Джим Батчер – Архивы Дрездена: Грязная игра. Правила чародейства (страница 162)

– Проще простого, – солгала я.

– Ладно, – поморщилась Энди. – От меня всю ночь будет нести мокрой псиной.

Она повернулась к двери, приняв боевую стойку, а я занялась гигантской ракушкой. Я постаралась прогнать все мысли о врагах, долбящих в дверь, и сосредоточиться на раковине. Я стала изучать ее с помощью своего восприятия, пытаясь почувствовать пульсировавшую в ней энергию.

Энергии в этой штуковине оказалось очень много: она копилась внутри раковины и была готова взорваться. Снаружи раковину покрывал тонкий слой чар – магический аналог панели управления. Вода уже начала медленно разъедать его, но еще не затронула основной слой, не позволявший выпустить заключенную в раковине энергию. И все же надо было действовать быстро, иначе вода разрушила бы все внешние чары, и тогда никто не смог бы обезвредить бомбу.

Я закрыла глаза и вытянула ладонь над раковиной, как делал Лягух. Почувствовав, как энергия раковины тянется к моим пальцам, чтобы ответить на команды, я начала направлять свою энергию в раковину и постаралась еще лучше изучить эту последнюю. Заклинание было простым и незамысловатым, но я не знала, что еще можно сделать: это все равно что получить пульт управления, на котором не указано назначение кнопок. Я не могла нажимать все подряд.

И все же на какие-нибудь кнопки пришлось бы нажать.

Ну что ж, решила я, буду действовать, основываясь на догадках.

На пульте управления телевизором кнопка включения всегда находится в стороне от остальных или же посередине. Я пыталась найти нечто подобное, чтобы обезвредить бомбу. Я стала исключать те части заклинания, которые казались слишком сложными или незначительными, постепенно сужая область поиска. Наконец осталось всего два варианта. Но если я ошибусь…

Я нервно захихикала:

– Ну что, Энди, какой провод: синий или красный?

Нога прислужника пробила дыру в двери. Энди резко повернула голову и с изумлением уставилась на меня.

– Черт, ты шутишь? – крикнула она. – Синий! Всегда нужно резать синий!

Половина двери отвалилась и с грохотом упала на пол. Энди растворилась у меня на глазах и превратилась в волчицу, после чего устремилась вперед и вгрызлась зубами в шею первого прислужника, пытавшегося пробраться внутрь.

Я снова сосредоточилась на бомбе, выбрала второй из имевшихся у меня вариантов и сконцентрировала на нем свою волю. Пришлось сделать пару попыток, потому что я была напугана, а панический ужас, как правило, не помогает сохранить ясность мыслей.

– Боже, послушай меня, – прошептала я. – Знаю, в последнее время я вела не самую праведную жизнь, но, если сейчас ты мне поможешь, многим будет очень хорошо. Пожалуйста, позволь мне сделать правильный выбор!

Я перерезала синий провод.

Ничего не случилось.

Я почувствовала мощное, почти парализующее облегчение, а потом лорд Лягух перемахнул через двух прислужников в свитерах, сражавшихся с Энди, и врезался в меня.

Я тяжело рухнула на мраморный пол. Лягух сел сверху и прижал меня к полу своим телом, далеко не изможденным. Пальцами одной руки он обхватил мою шею и сдавил горло. Он был жутко сильным. Мое дыхание тут же оборвалось, в голове загудело, перед глазами все поплыло.

– Маленькая сучка! – прошипел он и принялся бить меня свободной рукой. Удары приходились по левой щеке. Я должна была почувствовать боль, но, вероятно, у меня помутилось сознание. Я понимала, что он бьет меня, все остальное проглатывала разраставшаяся тьма. Я сознавала, что пытаюсь вырваться и ничего не выходит. Лягух был намного сильнее, чем казалось на первый взгляд. Я видела все нечетко, но вдруг поняла, что смотрю сквозь темный туннель на одну из мертвых девушек, лежавших на полу спальни, и на цепочку темно-фиолетовых синяков у нее на шее.

Затем пол в нескольких футах от меня покрылся рябью, и оттуда выпрыгнуло странного вида серое существо.

Свартальв, ростом не больше четырех футов и шести дюймов, совершенно голый. Серую кожу покрывали пятна, а огромные глаза были совершенно черными. Голова намного крупнее, чем у среднестатистического человека, к тому же совсем лысая и с серебристо-белыми бровями. Он и правда чем-то напоминал пришельца из Розуэлла, только был вовсе не тощим, а, напротив, поджарым и сильным, как профессиональный боксер. В руке он держал самый обычный короткий меч.

– Фомор, – спокойно произнес свартальв, и я тут же узнала голос Этри. – Нельзя бить женщин.

Лягух попытался что-то ответить, но Этри чиркнул своим мечом и отрубил Фомору ладонь, которой тот душил меня. Лягух заверещал и свалился с меня, выплевывая ругательства, пытаясь собраться с силами и одновременно отползая в сторону на трех конечностях.

