Дженнифер Арментроут – Рожденная из крови и пепла (страница 136)
— Сбиты с толку? — Мама рассмеялась так, как я никогда раньше у нее не слышала. В ее голосе звучали нервозность и… ужас. — Что ты такое?
Я напряглась, готовясь к старому, знакомому приступу боли. Я знала, что это произойдет, но, черт возьми, оно все еще жгло.
Нектас шагнул вперед.
— Это твоя мать?»
Я прочистил горло, быстро моргая.
— Да.
— Я вижу сходство. — Прядь красных волос упала на обнаженное плечо. — И все же вы явно не знаете, кто ваша дочь. — Он выпрямился. — Но вы скоро узнаете.
Я начала хмуриться, но потом почувствовала это. Пульсацию осознания я ощутила не только в центре своей груди, но и в своих костях и душе.
О-о-о…
Комната задрожала, выводя леди Фабер из обморока.
— Что это…что происходит?
Марисоль схватила ее за руку.
— Я не совсем уверена.
Посуда задребезжала, а на мраморной плитке появились тонкие трещинки. Комнату сотряс раскат грома, и стаканы на столе разлетелись вдребезги.
— О, нет. — Эзра всплеснула руками, отчего ее короткий жилет цвета слоновой кости приподнялся над стройными бедрами. — Мы только что отремонтировали Большой зал с прошлого раза.
Я бросила на нее недоверчивый взгляд, и смех застрял у меня в горле.
— Это было ужасно громко — камень и молотки, — сказала она. — И я клянусь, что они стучали этими молотками только тогда, когда у меня было несколько минут на чтение.
— Правда, Эзра? — Тихо спросила Марисоль. — Сейчас подходящее время, чтобы упомянуть об этом? Когда вот-вот появится другой бог?
— Бог? — Эзра слегка рассмеялась. — Это не приход бога. Это Первозданный.
Лорд Фабер разинула рот.
По стенам и потолку побежали трещины, из-за которых посыпалась пыль. Я поморщилась, подумав, что в будущем Эзра будет гораздо чаще стучать молотками.
Порыв холодного ветра пронесся по обеденному залу, а из маленьких трещин в полу начал просачиваться призрачный туман.
— Чем мы прогневали богов? — Прошептала леди Фабер, глядя на меня снизу вверх, пока ее муж и дочь помогали ей подняться на ноги.
— Это была не ты. — Нектас многозначительно посмотрел в сторону моей матери.
Она не пошевелилась.
— Ему действительно нужно все это делать?
Нектас улыбнулся.
— Он любит появляться на людях.
Воздух в нескольких футах справа от меня искривился, и появился шар из потрескивающего воздуха. Шар расширился, истончаясь и вытягиваясь примерно до роста великана. Ледяная сила наполнила обеденный зал, когда разрыв в королевствах широко раскрылся. Появился густой туман, растекаясь по полу, когда появился Эш, одетый так, как он был одет, когда я оставила его в Царстве Теней: черные бриджи и свободная льняная рубашка. Он выглядел как воплощение Смерти.
ГЛАВА 34
Пылающий взгляд Эша сразу же нашел мой.
— Что случилось?
Поджав губы, я скрестила руки.
— Это действительно было необходимо?
— Я почувствовал твой гнев, но решил не мешать. Я знал, что с тобой все в порядке, — он нахмурился и посмотрел на остальных. Все они опустились на колени, включая мою мать. По крайней мере, я так думала. Я больше не могла ее видеть, так что она либо стояла на коленях, либо пряталась под столом.
— Но потом я почувствовал твою боль.
— Мне не было больно, — сказала я ему.
Эш в мгновение ока оказался передо мной, его рука легла мне на щеку.
— Это была не физическая боль.
У меня перехватило дыхание.
— Эта штука с односторонним чувством-эмоций так раздражает.
— Что…? — глаза Эша сузились, когда он наконец заметил тело Каллума. — Какого черта он здесь делает?
— Это я и пыталась выяснить, пока ты не решил выпендриться, — сказала я ему. — Ну, во всяком случае, до того, как я с ним это сделала.
Взгляд Эша вернулся к моему, и его голос был едва выше шепота, когда он заговорил.
— Я знаю, что это не он вызвал такую реакцию.
— Это не так, — вмешался Нектас. — И ты прибыл как раз вовремя. Я как раз собирался объяснить ее так называемой матери, кто ее дочь.
В глазах Эша бешено засверкали огоньки, а его челюсть затвердела.
Его взгляд оставался прикованным к моему, когда он сказал: — Встань.
Я напряглась, потому что знала этот тон голоса.
Платья зашелестели по мрамору, ноги зашаркали, когда я коснулась его руки.
— Эш.
Его большой палец провел по моей нижней губе.
— Я люблю тебя.
Я открыла рот, но он заставил меня замолчать поцелуем. И, боги, он целовал меня, как человек, переживший засуху, потягивая и смакуя, пока я не почувствовала слабость в коленях. У него не было причин целовать меня так на глазах у всех, включая мою
Эш опустил руку и отступил назад. Он повернулся лицом к тем, кто теперь стоял за столом. Бедная леди Фейбер выглядела так, будто снова может потерять сознание, и дрожащей рукой приглаживала свои седые волосы цвета полуночи.
Впрочем, леди Фейбер не стоило беспокоиться. Эш был сосредоточен на моей матери, как хищник, заметивший добычу.
— Ваша дочь смелая. Более смелая, чем большинство. Она верна даже тем, кто этого не заслуживает, — сказал Эш, и по его тону было понятно, что он говорит о нынешней компании, когда он шагнул к столу. Тени отделились от угла освещенной комнаты и собрались у ног Эша. — И она очень заботится о других, даже о тех, кто, опять же, не заслуживает этого. — Мать вздрогнула. — Ваша дочь очень заботится, — низкий голос Эша эхом разнесся по палате, принеся с собой мороз. — Даже если это причиняет ей боль.
В груди заклокотало.
— Все в порядке.
— Нет, не в порядке, — Эш поднял руку, и стол перевернулся в воздухе, разбрасывая миски и тарелки с едой. Он опустился обратно, прямо на Каллума. — Потому что ни одна из этих вещей не имеет ничего общего с тем, кем она стала.
— Эш, — сказала я, подавшись вперед.
— Кто-нибудь из них поклонился, когда ты вошла? — спросил Эш.
— Нет, — ответил Нектас с самодовольной улыбкой, прежде чем я смогла сказать, что не дала им времени или что есть гораздо более важные вещи для обсуждения.
— Отлично, — тени поднялись по ногам Эша. — Поклонитесь.