точки.

– Будьте добры, вернитесь в гостиную, мисс Флинт, – рявкнул Норман.

Белла, игнорируя приказной тон Нормана, посмотрела на Торна.

– Вы тоже этого хотите, ваша светлость?

Торн хотел сказать «нет» – отчасти чтобы позлить Нормана, а отчасти просто для того, чтобы провести с Беллой еще немного времени. Но следовало вести себя осмотрительнее.

– Да, пожалуйста, мисс Флинт. – Торн сопроводил свои слова поклоном.

Она присела в реверансе, который был одновременно элегантным и дерзким, и удалилась, выпрямив спину. Это была его Белла, такой он ее и запомнил.

– Хитрая женщина, – пробормотал Норман. – Она не так проста, как кажется.

– Вы имеете в виду, что она очень умна?

– Женщины не бывают умными.

– Ох, сэр, боюсь, что вам очень многое еще предстоит узнать в этой жизни. Но вернемся к делу – сейчас меня интересуют две женщины, прячущиеся в своих комнатах.

– Они обе были очень расстроены, ваша светлость.

– И вы верите в слезы женщин больше, чем в их интеллект?

Торн увидел, что Норман хочет возразить против слова «интеллект», но не сделал этого.

– Это вполне естественно для женщины – упасть в обморок в подобной ситуации.

– Тем не менее, я настоятельно рекомендую сказать им, чтобы они присоединились к остальным в гостиной.

– Как пожелаете, ваша светлость, – ответил Норман с явной досадой.

– Мне необходимо отлучиться и вернуться к себе домой, чтобы дать кое-какие распоряжения. Уверен, вы найдете способ запретить дамам обсуждать недавние события в мое отсутствие.

Торн зашагал прочь, надеясь, что легкий шорох от бумаг за его спиной не будет слышен на расстоянии нескольких футов.

Белла вернулась в гостиную, испытывая искушение закатить истерику, чтобы ей позволили побыть одной. Но тогда остальные решат, что Торн ужасно с ней обошелся. Даже если и так – это их не касается. Но вероятность того, что такая реакция наведет страх на окружающих женщин, и они сделают что-то глупое или даже опасное, вернула Беллу на землю.

У нее голова шла кругом от столь необычайных событий, но где-то внутри она была абсолютно счастлива. Торн пришел, чтобы помочь ей. Ему не все равно. И она снова его увидела.

– Беллона, дорогая. Что там, черт возьми, произошло?

Слова Мэри Ившем, которая казалась очень обеспокоенной, вернули Беллу в реальность.

– О, на самом деле ничего особенного. Я имею в виду… Думаю, герцог на самом деле твердо намерен помочь нам.

– Никогда не доверяй такому мужчине, как он, – отрезала Гортензия.

– Нам нужна хоть чья-нибудь помощь, – огрызнулась Белла в ответ.

– О, не надо, – проблеяла Бетси. – Пожалуйста, не спорьте. Я чувствую, что у меня начинается мигрень.

Белла готова была взорваться, но тут Эллен и Клара вошли в гостиную. Если Клара выглядела утомленной своим беспокойством, то Эллен Спенсер дрожала как осиновый лист. Глаза Эллен метались по сторонам, словно ее повсюду поджидала опасность.

– Ты тоже помогала сестрам Драммонд! – заявила Бетси, указывая прямо на Эллен. – Если они повесят меня, то ты будешь следующей!

Эллен Спенсер упала в обморок.

Глава 30

Торн разложил на своем столе смятые, но аккуратно написанные списки адресов. Они шли в алфавитном порядке, хотя некоторые были сгруппированы вместе. Нижние записи были сделаны более свежими чернилами, а верхние почти полностью выцвели. Просматривая имена, он нашел среди них многих дам из высшего круга, чему совсем не удивился. Письма леди Фаулер забавляли многих.

Там было имя матери Робина и Психеи Джессингем. Торн увидел имя леди Аррадейл и приподнял брови. Была ли жена Ротгара как-то причастна к скандалу, и было ли то письмо разослано по ее просьбе? Торн знал одно: леди придерживалась твердых взглядов по многим вопросам, связанным с женщинами.

Нельзя просто избавиться от списков, они слишком важны. Какие-то из этих людей могут быть по-настоящему опасными, сторонниками революции. Торн был рад, что ему удалось вывезти списки из дома, и он запер их в своем столе.

Еще одна услуга, оказанная его необыкновенной даме. Торн с тревогой подумал о том, на какие еще сомнительные поступки он способен, если она попросит? Сейчас он, конечно, должен помочь ей выпутаться из этой опасной ситуации.

А что потом?

В этот момент Табита запрыгнула к нему на стол.

– Ай-о-о-о.

– Ты согласна со мной? Похоже на то. Я не могу пытаться игнорировать ее существование. И когда мне лучше рассказать ей правду?

– Кому рассказать правду? – спросил Кристиан, входя в комнату.

– Воспитанные люди стучат, – холодно ответил Торн.

Кристиан приподнял брови, но не воспринял всерьез замечание друга.