– Ты посягнул на право гостя, – продолжил Этри, все так же спокойно. Он махнул рукой, и мрамор под лордом Лягухом внезапно стал жидким. Лягух погрузился в него примерно на три дюйма, после чего мрамор снова затвердел. Фомор закричал.

– Ты напал на одного из гостей, находящихся под защитой Свартальвхейма, – сказал Этри все тем же тоном. Меч снова просвистел в воздухе и отрезал Лягуху нос. Во все стороны брызнул гной, фомор снова завыл. Этри стоял над поверженным фомором и равнодушно взирал на него.

– Тебе есть что сказать в свое оправдание?

– Нет! – крикнул Лягух. – Ты не можешь так поступить! Я не причинил вреда твоему народу.

Вспышка ярости Этри оказалась такой жаркой, что я подумала: сейчас вода, падающая на него с потолка, превратится в пар.

– Не причинил нам вреда? – тихо сказал он и посмотрел на раковину, а затем устремил на Лягуха взгляд, полный нескрываемого презрения. – Ты хотел использовать наш альянс как предлог для убийства тысяч невинных существ, сделав нас твоими соучастниками. – Он присел на корточки, наклонился к Лягуху и произнес спокойным, тихим и безжалостным голосом: – Ты запятнал честь Свартальвхейма.

– Я за все заплачу! – закудахтал Лягух. – Вы получите возмещение за все неудобства!

– Нет такой цены, которую ты мог бы заплатить за свои деяния, фомор. Никаких переговоров не будет.

– Нет! – возмутился Лягух. – Нет. НЕТ!

Этри отвернулся от него и окинул взглядом комнату. Энди все еще пребывала в облике волчицы. Один из прислужников истекал кровью; вода из разбрызгивателей на потолке размывала ее, образуя огромную лужу на мраморном полу. Второй сидел в углу, закрывая руками голову, покрытую кровоточащими ранами. Энди смотрела на него, тяжело дыша, кровь капала с ее красных клыков, в груди клокотало рычание.

Этри посмотрел на меня и протянул мне руку. Я поблагодарила его, и он помог мне сесть. Шея болела. Голова болела. И лицо тоже. «Вот умора, ха-ха-ха! Иди сюда!»

Наверное, из меня вышибли все мозги, раз я начала повторять про себя реплики из «Трех балбесов»[37].

– Должен извиниться за то, – сказал Этри, – что помешал вашей схватке. Прошу, не думайте, что я поступил так, решив, будто вы не в силах за себя постоять.

– Это ваш дом, и ваша честь оказалась под угрозой, – прохрипела я. – Вы имели на это право.

Похоже, ему понравился мой ответ, и он слегка наклонил голову.

– Прошу также извинить меня за то, что сам не решил эту проблему. Вы не обязаны были самолично раскрывать планы этого мерзавца и предпринимать против него какие-либо действия.

– Я вела себя слишком самонадеянно, – сказала я. – Но у меня оставалось совсем мало времени.

– Ваш союзник сообщил нам об угрозе. Вы не сделали ничего предосудительного. Свартальвхейм благодарен вам за помощь. Мы у вас в долгу.

Я собралась было сказать ему, что в этом не было необходимости, но не стала этого делать. Этри не обменивался со мной любезностями. И не вел дружеской беседы. Во всем его поведении чувствовался строгий расчет. Поэтому я просто кивнула ему:

– Спасибо, мистер Этри.

– Всегда пожалуйста, мисс Карпентер.

Свартальвы в одежде охранников вместе с охраной смертных вошли в комнату. Этри приблизился к ним и тихо отдал распоряжение. Фомора и его прислужников связали и вывели за дверь.

– Что с ними будет? – спросила я.

– Мы накажем фомора, в назидание другим, – ответил Этри.

– А как же ваш договор?

– Его так и не подписали. В основном благодаря вам, мисс Карпентер. И хотя Свартальвхейм никогда не платит по долгам, под которыми не подписывался, мы высоко ценим ваше участие в этом деле. Это будет учтено.

– Фоморы не заслуживают таких благородных союзников.

– По всей видимости, так и есть.

– А что насчет прислужников?

– В каком смысле?

– Вы… разделаетесь с ними?

Этри молча посмотрел на меня, а потом спросил:

– Зачем?

– Ну они ведь тоже замешаны.

– Они собственность, – ответил свартальв. – Если кто-то бьет вас молотком, наказание должен понести именно он. Нет смысла уничтожать молоток. Нам нет дела до них.

– А как же они? – спросила я и кивнула в сторону мертвых девушек в спальне фомора. – Вам есть дело до того, что с ними случилось?

Этри посмотрел на девушек и вздохнул.

– Красивые вещи не стоит уничтожать, – сказал он. – Но они не были нашими гостями. Мы никому ничего не должны за их смерть и не будем нести за них ответственность.

– У вас в плену находится вампир, – напомнила я, – это так?

Этри смерил меня долгим взглядом и затем ответил:

– Да.