Джим Батчер – Архивы Дрездена: Грязная игра. Правила чародейства (страница 163)

– Вы у меня в долгу. Я хочу, чтобы вы его отпустили.

Он изогнул одну бровь, слегка поклонился и сказал:

– Пойдемте со мной.

Я вышла вслед за Этри из люкса и проследовала по коридору до комнаты номер шесть. Хотя дверь была разбита в щепки, Этри почтительно остановился перед ней и постучал. Через мгновение женский голос сказал:

– Можете войти.

Мы вошли в точно такой же люкс, как у фомора, только здесь было больше мягкой мебели и диванных подушек. Внутри царил полный разгром. На полу валялись обломки мебели и предметов интерьера, обрывки занавесок, избитые прислужники в свитерах с высоким воротом. Охранники-свартальвы уже связывали их и выносили из комнаты.

Листен прошел мимо меня на своих ногах. Его руки были связаны за спиной, один глаз заплыл. Он пристально посмотрел на меня и ушел, ничего не сказав.

Ублюдок.

Этри повернулся к закрытому пологом входу в спальню и сказал:

– Мы в долгу у смертной ученицы чародея, которая предупредила нас. Она просит освободить вампира.

– Это невозможно, – ответил женский голос. – Он уже начал платить по счету.

Этри посмотрел на меня и пожал плечами:

– Извините.

– Подождите, – попросила я. – Можно с ним поговорить?

– Минуточку.

Мы ждали. Томас, в черном махровом халате, появился в дверях спальни. Он только что вышел из душа. Томасу недоставало роста – чуть меньше шести футов, – но каждый дюйм его тела громко заявлял о том, что это настоящий секс-символ. У него были глаза цвета синего хрусталя, темные волосы ниспадали на широкие плечи. Мое тело отреагировало на него как обычно – стало кричать о том, что пора делать детей. Я проигнорировала этот призыв. По крайней мере, попыталась.

– Молли, – сказал он, – с тобой все хорошо?

– Ведро аспирина решит все мои проблемы, – ответила я. – Кхм… а у тебя все в порядке?

Он удивленно моргнул:

– А что со мной может быть не так?

– Я думала… ну, знаешь, что тебя поймали как шпиона.

– Да, конечно, – ответил он.

– Я думала, они… мм… накажут тебя?

Он снова моргнул в недоумении.

– С чего бы это?

Дверь в спальню снова открылась, и на пороге возникла женщина-свартальв, такая же коротенькая, как Этри, очень красивая, но не лысая – с длинными серебристыми волосами. На ней была женская сорочка – скорее всего, принадлежавшая Томасу, – которая спускалась до лодыжек. Выглядела она весьма самоуверенно. За ее спиной я увидела несколько пар больших темных глаз, глядевших из темной спальни.

– А, – сказала я. – Ой, ты заключил сделку!

– Это тяжелая, грязная работа… – усмехнулся Томас.

– И она еще не закончена, – сказала женщина-свартальв. – До рассвета ты наш.

Томас посмотрел в спальню, затем на меня и развел руками.

– Ты же понимаешь, Молли. Долг зовет.

– Э-э-э… – протянула я. – Что сказать Жюстине?

Он снова посмотрел на меня с непониманием.

– Правду. Что же еще?

– Ой, и слава богу! – сказала Жюстина, когда мы вышли на улицу. – Я уже боялась, что его заморят голодом.

Я недоумевающе уставилась на нее.

– Твой парень трахается с целой комнатой эльфиек, а ты радуешься?

Жюстина откинула голову и рассмеялась.

– Когда влюбляешься в инкуба, твои взгляды на жизнь, наверное, меняются. Кажется, будто делаешь это в первый раз. Я знаю о его чувствах ко мне, к тому же он должен питаться для поддержания здоровья. Так какая, собственно, разница? – Она усмехнулась. – И потом, он всегда готов к новым свершениям.

– Ты такая странная, Жюстина.

Энди хмыкнула и дружелюбно толкнула меня плечом. Она отыскала свое платье и туфли, которые ей так понравились.

– Кто бы говорил о странностях.

После того как мы все вернулись домой, я вышла из квартиры Уолдо, отправилась к ближайшим гаражам, нашла там темный уголок, села и стала ждать. Два часа спустя передо мной материализовалась Леа и уселась рядом.

– Ты провела меня, – сказала я. – Послала туда вслепую.

– Это правда. Как и Лара, отправившая туда своего брата. Только мой агент, в отличие от нее, справился с задачей.

– Но зачем? Зачем посылать нас туда?

– Нельзя было допустить заключения договора с фоморами, – объяснила она. – Если хотя бы одна нация согласится на нейтралитет, за ней вскоре последуют десятки других. Фоморы внесли бы разлад в ряды остальных и постепенно победили бы всех. Положение очень деликатное. Присутствие агентов должно было нарушить равновесие и вывести фоморов на чистую воду.

– Почему ты мне не сказала? – спросила я.

– Видишь ли, ты сомневалась во мне и все равно не поверила бы.

Я хмуро посмотрела на нее:

– И все же ты должна была сказать.

– Не будь смешной, дитя, – фыркнула Леа. – У меня не было времени рассеивать твои сомнения и подозрения, выслушивать теории и отвечать на вопросы. Намного проще показать приз, за который ты должна побороться.

– Откуда ты знала, что я найду бомбу?

Она приподняла бровь:

– Бомбу? – Леа покачала головой. – Я не знала в точности, что должно произойти. Но фоморы – предатели, всегда были и будут ими. Единственный вопрос – в чем именно проявится их измена. Свартальвы должны были узнать об этом.

– Откуда ты знала, что я смогу это обнаружить?

– А я не знала. Но я знаю твоего наставника. Он научил тебя впутываться в разные истории и обнаруживать неудобную правду, – улыбнулась она. – К тому же ты переняла его склонность приносить хаос туда, где еще недавно царили спокойствие и порядок.

– К чему ты клонишь? – спросила я.

Ее улыбка была до противного самоуверенной.

– Я просто была уверена, что договор в любом случае не подпишут.

– Но ты могла сделать все сама.

– Нет, дитя, – сказала Леа. – Свартальвы никогда не пригласили бы меня на прием. Они любят чистоту и порядок. И сразу догадались бы, что мои намерения не имеют никакого отношения к порядку.

– А о моих намерениях они не догадывались?

– Они судят о других только по их поступкам, – сказала Леа. – И поэтому согласились заключить договор с фоморами, которые до сего дня не переходили им дорогу. Мои поступки показали им, что со мной нужно вести себя очень осторожно. О тебе… им не было известно ничего. К тому же ты чертовски привлекательна. Все закончилось хорошо: твой город спасен, а богатые, умелые и влиятельные существа оказались у тебя в долгу. – Она сделала небольшую паузу, а затем рассмеялась, слегка наклонившись ко мне. – Возможно, тебе стоит как-нибудь выразить свою благодарность.

– Поблагодарить тебя? – удивилась я. – За что?