Джим Батчер – Архивы Дрездена: Грязная игра. Правила чародейства (страница 164)

– Думаю, у тебя был удачный вечер, – ответила Леа, приподнимая брови. – Как же с тобой тяжело, дитя! Просто не понимаю, как он только мирится с твоим нахальством! Наверное, ты считаешь, что я должна наградить тебя.

Она встала и собралась уходить.

– Стой! – внезапно сказала я.

Леа замерла.

Мне показалось, что мое сердце вдруг перестало биться. Все тело охватила дрожь.

– Ты сказала, что знаешь Гарри. Не знала его. А знаешь. В настоящем времени.

– Правда?

– И что ты не понимаешь, как ему удается уживаться со мной. Удается. В настоящем времени.

– Правда?

– Тетушка, – едва слышно прошептала я. – Тетушка, скажи, Гарри… жив?

Леа очень медленно повернулась ко мне и одарила многозначительным взглядом зеленых глаз, в которых заплясали озорные огоньки.

– Я не сказала, что он жив, дитя. И ты не должна так говорить. Пока.

Я склонила голову и начала плакать. Или смеяться. Или плакать и смеяться одновременно. Леа не стала ждать, когда я закончу. При любом проявлении эмоций она чувствовала себя неловко.

Гарри жив.

Я не убила его.

Лучшей награды я не могла себе представить.

– Спасибо, тетушка, – прошептала я. – Спасибо.

Глухое дело

Мне очень понравилось вести повествование от лица Молли, в чьей жизни наступил один из самых трудных этапов, как было в прошлом рассказе. Хотелось написать еще что-нибудь о ней после событий романа «История призрака», где будущее Молли выглядит туманным, но она постепенно начинает восстанавливаться и понимать, чего хочет от жизни. У Молли всегда были непростые отношения с матерью, и теперь, когда она стала новой Зимней Леди Нечестного двора, ей приходится иметь дело с одним из самых пугающих существ, являющихся воплощением матери, а именно с Мэб – Королевой Воздуха и Тьмы. Мне хотелось понаблюдать за их взаимодействием и ради этого пришлось написать рассказ.

Кроме того, я решил пристальнее посмотреть на то, какую роль Зимняя Леди играет в высших кругах фэйри, почему эта роль так важна и как нежелание Мэйв выполнять свои обязанности привело к печальным последствиям.

Наконец мне хотелось подробнее рассказать о Молли, которая столько пережила и получила так много печальных уроков, – и объяснить, почему бесценная мисс Карпентер оказалась не по зубам всесильной Мэб.

– Ты поняла, что́ должна сделать, – сказала Мэб, Королева Воздуха и Тьмы.

Ее слова прозвучали вовсе не как вопрос.

Я вцепилась в леерное ограждение яхты, пока бурные волны подкидывали и роняли ее на пути к мрачному берегу.

– Поняла, – ответила я. – Собрать дань с миксани.

Мэб смерила меня долгим взглядом, от которого мне стало не по себе. А меня, вообще-то, не так легко вывести из равновесия. Вы бы видели, как умеет смотреть моя мать. Черити Карпентер знает, как нагнать страху. Но я научилась не принимать все это близко к сердцу.

– Леди Молли, – сказала Мэб. – Устреми ко мне свой взор.

Можно было просто сказать: «Посмотри на меня». Но это звучит не так драматично.

Я посмотрела на нее.

В тот момент поблизости от нас не было смертных, но мы путешествовали в мире смертных около Алеутских островов, и Мэб была одета как смертная. Королева Зимнего двора фэйри красовалась в белой шубе и большой пушистой белой шапке – как скандинавская светская львица в фильмах о Джеймсе Бонде. Ни один смертный не наденет белые сапоги на высоких каблуках, если он должен стоять на мокрой, обледеневшей, качающейся палубе в этих холодных водах, когда завывает ветер, предвещающий начало зимнего шторма, но Мэб – другое дело. По возможности она старалась выбирать путь наименьшего сопротивления, но ей было совершенно наплевать, если ее поведение вызывало тревогу или даже злость у представителей людской расы. Носить она предпочитала то, что, по ее мнению, особенно шло ей. В тот момент, судя по всему, она решила, что больше всего ей подойдет выражение сурового неодобрения.

Я знала, что мой внешний вид сильно разочарует ее, но привыкла к такому отношению со стороны особ авторитарного склада, претендующих на роль всеобщих мамаш. На мне были зимние утепленные джинсы, теплые ботинки, несколько свитеров, тяжелая куртка-бомбер и старая охотничья ушанка, завязанная под подбородком. Практично, надежно и удобно.

Мне больше не нужна была теплая одежда, как Мэб не нужны были меха, но я подумала, что так проще смешаться с толпой.

– Внешний вид имеет решающее значение, юная леди, – сказала Мэб суровым голосом. – Важно произвести первое впечатление.

– Ну да, потому что у вас не будет второго шанса произвести первое впечатление, – сказала я, закатывая глаза.

