Джейн Блэквуд – Искусство быть Тенью. Предел прочности. Том 1 (страница 8)

Итан оказался в сантиметрах от неё, отрезав пути к отступлению. Его лицо было идеальной маской деловой беседы, но в глазах стоял холодный, почти научный интерес – ему было любопытно, как долго продержится хрупкий каркас ее спокойствия.

– Но смените парфюм, – тихо добавил он, и его дыхание коснулось ее щеки. – Слишком сладкий. Отвлекает. Меня.

Прежде чем она смогла опомниться, его рука поднялась. Он нежно, почти по-отечески, провел тыльной стороной пальцев по ее виску, отводя прядь волос. Кожа под его прикосновением вспыхнула ледяным ожогом. Жест был настолько интимным и чудовищно неуместным, что у Элис перехватило дыхание.

Не дожидаясь ответа, Итан развернулся и ушел, даже не оглянувшись. Ему и не нужно было видеть ее реакцию – он знал ее заранее, как химик знает результат опыта.

Элис сжала край столешницы, пытаясь устоять на ватных ногах. Воздуха катастрофически не хватало, а по спине бежали ледяные мурашки. Но сквозь страх отчетливой волной поднималось яростное и горькое осознание. Он дал ей передышку – лишь для того, чтобы яснее и безжалостнее продемонстрировать, что свобода – иллюзия, которую он позволяет, пока ему не заблагорассудится забрать обратно.

Глава 19. Урок анатомии.

Проект «Титан» оказался поистине титаническим. Теперь даже в аду переработок она чувствовала незримое присутствие, тяжелое и неотступное, будто Итан наблюдал за ней из каждой тени.

В одну из таких бесконечных ночей Элис писала код. Глаза слипались, а спина горела огненной полосой. Она на мгновение откинулась на спинку кресла, пытаясь прогнать оцепенение из онемевших мышц. Расслабленность была роскошью, которую она не могла себе позволить. И Элис это знала.

Дверь в кабинет бесшумно отворилась, Итан возник в проеме, словно материализовавшись из воздуха. Несколько неслышных шагов – и он уже стоял вплотную за ее креслом.

– Неэффективная поза, мисс Рид, – его голос был тихим и ровным, как лезвие. – Снижает результативность моего ресурса. Нужно исправить.

Его руки опустились на ее плечи, прежде чем она успела издать звук. Элис вздрогнула, каждый мускул напрягся, требуя бежать.

– Не надо, – резко выдохнула она, пытаясь вырваться.

Но его хватка мгновенно превратилась в стальную. Пальцы впились в ее плечи с такой силой, что у нее вырвался короткий, приглушенный вскрик.

– Тише, – его губы почти коснулись ее уха. Шепот был обжигающим и влажным. – Я не причиню вам вреда.

Его большие пальцы с неумолимым давлением впились в зажатые мышцы, разминая их с жестокой, расчетливой точностью. Это была не помощь, а демонстрация власти. Чистейший ритуал доминирования.

– Выпрямитесь, – скомандовал он, и одна его ладонь скользнула с плеча вниз, по ее позвоночнику, заставляя каждый позвонок вытянуться в струну.

Элис застыла, не в силах пошевелиться, задыхаясь от стыда и гнева.

И тогда он наклонился еще ближе. Губы, холодные и сухие, прикоснулись к ее уху.

– Вы дрожите, Элис, – прошептал он, и в его голосе послышалась хриплая, неприкрытая нотка желания. – Но я не уверен, что от страха. Кажется, ваше тело осознало свою истинную ценность. Оно – мой трофей. А трофеи не сопротивляются.

С этими словами он разжал пальцы, но, убирая руки, медленно провел ладонью по ее шее, откидывая волосы с таким интимным и собственническим жестом, будто снимал покров с уже принадлежащей ему вещи.

– Не сутультесь. Или мне придется повторить этот урок. Более настойчиво.

Когда его шаги затихли, Элис осталась сидеть, не двигаясь, все еще чувствуя на коже ожог от его прикосновений. Она медленно провела пальцами по тому месту на шее, где только что лежала его ладонь. Кожа горела, словно он выжег на ней невидимый штамп. Штамп собственности. Тело больше не принадлежало ей. Оно стало вещью, которую он демонстративно ощупал, оценил и положил обратно, зная, что оно никуда не денется.

Глава 20. Пепельница.

Следующий день прошел в нервном оцепенении. Каждый звук заставлял Элис вздрагивать, а в голове безостановочно прокручивались события прошлой ночи. К вечеру, когда работа была почти закончена, а Итан Чейз так и не появился, внутри зародилась хрупкая, обманчивая надежда на то, что самое страшное позади.

Офис погрузился в тишину, пока она дописывала последние строки отчета. В тот миг, когда пальцы потянулись к кнопке монитора, из коридора раздался мягкий щелчок.

– Вы всё ещё здесь, – прозвучал у нее за спиной ровный голос.

Элис резко обернулась, и по её спине пробежали мурашки ледяного животного ужаса. Итан стоял в нескольких шагах. На нем не было пиджака, и эта неформальность пугала больше всего. Его тяжелый, изучающий взгляд скользнул по ней.

– Мистер Чейз… Я почти закончила. – собственный голос донесся до нее как будто со стороны, слабый и дрожащий, выдавая страх, который она так старалась скрыть.

