Джек Швагер – Таинственные маги рынка. Лучшие трейдеры, о которых вы никогда не слышали (страница 28)

Питер Брандт просто потрясающе управляет рисками. Я очень доволен, что изучил его подход. [Барг показывает мне толстую папку, в которой хранятся снабженные комментариями копии сделок Питера Брандта.] Когда Брандт открывает сделку, он ожидает, что если он прав, то она сразу же сработает. Лучшие сделки сразу же показывают движение в нужном направлении. Если на рынке появляются какие-либо признаки того, что данная сделка не состоится, он размещает свой стоп-лосс очень и очень близко. Такой подход соответствует моей торговле на фундаментальных данных. Когда я открываю сделку большого размера, то ожидаю, что она сразу же сработает. Если она сразу не сработает, я быстро закрываю ее.

– Если у вас открыта убедительная сделка и вы увеличиваете ее размер, сколько времени вы даете ей, чтобы отработать себя?

– Чем дольше я теряю деньги в сделке, тем больше беспокоюсь и тем более агрессивно сжимаю стоп.

– Знаете ли вы, какой риск берете на себя при открытии сделки?

– У меня очень грубая оценка. Я знаю, сколько потеряю каждый раз, когда рынок пойдет против меня.

– Есть ли у вас заранее определенное количество тиков, которое вы дадите своей сделке для отработки, прежде чем выйдете из нее?

– Это зависит от сделки. Чем более я уверен в себе, тем более агрессивно я буду рисковать, но и в равной степени тем агрессивнее я буду размещать свой стоп. На сделке по Brexit я получил 100 %-ную прибыль за один день. Вы можете получить такой доход только в том случае, если используете большое кредитное плечо. Но я не хочу получать просадку в подобной сделке. Если я уйду в минус, то это для меня будет большой красный флажок.

– Следовательно, когда вы открываете крупную сделку, вы ожидаете мгновенного движения вперед.

– По большому счету да. Иногда я могу отставать на долю секунды, но в большинстве случаев, если я запаздываю со входом в эти сделки, оставаться в них небезопасно.

– Вы тогда сразу же уходите с рынка?

– Да.

– Это вопрос минут?

– Секунд. Иногда, если это не столь крупная позиция, я могу уделить ей несколько минут. Но если это значимая позиция и она не срабатывает в течение 20 или 30 секунд, я закрываю ее.

Людям трудно сокращать убытки, потому что они боятся выйти из сделки и затем увидеть, что цена пошла в их сторону. Это ваше личное дело. Я делал одну и ту же ошибку годами. Я входил в сделку, ставил стоп и видел, как позиция торгуется с убытком целую вечность, но не достигает своего стопа. Я ждал, пока сработает мой стоп, хотя знал, что в 90 % случаев сделка не отработает. Но я не мог заставить себя выйти, потому что боялся увидеть, как сделка могла бы сработать. Изредка, когда я выходил, сделка все же доходила до цели. Но когда такое происходит, это учит вас делать неправильные вещи, а именно – удерживать позицию. Проблема в том, что вы обычно запоминаете только те моменты, когда вы выходили, а сделка все-таки достигала цели. Но вы забываете те моменты, когда вы выходили и это сберегало вам деньги.

– Почему так?

– Человеческая природа всегда больше склоняется к негативному, чем к позитивному. Трейдеры терпят неудачу, когда они придерживаются своего стопа, даже если их сделка явно не работает. У крайне плохих трейдеров даже не будет стопа или они уберут свой стоп с рынка.

– Это то, что я называю стоп-лоссом типа «отменить при приближении». Итак, вы говорите, что недостаточно иметь стоп-лосс для каждой сделки.

– Верно. Трейдеры часто удерживают убыточную сделку, идущую в боковом движении, в течение всех пяти дней и просто ждут, пока рынок не достигнет своего стопа. На мой взгляд, чем дольше сделка не работает, тем больше вероятность ее проигрыша.

– Вы упомянули, что заработали 100 %-ную прибыль на сделке по Brexit. Расскажите мне, пожалуйста, историю этой сделки.

– Все трейдеры в офисе, включая меня, ожидали, что голосование по Brexit не пройдет, но на всякий случай около полуночи мы пришли в рынок.

– Предполагаю, что, если бы голосование по Brexit провалилось, вы бы не открыли сделки.

– Правильно. Результаты оглашались по регионам. С приходом ночи становилось все яснее, что Brexit состоится. Рынок вообще не учел это в цене. Итак, настала пора заработать деньги. Очевидной сделкой была бы продажа британского фунта. Проблема, однако, заключалась в том, что фунт был слишком волатильным, и я боялся, что если не успею, то уничтожу половину своего счета.

