Дженнифер Арментроут – Рожденная из крови и пепла (страница 147)

Я призвала эфир, и он отозвался пьянящим порывом. Сила хлынула через меня, когда я подняла руку. Кожа потеплела. Из-под рукавов мантии просочился серебристый свет с золотыми вкраплениями.

Из моей ладони вырвалась энергия. Словно молния, она пронзила воздух и ударила одно из существ в грудь. Ее крылья разрушились, и она упала, вращаясь в воздухе. Секии врезалась в землю, вздымая грязь и пыль, и остановилась в нескольких футах от того места, где мы стояли. Осознав, что, как и в случае с даккаем, я не почувствовала ее смерти, я посмотрела вниз. От обугленной кожи ее груди — довольно сладострастной, обнаженной груди — шел дым. Мой взгляд переместился. Ее клочковатые волосы были откинуты назад с серого лица. Глаза были пустыми, безжизненными, цвета раскаленного золота, совпадающего с полосами, зигзагообразно пересекающими нижнюю часть ее ониксовых крыльев. Рот существа был открыт в беззвучном крике, обнажая ряд зубов, похожих на кинжалы.

Секии выглядели так, будто древние выпили слишком много виски, когда создавали этих существ: вроде бы хотели вывести новую породу птиц, а потом передумали и придали им смутно смертный облик.

Но Секия не была отвратительной. Черты ее лица оставались какими-то нежными. Даже красивыми. И от этого становилось еще тревожнее.

Стрела эфира пронеслась по небу, отвлекая мое внимание от причудливого существа. Двое Секии увернулись от эфира, а еще по меньшей мере полдюжины пронеслись над двором и устремились к нам.

Вскинув ладони, я сосредоточилась на них всем своим существом. Из-под рукавов моего халата вновь сверкнул серебристо-золотистый свет. В моих запястьях, а затем и в ладонях закрутились вихри эфира, и я стала двигаться быстрее: в моем сознании образовалась серебристая паутина эфира, которая тянулась к ним, как костлявые пальцы.

Воздух завибрировал, когда из моих пальцев потекли тонкие дуги серебра с золотыми вкраплениями, стекая на землю, пока я шла вперед. Тонкие нити обрели форму, быстро распространяясь по земле и поднимаясь вверх. Эфир влился в созданную мной паутину, и каждая ветвь устремилась в небо быстрее, чем можно было уследить. Ветки эфира одна за другой ударяли в Секий, подхватывая их в полете и заставляя падать на землю. Я потянула эфир назад.

Горячая сухая рука вцепилась мне в лодыжку, отбрасывая назад. Я ахнула, извиваясь на месте.

Секии, которых Белль вытащила первыми, улыбались мне. Я замерла в замешательстве, всего на секунду, но этого хватило. Существо дернулось, выбив меня из равновесия. Я тяжело и с хрипом упала на спину.

Тварь зашипела, как кошка, а затем прыгнула.

— Черт, — прохрипела я, вскидывая руки вверх. Я схватила секию за верхние руки за мгновение до того, как она приземлилась на меня, и удержала ее.

— Как ты еще не сдохла?

Она закричала, ее лицо и скрежещущие зубы были в нескольких дюймах от моего.

— Серьезно? — я посмотрела на грудь твари, чтобы убедиться, что Белль поразила ее эссенцией, и.… да, между плоскими грудями существа зияла обугленная дыра. — Я сейчас в таком замешательстве.

Секия вытянула вверх пернатую лапу. Мои глаза расширились, когда я увидела вблизи ее когтистые лапы. Ругаясь, я ударила ее коленом в бедро и заблокировала удар как раз в тот момент, когда когти зацепили халат.

— Если ты порвешь мой халат…

Кончик меча внезапно пронзил ее грудь, проделав еще одну дыру, и в меня брызнула горячая, пахнущая мускусом жидкость.

Уф.

Карс рывком отбросил меч и секию назад. Повернувшись, он отшвырнул тварь от своего клинка. Она упала лицом вперед на землю.

— Спасибо, — я села, вытирая лицо.

— Не за что, — он протянул мне руку.

Взяв ее, я поднялась. Позади Карса я увидела, как Белль выпрямилась, ее глаза расширились. Я повернулась.

Вокруг нас поднимались павшие Секии, стряхивая грязь со своих пернатых тел и крыльев.

Белль посмотрела на меня, подняв брови.

— Что? — я вскинула руки. — Я не знаю, как они еще не умерли!

Но я должна была, не так ли? Я знала, как они называются, и кто их создал, но не знала, как их можно убить.

