Дженнифер Арментроут – Рожденная из крови и пепла (страница 135)

— Серафина! — Тут моя мать обрела дар речи, схватившись за рубин на шее. — Что ты?.. — Она откинулась на спинку стула, когда я резко повернула к ней голову. Кровь отхлынула от ее лица. — Боги мои.

Каллум усмехнулся с пола.

— Ну, не совсем.

— Заткнись, — прошипела я, схватив его сзади за воротник туники.

Подняв его на ноги, я отшвырнула мерзавца в том же направлении, что и стул. Он ударился о стену с глухим стуком и упал вперед.

— Честное слово, — пробормотала Эзра.

Каллум удержался, прежде чем ударился лицом об пол.

— Ой. — Он начал подниматься.

Я оказалась рядом с ним прежде, чем он успел сделать шаг.

Ударив его рукой в грудь, я впечатала его в стену, и камень треснул. Поднялись столбы пыли и осели на пол, когда его голова ударилась о камень.

— Сера, — снова заговорила Эзра. — Не могла бы ты, пожалуйста, сказать мне, что происходит? Предпочтительно начать с того, почему ты только что швырнула бога через всю комнату.

— Он не бог, — прорычала я, снова ударив Каллума головой о стену только потому, что мне так захотелось.

— Ладно. Тогда не могла бы ты рассказать мне, что происходит, и, в какой-то момент, объяснить, почему твоя кожа… — Она замолчала. Когда она заговорила снова, ее голос звучал ближе. — На самом деле, я даже не знаю, что с твоей кожей, но ты…ты выглядишь как богина. Ты была Вознесена?

— Я все объясню через секунду, но мне нужно, чтобы ты вернулась. — Я бросила короткий взгляд на Нектаса. — Защити их.

— Ты мой приоритет.

— Нектас.

Дракен вздохнул.

— Как пожелаешь, мейя Лисса.

— Мейя… Лисса? — пробормотала Марисоль, и затем писк леди Фабер подсказал мне, что Нектас придвинулся к ним поближе.

Я сосредоточилась на Каллуме.

— Что ты здесь делаешь? — Струйки эфира стекали по моей руке, а с кончиков пальцев срывались искры. — Не заставляй меня спрашивать тебя дважды.

Из-за его уха сочилась кровь.

— Ты просила меня вести себя тихо — что ж, ты потребовала, чтобы я это сделал. — Он улыбнулся, и его зубы покраснели. — И довольно грубо.

Я оттащила его от стены, а затем толкнула обратно, разбив еще больше камней.

— Не пытайся быть умным, Каллум, потому что ты им не являешься.

— Может, и нет. — Его голова втянулась в плечи так, что я подумала, что повредила там несколько важных мышц. — Но я умнее тебя.

— Тот факт, что ты здесь, говорит о том, что это не так. — Я оттолкнула его, когда он попытался встать на ноги.

— Я просто болтал со старыми друзьями, — сказал он, на мгновение опустив взгляд. — Наверстываю упущенное.

— Они тебе не друзья.

— Это неправда, — выдавил из себя Каллум. — Мы с бывшей королевой давно знакомы.

— Да, это так. — Я сделала глубокий вдох, пытаясь взять себя в руки. — О чем вы там болтали?

— О тебе, — прошептал он, и в его зрачках замерцал тусклый блеск огня. — И что за лживая шлюха ее дочь.

— Мне действительно любопытно посмотреть, какой эффект оказывает на тебя огонь, — прорычал Нектас. — Так что тебе лучше следить за своим языком, маленький засранец.

Ноздри Каллума раздулись.

Я улыбнулась.

Его рука метнулась к кинжалу у моего бедра.

Я перехватила его руку.

— Еще раз. — Я изогнулась, ломая кость. Моя улыбка стала шире, когда он закрыл глаза. — Ты явно не очень умен.

Сплюнув кровь на пол, он поднял голову.

— С тобой было намного легче иметь дело, когда ты была в клетке.

Ярость подступила к горлу, отдавая пеплом. Я схватила его за подбородок, когда воздух вокруг меня наполнился.

— Сера, — позвал Нектас. — Он не смог бы проникнуть в это царство тенью. Его пригласили сюда.

Я резко вдохнула. Нектас был прав. Я была слишком зла, чтобы думать об этом.

— Кто пригласил тебя сюда?

Каллум не ответил, его взгляд был сосредоточен на жире, обжигающем его плоть.

— Он пришел с другой женщиной? — спросил Нектас у сидящих за столом.

— Насколько нам известно, нет, — ответил Эзра. — Но он здесь всего пару дней.

Я удивленно приподняла брови.

— Ты здесь так долго? Какого черта, Каллум?

— Мне нужно было многое им рассказать, — прохрипел он. — Знаешь, мне нравится, как ты выглядишь за позолоченной решеткой.

Так оно и было.

Каллум тоже это понял. Его глаза широко раскрылись.

— Черт.

Из моих пальцев вырвался эфир, обжигая кожу на его подбородке. Я направила силу воли внутрь Ревенанта, как, по моим наблюдениям, делал Эш. Я толкнула ее внутрь, наполняя его.

Каллум дико дернулся, его руки разлетелись в стороны. Крик боли вырвался из его горла, когда воздух пронесся по его венам. Его тело напряглось, когда серебристо-золотой поток воздуха, хлынувший изо рта, оборвал его крик. Его глаза сверкнули, а затем выскочили. Густые капли красной жидкости потекли по его щекам и мне на пальцы.

— Я думаю… — Марисоль поперхнулась. — Кажется, меня сейчас стошнит.

Каллум обмяк.

Я отпустила его, наблюдая, как он падает на пол бесформенной кучей, из его ушей валит дым, а на месте глаз зияют обугленные дыры.

Тело ударилось об пол позади меня, и лорд Фабер закричал, а Марисоль закричала: — Мама!

Тяжелый вздох Нектаса эхом разнесся по комнате, когда я опустилась на колени, вытирая пальцы о тунику Каллума. Затем я поднялась и повернулась.

— Он мертв? — Спросила Эзра, обнимая Марисоль за спину. Лорд Фабер держал распростертое тело жены у себя на коленях, а Марисоль, опустившись на колени рядом с ними, прикладывала влажную салфетку к вискам матери.

Я сосредоточилась на Эзре. Ее побелевшие костяшки пальцев были единственным признаком того, что она не была такой спокойной, какой казалась.

— К сожалению, нет.

— К сожалению? — повторила моя мать, ее глаза расширились, а кожа вокруг рта побелела, когда она уставилась на мою руку.

— Скорее рано, чем поздно, он снова станет таким же несносным, как прежде. — Я опустила взгляд, думая, что не заметила запекшейся крови, но это было не так. Она смотрела на меня, потому что по моей ладони и предплечью текли золотые струйки. Вероятно, и по моему лицу тоже. Я пожелала, чтобы эфир успокоился. — Хорошо. — Я вздохнула. — Я не ожидала, что сообщу вам эту новость таким образом. Я уверена, вы все немного сбиты с толку.