Дженни Проктор – Точно не влюблена (страница 3)

Я закрываю глаза. Ну разумеется, у моего племянника на стене висит постер с моим соседом.

И разумеется, если бы мой брат узнал, что я живу через стенку от того самого хоккеиста, которым одержим его сын, он бы с ума сошел и настоял на том, чтобы приехать и познакомиться с Феликсом, а потом он бы попытался стать Феликсу лучшим другом, и это бы, наверное, у него получилось, потому что Джош для всех лучший друг, а потом он бы стал ВСЕ ВРЕМЯ говорить о хоккее.

А потом в моей идеальной квартире, с ее высокими потолками, неохватными окнами и открытыми воздуховодами, которая кажется современной, и крутой, и именно таким местом, в котором должен жить музыкант, будет бурлить еще больше хоккейной энергии, чем уже есть, и на сей раз это будет личным, потому что исходить она будет от моего брата.

Мне так легко вообразить, что это произойдет.

Но это мой оазис. Я не могу впустить Джоша в мой оазис.

Я выключаю воду и вытираю руку. Она покраснела, но непохоже, что пойдут волдыри.

– А какие книги читает Мэддокс? Может, я ему пару книг куплю.

– Да? Было бы круто, – говорит Джош. – Я спрошу Джейду. Она про книги знает больше, чем я.

– Ок. Просто скажи ей, чтобы скинула мне смс. А еще я могу спросить школьного библиотекаря, может, она что-то посоветует.

– Эй, кстати о Джейде, она завтра утром ведет занятие и заставляет меня пойти с ней. Хочешь присоединиться? Пожалуйста, не заставляй меня заниматься горячей йогой[1] в одиночку.

Я закатываю глаза.

– Ну ты и нюня.

– Я не нюня. Я же пойду, так ведь? Мне просто не нравится страдать в одиночестве.

Я достаю из холодильника диетическую колу, прижимая холодную банку к обожженному месту на костяшках.

– А во сколько у нее занятие? Если вдруг до девяти утра, то меня не жди. Выходной ведь. По выходным я не встаю раньше, чем обычно начинаются уроки.

Мгновение он молчит, прежде чем ответить:

– В шесть тридцать. Но я обещаю, что потом куплю тебе завтрак. Мэддокс сегодня ночует у мамы с папой, так что мы можем забрать его после занятия, а потом он поест вместе с нами. Можешь сама с ним о книгах поговорить.

Я стону. Джош отлично знает, что нужно сказать, чтобы я уступила. Завтрак с ним я бы пропустила, не раздумывая. Но завтрак с Мэддоксом? Даже если это значит, что нужно будет зайти к маме с папой, хотя для меня это и близко не так заманчиво, как для Джоша, но я просто обожаю своего племянника, и Джош это знает.

– Ох. Ладно. Но я надеюсь, что на завтрак будет не какой-нибудь фастфуд. И не «Дом Вафель» тоже. Я хочу что-нибудь хорошее.

– Заметано. Заеду за тобой в 6:15.

– Я могу и на месте с тобой встретиться, если так будет проще.

– Не-е. Я все равно буду проезжать мимо твоей страшной квартиры. Но не заставляй меня подниматься. Не хочу, чтобы меня ограбили по дороге.

Я закатываю глаза.

– Она не страшная. Я здесь в полной безопасности. – Не то чтобы я в принципе намеревалась когда-либо позволить Джошу войти. Он может столкнуться с Феликсом, а на такой риск я идти не готова.

– Как скажешь. Но согласись, что с заколоченными досками окнами на первом этаже дом выглядит, как место преступления.

Я и сама гадала, что же находится на первом этаже здания, в котором живу вот уже шесть месяцев. У подножия лестницы есть громадная дверь, но она тяжелая и заперта на замок, и Джош прав насчет наружных окон. Они уже были заколочены досками тогда, как я въехала.

Я все собираюсь спросить у домовладельца – если убрать доски, то, по крайней мере, экстерьер улучшится,– но как-то забываю. Наверное, потому что, когда я оказываюсь внутри своей квартиры, все становится идеально, и я перестаю беспокоиться о том, как здание выглядит снаружи.

– Клянусь тебе, с тех пор как я въехала, здесь было совершено ноль преступлений.

Я не упоминаю громадного хоккеиста, который спит в квартире по соседству, но на ум все равно на миг приходит обеспокоенное лицо Феликса, когда тот выскочил в коридор. Что-то мне подсказывает, что он пришел бы мне на выручку, если бы я в ней нуждалась.

Хоккеист он или же нет, но он просто кажется таким вот парнем.

Не то чтобы мне было дело до того, какой парень Феликс. Дела мне нет. А еще мне нет дела до того, как хорошо он выглядел. Вся эта гладкая, подтянутая кожа. Ямочка не щеке. Татуировка, которую я точно не хотела бы рассмотреть вблизи. Тот факт, что он назвал произведение Чайковского, словно это пустяк какой-то.

Не-а. Мне вовсе. нет. дела.