— Потому что я полагала, что знаю как. Очевидно, я ошибалась, — пробормотала я про себя. Мысли зашевелились, кожу за ухом покалывало, и тут Секия бросилась на стражника, избежав взмаха его меча, а другая взлетела в воздух.

— Я.… я не могу их убить, — прошептала я, прижимая руки к бокам.

Карс выругался и отпрыгнул в сторону, когда я нахмурилась. Он взглянул на меня.

— По-настоящему?

— Этого не может быть. Я, черт возьми, истинная Первозданная Жизни, — раздраженная, я повернулась к Секии и вызвала сущность. Она отозвалась горячим порывом, присоединяясь к моей воле. — Неужели я не могу убить ни одну из этих тварей?

Вспышка эфира вырвалась из моей ладони и врезалась в грудь Секии, повалив ее на землю. Я не выпускала эфир, надвигаясь на нее. Я продолжала направлять на нее поток силы, пока не достигла места, где она упала.

Я закрыла ладонь и сквозь огромную дыру в груди увидела обугленные края грудной клетки и землю.

— Посмотрим, как ты после этого встанешь.

— Они вообще не должны подниматься, — Белль выпустила еще один залп эфира, а затем спрыгнула с валуна, едва избежав налетевшей Секии. — Эй, мейя Лисса, — она присела. — Справа от тебя.

— Не называй меня так, черт возьми! — я отпрыгнула в сторону, когда Секия спикировала на меня. Тварь взметнулась вверх, гогоча, когда я посмотрела вниз, чтобы убедиться, что та, кто лежит на земле, не двигается. Немигающий взгляд казался мне мертвым. — Кажется, попала…

Глаза изменились.

Это было едва заметно, просто слабый отблеск вернулся в золотые глаза. Секия одарила меня кровавой улыбкой.

— Сукина ты дочь! — крикнула я, когда Секия поднялась, расправив крылья и поднявшись в воздух. — Я вижу Карса сквозь твою чертову грудь! Как это возможно?

Карс повернулся, его голова дернулась, когда он моргнул.

— Такое не часто услышишь и увидишь.

— Их голова! — крикнул Рейн, обогнув дворец. — Ты должна уничтожить их головы!

— Ты только сейчас говоришь нам это? — Белль огрызнулась, и трескучий лук рассеялся, когда она потянулась к бедру и достала меч из камня теней.

— Я только что пришел, — Рейн остановился, его челюсть отвисла, когда он увидел меня. — Что ты здесь делаешь?

— Не помогает, — ответил Белль.

Подняв руку, я вытянула в ее сторону средний палец.

— Начальница, говоришь? — я натянуто улыбнулась. — Ну что ж, хорошо, — я вскинула подбородок, призывая эфир. Вытянув руку, я вызвала шипящий и брызжущий эфир.

Эфир расколол голову Секии до самой шеи. Я скривила губы, глядя, как она снова падает в беспорядочную кучу — еще более беспорядочную кучу.

— Кажется, меня сейчас вырвет.

Рейн бросился ко мне.

— Что ты здесь делаешь? — повторил он.

— Убиваю Секия, — я нахмурилась. — Или пытаюсь.

— Да, я вижу, — он шагнул ко мне, понизив голос. — Тебе не следует здесь находиться.

Я проигнорировала его, не отрывая взгляда от тела, лежащего на земле, более чем на секунду.

— Я знаю. Эта штука никак не может…

Рейн схватил меня за руку и толкнул за спину, протаранив своим мечом подбородок Секии, поймав ее в воздухе. Он хрюкнул, принимая на себя ее вес. Вытащив меч, он уже стоял лицом ко мне, когда тварь упала на землю и рассыпалась в прах. Рейн что-то говорил, но я не слушала, медленно поворачиваясь к другой Секии. Та не разлетелась на части. Я посмотрела вниз, и у меня перехватило дыхание.

Из двух половинок расколотой головы тянулись нити ткани. Волокна соединялись и закручивались друг вокруг друга, скрепляя обе стороны.

— Ты, наверное, шутишь! — воскликнула я.

Рейн побледнел, глядя, как голова сшивается обратно.

— Это… — он тяжело сглотнул, шагнул вперед и обрушил меч на голову.

Секия разлетелась на куски, осыпавшись пеплом.

Эфир запульсировал в груди, предупреждая о приближении смерти.

— Я действительно не могу их убить!

Его брови сошлись.

— Тогда тебе следует зайти внутрь, — приказал он. — Мы с этим разберемся.