реклама
Бургер менюБургер меню

Дженнифер Арментроут – Первозданный Крови и Костей (страница 139)

18

Он кивнул.

— Именно он сообщил Наиллу.

Я стиснул челюсть. Что Малик делает здесь?

Рука Поппи легла мне на предплечье и слегка сжала его.

Я заставил себя ослабить челюсти и посмотрел на крыши. На губах появилась хмурая складка. Улицы начинали выглядеть — или, скорее, ощущаться — до боли знакомыми.

— Мы на месте, — тихо произнесла Поппи.

Эмиль удивлённо взглянул на неё.

— Уже? — спросил Киэран.

Маг элементалей моргнул.

— Всё, что я знаю, это место, — сказал он, глядя вперёд, где впереди тянулась лишь тёмная, пустая улица.

Я перевёл взгляд на дома, пока копыта Сетти стучали по булыжнику. Ни в одном из них не горел свет. Я вгляделся в улицу и узкую полоску тротуара, заметив железные столбы фонарей. Издалека было видно: стеклянные колпаки выбиты.

Киэран связался со мной мысленно, глядя на фонари.

Колис.

Похоже на то.

— Я чувствую это, — произнесла Поппи спустя мгновение, наклонившись вперёд. — Я чувствую смерть.

Её дыхание стало коротким и прерывистым, когда Делано приблизился, а Сетти недовольно фыркнул.

— Вы тоже это чувствуете. Этот густой, застоявшийся воздух. Этот холод. Это Смерть.

Понимая, что она говорит именно о Смерти с большой буквы, я снова притянул её к себе, а Киэран, нахмурившись, перевёл на меня тревоженный взгляд.

Я знал, что его беспокоит.

Мы не имели понятия, насколько Поппи по-прежнему уязвима для влияния Колиса. Она проснулась, но связь между ними всё ещё существовала. Мне хотелось развернуть Сетти и увезти её обратно в Уэйфер — чёрт, хоть на край света. Потому что она говорила не просто о смерти.

И я не хотел, чтобы она находилась хоть где-то рядом с тем местом, где он был.

Мне пришлось собрать всю волю, чтобы не поддаться дикому инстинкту увести её прочь, защитить, пока мы ехали дальше. Если бы я даже предложил это, она бы, наверное, собственноручно отрубила мне яйца.

Поппи взглянула на Делано, и я увидел, насколько близко он держался, умудряясь не попасть под копыта Сетти. Я почти боялся, что он вскочит на его спину, лишь бы быть рядом.

Впереди показался поворот, и я уловил приглушённые голоса и шорохи. Через несколько секунд в слабых лунных просветах среди туч засияли золотые доспехи стражников. Группа стояла на улице примерно в двух кварталах от нас.

Среди них я заметил брата: он стоял, скрестив руки на груди, и повернулся к нам. Потом сделал несколько шагов навстречу и замер. Руки опустились. Даже на расстоянии я почувствовал его изумление.

Малик вышел вперёд от остальных, которые ещё не поняли, кто к ним едет. Долго это не продлилось. Они тоже повернулись, и их удивление ощутилось, как плеск холодной воды. Мне захотелось укрыть Поппи плащом, но она, скорее всего, схватила бы один из мечей у меня за спиной и ткнула им в меня, если бы я попробовал.

Я невольно усмехнулся и придержал Сетти.

Поппи глянула через плечо.

— Мне стоит знать, о чём ты сейчас думаешь?

— Наверное, нет.

Остановив Сетти, я спрыгнул на землю и, развернувшись, положил руки ей на талию. Ей не требовалась помощь, но она всё равно опустила ладони мне на плечи. Я снял её с коня и поставил на землю.

Делано тёрся о мои ноги, подойдя с другой стороны к Поппи. Она опустила руку, поглаживая мягкую шерсть между его ушами.

Малик раскрыл рот, но тут же закрыл. Я окинул его взглядом и сразу заметил: лицо осунулось, стало более резким.

Сукин сын опять не кормился.

Он слегка склонил голову.

— Моя Королева.

Поппи наклонила голову.

— Нет…

За спиной Малика стражники словно очнулись. Руки ударили по груди, и они начали опускаться на колено.

— О боги, только не это, — быстро сказала Поппи. — Не нужно… — Она не договорила: полдюжины воинов уже стояли на одном колене, склонив головы и повторяя приветствие Малика. — Делать этого, — закончила она.

— В прошлый раз они так не делали, — протянул я, нисколько не возмущаясь проявленным почтением. Наклонившись к ней, шепнул: — Не забудь сказать им, чтобы вставали.

Она тихо вздохнула.

— Вы можете подняться. — Подождала, пока они встанут. — И прошу, больше так не делайте.

— Не соглашусь, — пробормотал я.

Её голова резко повернулась в мою сторону, и взгляд прожёг тень капюшона. Медленно она снова обратилась к собравшимся.

— Я… приказываю вам не кланяться ни мне, ни Кастилу.

Мои брови взлетели, и удивление отразилось на лицах стражей. В её голосе звучала такая уверенность…

Чёрт.

Меня это завело.

За моей спиной усмехнулся Киэран:

— Кто-то начинает понимать.

Он сделал паузу. — Наконец-то.

Малик смотрел на неё, потом поднялся, будто вырвавшись из оцепенения.

— Ты…

Или, возможно, ещё нет.

Поппи шагнула вперёд, Делано — рядом.

— Проснулась? Да.

Брат двинулся было к ней, но остановился, его широко раскрытые янтарные глаза метнулись ко мне, а затем снова к ней.

— Рад тебя видеть, Пенеллаф.

— И я рада быть проснувшейся, — ответила она.

Улыбка Малика вышла бледной, почти болезненной.

— Хотел бы я, чтобы тебя здесь не было. — Он встретился взглядом со мной. — Ей не нужно это видеть.

— Нужно, — мягко, но с ноткой стали в голосе сказала Поппи. — Нам сказали, что именно ты сообщил Наиллу.

Малик коротко выдохнул и кивнул.

— Да. Я был неподалёку и…