Дженнифер Арментроут – Душа крови и пепла (страница 131)
— Никто не ненавидит ревенантов больше, чем Перворожденная Жизни, и не потому, что мы мерзость…
— Ты не мерзость, — вмешался Малик.
Она улыбнулась, но в ее улыбке не было ничего. Никаких эмоций.
— Да, мы такие. Но с Перворожденным это личное, и я… я убежала, потому что думала…
Тяжелый выдох покинул ее, когда она сосредоточилась на том, что могла видеть Поппи.
— Я думала, что она меня убьет.
Одно плечо поднялось.
— Я боялась.
— Поппи не стала бы этого делать, — сказал я.
— Откуда ей было знать? — Возразил Малик из дверного проема.
Я начал отвечать, но Миллисент никак не могла этого знать. Однако…
— Ты не похожа на человека, который боится смерти.
Взгляд Миллисент вернулся ко мне. Она ничего не сказала, и я оказался прав. Миллисент не боялась смерти, будь она окончательной или нет. Она боялась не своей смерти.
Я посмотрел на брата и выругался про себя.
— Она находится в стазисе до тех пор, пока полностью не завершит Куллинг, — тихо сказал я, и это было все, что я сказал.
Ни ей, ни Малику не нужно было знать, что существует небольшая вероятность, что Поппи может проснуться, ничего не зная о себе.
Миллисент вздрогнула.
— Это обычное дело?
— Ты не знала?
Она покачала головой.
— Я знаю, что такое стазис, как они могут уходить в землю. Как долго это будет продолжаться?
— Не очень долго.
Киеран медленно отступил, опустившись на живот рядом с Поппи. Делано сделал то же самое, вернувшись к изножью кровати, но оставшись на полу.
А Миллисент… она уставилась на кровать.
— Она выглядит так же, — сказала она через несколько мгновений. — Я имею в виду, что она бледнее, чем обычно.
Я не стал говорить ей, что раньше все было гораздо хуже. Я заметил, что она снова крутит пальцами. Я взглянул на Малика. Мне нужно было кое-что спросить — о том, как создаются эти чертовы ревенанты, и обо всем, что связано с Каллумом, но сейчас было не время.
— Ты хочешь с ней повидаться?
Миллисент повернула голову в мою сторону. Она ничего не сказала, но кивнула. Я снова посмотрел на Малика. Он тихо вышел в коридор. Мне нужно было поговорить с ним, но…
Киеран поднялся с кровати и быстро переключился. Его глаза встретились с моими.
— Я останусь с ними.
— Ты собираешься надеть какую-нибудь одежду? — Спросила Миллисент.
— А мне это нужно?
— Я имею в виду, что это твой член болтается, а не мой.
Миллисент пожала плечами и, присев на самый-самый край кровати, подалась вперед, глядя на Делано, но не на Киерана.
Я поймал взгляд Киерана, и он кивнул. Я бросил ему кинжал. Он улыбнулся Миллисент.
— Ты боишься вольвенов?
— Это все равно что спросить, не боишься ли ты дракенов, — ответила она, бросив взгляд на Делано.
Готов поклясться, что этот чертов вольвен улыбнулся.
— Каждый должен бояться всего, что имеет когти и острые зубы.
Я вышел, закрыв за собой дверь, но оставив ее приоткрытой. Малик не стал протестовать. Он знал, что Киеран ничего не сделает, если ему не дать повода, и я полагал, что он также знал, что Миллисент не даст повода.
Я взглянул на Эмиля, стоявшего с Нейллом.
— Вы не могли бы оставить нас на минутку?
Нейлл кивнул, но Эмиль сказал:
— Я как бы хочу стать свидетелем этой неловкой встречи и приветствия…
— Эмиль, — пробормотал Нейлл, зацепившись за заднюю часть его туники. — Клянусь богами.
Малик смотрел, как Нейлл тащит другого атлантийца по коридору.
— Я вижу, Эмиль действительно не изменился.
— Что, черт возьми, с тобой случилось? — Спросил я.
Он повернулся ко мне лицом.
— Я не совсем понимаю, что именно ты имеешь в виду.
— Твое лицо.
Я скрестил руки.
— Похоже, ты побывал в драке.
— Был. Вообще-то, мы были.
— С кем?
— С другими ревентами.
Он прислонился к стене.
— Те, кто предан Исбет.
Удивление промелькнуло во мне.
— И как все прошло?
— Кроваво. Там еще есть несколько человек, бегающих по улицам, но мы убрали большинство из тех, кто мог бы стать проблемой.
— А под «
Я посмотрел на него.
— У меня сложилось впечатление, что огонь дракенов — единственное, что может их убить.