– Это беспокойство вполне понятно. Я помню, как британский фунт в ту ночь сильно колебался. Это не было похоже на одну из тех ситуаций, когда выходят новости, а затем рынок движется в одном направлении.

– Верно. Согласно результатам по одному региону, Brexit должен был состояться, а затем результаты из следующего региона демонстрировали, что Brexit не произойдет. Меня могли застать врасплох, и я мог потерять кучу денег.

– Так что вы сделали вместо этого?

– Я купил казначейские облигации США. Я полагал, что шок от Brexit вызовет переход рынка к безрисковым сделкам, что вызовет рост казначейских облигаций США. Разница заключалась в том, что если бы я оказался неправ, то потерял бы всего несколько тиков в длинной позиции по казначейским облигациям по сравнению с парой сотен тиков в короткой позиции по британскому фунту – весомое различие, учитывая, что я открывал позицию с использованием большого кредитного плеча.

– Насколько выросли казначейские облигации?

– Полагаю, в диапазоне 60–100 тиков.

– Учитывая эти цифры, длинная позиция по казначейским облигациям, вероятно, предлагала даже лучший профиль доходности к риску, чем прямая сделка по продаже британского фунта.

– Торговля на казначейских облигациях выглядела намного проще, чем на фунте.

– Не могли бы вы привести мне пример сделки, в которой вы объединили событийную торговлю с техническим анализом?

– Ранее в этом [2019] году золото двигалось очень вяло. Когда Трамп ввел в отношении Китая нечто вроде налогов, золото все еще оставалось наименее реактивным рынком. Затем в один из выходных Трамп решил повысить налоги для Китая. К утру понедельника цена на золото резко выросла. Я подумал про себя: «Это совсем другое». Кроме того, движение цены совпало с пробоем, на котором я хотел торговать. Следовательно, я открыл длинную позицию.

– Вы все еще удерживаете эту позицию?

– Нет, я вышел из нее.

– Что побудило вас закрыть эту позицию?

– У меня есть предопределенные правила о том, где мне фиксировать прибыль и как торговать на трендах.

– Эти правила основаны на том, что сделка достигает определенного уровня прибыльности, или связаны с неким изменением паттерна?

– Это и то и другое. Я слежу за ситуацией изо дня в день. Я хочу получить как можно больше от тренда. Если произойдет взрывное восходящее движение, я буду стремиться фиксировать прибыль, потому что любой осмысленный стоп-лосс может привести к возврату слишком большой части открытой прибыли. Однако, если рынок имеет устойчивый тренд, я буду постепенно перемещать стоп-лосс вверх. Все зависит от ситуации.

– Что вы сделали в этой сделке на золоте?

– Я зафиксировал часть прибыли во время восходящего тренда и далее зафиксировал остальную, когда золото начало откатываться. Я всегда стараюсь немного удерживать позицию, когда выхожу из рынка в середине продолжающегося тренда.

– Ранее вы говорили о важности правильного мышления в процессе торговли. Можете рассказать о ментальной стороне трейдинга?

– Моя цель состоит в том, чтобы всегда быть в гармонии со своей деятельностью. Таким образом, при входе в рынок я основываюсь на своих чувствах. Я пытаюсь в реальном времени замечать, когда я торгую плохо. Анализируя свои прошлые просадки, я обнаружил, что когда я начинал торговать плохо, то продолжал торговать, потому что боялся пропустить следующую сделку. Теперь у меня есть хороший способ справиться с этой ситуацией. Если мне кажется, что что-то не так, я просто пораньше ухожу с работы или беру отдых на следующее утро. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы вернуть мышление в правильное русло. Я хочу открывать сделки, пребывая в состоянии внутреннего спокойствия, и не хочу торговать в состоянии внутреннего конфликта.

– То есть это нечто вроде автоматического предохранителя, срабатывающего, когда вы чувствуете, что торговля не синхронизирована с рынком.

– Да, но я не мог так поступать раньше, потому что слишком боялся пропустить сделку.

– Какая была ваша худшая сделка?

– Моя худшая сделка не была для меня худшей с точки зрения убытков – она была худшей с точки зрения управления ею. В то время данные по индексу менеджеров по закупкам (PMI) еврозоны сильно двигали рынок. В какой-то месяц немецкий или французский – я не помню, какой точно, – PMI значительно превзошел ожидания рынка. Я думал, что рынок облигаций резко упадет, а фондовый рынок резко вырастет. Я продал 200 бундов и купил 200 Euro Stoxx. И тут сразу же оказался вне игры примерно на £20 000. Я сказал себе: «Я не могу позволить себе такой убыток», – и продолжал удерживать эту сделку. К счастью, рынок пришел в норму, и я смог выйти с убытком всего в £3000 или £4000. Едва только я вышел, рынки резко пошли против моих первоначальных сделок. Это было ужасно.