Глава 2

Феликс

– Эй, Феликс, – окликает меня Элай через всю раздевалку. – Хочешь вместе поужинать? – Тренировка закончилась, и раздевалка уже почти опустела, хотя это типично. Я обычно не тороплюсь заканчивать душ. Я не против потусоваться с ребятами, так что я не нарочно их избегаю. Но давайте скажем так: против тишины я тоже ничего не имею.

Элай и новый член нашей команды, Логан, который только что выбыл из НХЛ и теперь пытается побороть последствия негативных откликов в прессе после стычки с фанатом, – единственные, кто еще остался. Компанию Элая я вполне могу выносить, да и Логан мне нравится, но ужин?

Я натягиваю худи, покупая тем самым еще пару секунд на раздумья. Я уже один раз на этой неделе ужинал кое с кем из товарищей по команде. Как по мне, я приложил уже достаточно усилий.

Баланс нужно соблюдать осторожно.

Если я поддамся своему первому импульсу, то пойду домой, в свою пустую квартиру, поем в тишине, а потом проведу вечер, читая и расслабляясь сам по себе.

Но я достаточно сознателен – читай: я достаточно долго ходил на терапию,– чтобы понимать, что если я хочу, чтобы в моей жизни когда-либо появилось что-то еще, то я этого не найду, если буду и дальше жить затворником. Так что я выбираюсь в свет с товарищами по команде. Ужинаю с друзьями. Делаю над собой осознанные усилия, чтобы взаимодействовать с окружающими людьми.

И я очень даже неплохо справляюсь.

Я уже два года играю за «Аппи», и ребята из команды кажутся мне друзьями, а не только товарищами по игре. Да и к Харвест-Холлоу я прикипел. У меня есть любимые рестораны, место, где мне больше всего нравится брать кофе. Я даже знаю людей, не входящих в мою хоккейную команду, а это что-то да говорит, учитывая, сколько времени мы проводим в разъездах.

Для обычного человека это, может, и не покажется таким уж значимым, но для меня каждая унция нормальности, которой удается добиться, достойна внимания. Моя социальная тревожность висела у меня над головой с самого детства. Лишь терапия дала мне возможность нормально функционировать; покуда мой мир остается маленьким, продуманным, я могу функционировать так, чтобы никто больше не догадался о том, что у меня есть какие-то проблемы.

Но они всегда маячат где-то на задворках сознания. У меня выработался своеобразный внутренний барометр, который постоянно измеряет, взвешивает, задает вопрос. Как у меня на самом деле дела?

Если я позволю себе пойти домой вместо того, чтобы сказать «да» ужину с Элаем, то не разрешу ли я себе просто-напросто спрятаться? Или же я заслужил тихий вечер?

Я думаю о своей соседке и нашем столкновении на прошлой неделе. Я надеялся снова ее увидеть, желательно будучи одетым не только в трусы.

При воспоминании об этом меня накрывает волной стыда. Я только что вышел из душа и как раз был в процессе одевания, когда она завопила из коридора. От этого звука меня прошибло разрядом адреналина, и я даже не задумался. Просто побежал.

Не то чтобы я возражал, когда ее глаза стали шарить по мне. Грейси никогда не удостаивала меня вторым взглядом. Мне бы не хотелось встречаться с женщиной, которой от меня нужно лишь мое тело, но если, увидев меня без рубашки, она заметит меня, хотя раньше не замечала? Я не против. Я упорно тренируюсь, чтобы оставаться в форме. Можно, пожалуй, и воспользоваться преимуществами этого, какими бы они ни были.

Жгучее желание увидеть Грейси кажется достаточно веской причиной отправиться домой. Даже мой психотерапевт не стал бы возражать, если это означает возможность того, что я начну с кем-то встречаться.

– Не-е, не сегодня, – говорю я, наконец отвечая Элаю. – У меня, эм, встреча с Айви. – Не то чтобы ложь. Айви я зову свою библиотеку. Это моя любимая часть квартиры. Она заслуживает имени.

Логан фыркает, и я поднимаю голову, чтобы встретиться с ним глазами. Он единственный парень в команде, который знает, кто такая Айви на самом деле. Или что такое Айви на самом деле, наверное. А также он единственный, кто что-либо знает о моей тревожности. И это странно, ведь он самый новый член команды. Хотя сошлись мы довольно быстро. Плюс он встречается с Паркер, менеджером соцсетей нашей команды. Характер ее работы требовал, чтобы я был с ней честен касательно того, с чем могу и с чем не могу справиться, когда дело касается всяких рекламных мероприятий, так что рассказать и Логану казалось естественным дополнением.

– Серьезно, когда мы уже познакомимся с этой женщиной? – спрашивает Элай.

– Да, Феликс, – эхом отзывается Логан. – Когда мы уже с ней познакомимся?

Я плюхаюсь на скамейку и натягиваю обувь.

– Айви любит уединение.

Логан закатывает глаза, затем хлопает Элая по спине, говоря ему что-то такое, чего мне не расслышать. Элай кивает и направляется к двери, а Логан подходит ко мне.

– Серьезно?– спрашивает он, падая на скамейку рядом со мной.– Ты должен встретиться с Айви?