– Я вижу, – его губы тронуло подобие улыбки. – Зайдите ко мне. Нужно обсудить вчерашние цифры.

Это была не просьба, а первый шаг в игре. Комок подкатил к горлу, но Элис подавила спазм и кивнула, чувствуя, как холодеют кончики пальцев.

Кабинет встретил их прохладой, пахнущей дорогим кофе и скрытой угрозой. Итан прошел к своему столу, не предлагая ей сесть.

– Закройте дверь.

Сердце Элис на мгновение замерло, прежде чем забиться с новой силой. Щелчок замка прозвучал приговором, окончательно отрезав путь к отступлению. Она осталась один на один с хищником в его логове.

– Данные по вчерашнему проекту. Здесь неточность. Проверьте.

Он протянул ей папку. В ту же секунду его пальцы, обжигающе-холодные, коснулись ее ладони. Рука дернулась назад помимо воли, инстинктивно разрывая этот отвратительный контакт.

– Я… могу сделать это утром, – выдавила она, слыша, как слова звучат слабо и неубедительно.

– Сейчас удобнее, – Итан не повысил тона, но в его ровной, отточенной речи зазвучала стальная нотка, от которой по спине побежали мурашки.

Он отошел к окну. Элис осталась стоять, сжимая папку. Она понимала: проверка цифр была лишь ширмой.

– Вы много работаете, мисс Рид. Я ценю это. Но карьера строится не только на отчетах. Нужны… правильные связи. Абсолютная лояльность. Во всём.

Он медленно повернулся. Его взгляд приковал её к месту.

– Я могу быть очень щедр к тем, кто всецело мне принадлежит.

Слово "принадлежит" повисло в воздухе тяжелым грузом. Он сделал шаг вперед. Элис инстинктивно отступила, чувствуя, как край стола впивается ей в спину.

– Мистер Чейз, пожалуйста… Мне нужно идти.– Я думал, вы амбициозны и понимаете, как достигается успех.– С этими словами он сделал ещё один шаг. Затем поднес руку к ее лицу и медленно, почти ритуально, провел тыльной стороной пальцев по щеке.– Для этого вам нужна лишь готовность… быть моей.

Элис резко отпрянула от его прикосновения.

В следующее мгновение он пригвоздил её к столу, вжав в холодный лак полировки. Холод пронзил спину – безжалостный и точный, как и его взгляд, не оставляющий ни шанса на пощаду.

– Нет, – вырвалось у нее почти беззвучно. – Я не хочу…

– Какая расточительность, – в его голосе прозвучало искреннее, леденящее сожаление. – Я предлагаю вам место в моём мире. А вы отбрасываете эту честь, как надоевшую безделушку. Это не просто отказ, мисс Рид. Это – оскорбление.

Он резко двинулся вперед. Его пальцы с железной хваткой впились в запястье, а вторая рука грубо придавила плечо, прижимая ее к столу .

– Отпустите! – выдохнула она.

– Тише, Элис, – его голос прозвучал приглушенно и властно. – Перестань бороться. Это неизбежно.

Его губы коснулись ее шеи, в ответ она отчаянно дернулась.

– Наивно, – усмехнулся он, и в глазах вспыхнул азарт.

Его рука скользнула к ее шее, жестко фиксируя голову. Пальцы впились в кожу. Она почувствовала, как сознание затуманивается.

– Нет! – крикнула она.

– Хватит сопротивляться, Элис. Ты здесь, потому что я этого захотел. И все закончится, только когда я решу.

Но она продолжала вырываться. Ее правая рука судорожно скользила по гладкой поверхности, пока пальцы не наткнулись на холодный, тяжелый край хрустальной пепельницы и не сомкнулись вокруг неё.

– Я сказал, хватит! – голос громыхнул прямо над ухом.

И в этот миг, не думая, она со всей силы, отчаянным движением, ударила его в висок. Глухой, ужасающий стук пронзил тишину. Итан с подавленным стоном отшатнулся. Он покачнулся и оперся о стол. В его глазах мелькнуло яростное изумление.

Этого мгновения хватило. Элис выскользнула из-под него и бросилась к двери.

Выбежав из здания, она не остановилась, не оглянулась – ноги несли сами, подгоняемые диким страхом. Холодный воздух обжигал гортань, заставляя её жадно глотать воздух. Добежав до угла, Элис замерла в тени, прижимаясь к холодной стене и высматривая такси. Увидев приближающиеся огни, она выскочила на обочину, отчаянно взмахнув рукой. К её невероятному облегчению, одна из машин тут же включила правый поворотник. Элис ринулась к ней, её пальцы с трудом нашли холодную ручку. Дверь захлопнулась. Мир снаружи остался за тонированным стеклом, и лишь тогда, в гулкой тишине салона, её накрыла тихая, всепоглощающая дрожь.

В следующее мгновение всё тело сжала ледяная судорога шока. Внутри накладывались друг на друга два кадра: мерзкое ощущение его губ на шее и гримаса боли в момент удара. Тошнота подкатывала и от памяти о его прикосновениях, и от леденящего ужаса перед завтрашним днём. Она совершила непоправимое – дала отпор. И теперь этот отпор грозился обрушить всё – её карьеру, репутацию, и, возможно, свободу. Да, она защищалась. Но в мире, где правду диктуют такие, как он, её защита была единственным и главным преступлением.