Возможно, это прозвучало банально. Ну, самую малость. Мэб молча уставилась на меня, а затем одарила ледяной улыбкой.

– Мудрость в оболочке бездумной непокорности.

– Бездумной, – презрительно бросила я.

– Я даю тебе совет, – сказала Королева Мэб. – Не прошло и недели с тех пор, как ты стала Королевой фэйри. Разумно было бы прислушаться.

Яхта замедлила ход и начала крениться набок, облако ледяных брызг полетело к скалистому берегу. Для судна смертных она управлялась слишком умело, но здесь, вдали от посторонних глаз, стоявшие за штурвалом сидхе с радостью бросали вызов морской стихии, способной привести в замешательство даже опытнейших смертных капитанов, управляющих самыми современными кораблями смертных.

«Не смертных, – твердо произнес внутри меня голос разума. – Людей. Просто людей. Вроде меня».

– Спасибо за советы, – сказала я Мэб. – Знаешь, я все поняла. Моя предшественница двести лет не выполняла свои обязанности как следует. Работы непочатый край. Меня ждет много дел. С этим все ясно.

Мэб снова смерила меня долгим взглядом, после чего произнесла:

– Ты ничего не понимаешь. – Затем развернулась и пошла в свою каюту, которая была намного больше изнутри, чем снаружи. – Но ты еще поймешь.

Я проводила ее хмурым взглядом, посмотрела на двадцать ярдов бушующих волн, отделявших меня от земли, и спросила:

– Как же я доберусь до берега?

Мэб бросила на меня взгляд, который можно было назвать раздраженным, – хотя я не была уверена, действительно ли она смотрит на меня, молча вошла в свою каюту и закрыла за собой дверь.

Я осталась стоять на раскачивающейся палубе и посмотрела на сидхе, управлявших яхтой. Оба были мужчинами, высокими, темноволосыми и темноглазыми. Вообще не мой типаж. Ни капли не мой, черт побери. Один из них обратил на меня внимание и дерзко посмотрел мне в глаза, его губы изогнулись в легкой усмешке, и мое сердце застучало быстрее. Тук-тук. Или что-то вроде того. Он оказался чертовски привлекательным мужчиной.

Только на самом деле никакой он не человек. А один из сидхе. С помощью своих чар он принял облик, который тебе точно понравится, и с удовольствием проделает с тобой такие штуки, для которых ни одному смертному не хватит изощренности, но его это совершенно не волнует.

Мой голос разума рассуждал, как моя мама, и это немного пугало меня.

И потом, мне совсем не было нужно, чтобы он волновался. Я просто хотела любоваться его красотой, пока буду срывать с него одежду…

Я покачала головой и перевела взгляд на океан. Оказалось, не так-то просто выполнять обязанности Зимней Леди. Особенно раздражало то, что случилось с моим либидо, которое и раньше было отменным. Я чувствовала себя кроликом-подростком: видела секс везде, где можно и нельзя, даже там, где его вообще не было, даже если старалась не замечать его. Это ужасно раздражало, ведь мне нужно было заниматься делом.

Двое невероятно сексуальных сидхе пялились на меня, такие горячие, что глаз не отвести, но и пальцем не пошевелили, чтобы помочь мне добраться до берега и доказать, чего я стою, выполнив первое задание Королевы Воздуха и Тьмы. А поскольку предыдущая Зимняя Леди, которая подвела Мэб, закончила жизнь с пулей в голове, я понимала, что должна по возможности не наломать дров.

Так вот что она имела в виду под первым впечатлением! Поняв, что это была вежливая угроза, я почувствовала, как у меня подгибаются коленки.

Ну ладно.

Я призвала Зиму. Хорошо так постаралась. Впустила в себя бесконечный холод, который наполнил меня до краев; пока сила Зимы перетекала в мое тело, вокруг поднялся ветер. Я позволила этой силе заморозить все: мои переживания из-за того, что может произойти, если я подведу Мэб, желание узнать, что ждет меня впереди, похоть, которую пробудили во мне рулевые (я вдруг поняла: их могли нарочно поставить сюда, чтобы проверить мою решимость и умение сосредоточиваться на деле).

А затем я выпустила силу Зимы на свободу.

Всю свою чародейскую жизнь я привыкла плести паутину иллюзий и телепатической магии. Моя работа всегда отличалась невероятным изяществом, но мне недоставало той силы, которую я видела в своем наставнике. Я заставила себя свыкнуться с мыслью о том, что ловкость, хитрость, склонность к манипуляциям и другие виды косвенного воздействия навсегда останутся моим главным оружием.

Но теперь все изменилось.

Послышался оглушительный треск на поверхности моря: Зимний лед сковал воду на десять футов в глубину и на полмили вокруг корабля. Яхта замерла на месте, перестав перекатываться на волнах и качаться.

Чтобы утверждать наверняка, необходимы более точные расчеты, но, думаю, для этого маленького фокуса потребовалось примерно столько же энергии, сколько высвобождается при взрыве мощных боеприпасов. Рулевые уставились на меня, вдруг осознав, что они ввязались во что-то непонятное.