Джек Швагер – Таинственные маги рынка. Лучшие трейдеры, о которых вы никогда не слышали (страница 27)

– В конечном итоге именно так выглядела ваша статистика. В этом вы совершенно правы. А что приносило вам прибыль в те ранние годы?

– У меня было несколько эпизодов получения крупной прибыли. Первым оказалась короткая позиция по сырой нефти. В то время цены на нефть были очень высокими, и я ожидал выхода новости по стратегическим запасам нефти и нефтепродуктов США. Я не мог дождаться, когда это наконец произойдет. Не помню, опубликовали ее или просто говорили о ее выпуске, но эта новость заставила цены на нефть упасть на несколько долларов. На этой сделке мне удалось заработать £7000. Помню, как я пришел домой и сказал своей девушке (которая, кстати, сейчас является моим помощником по финансам): «Я только что заработал £7000!» Впрочем, я быстро научился, приходя домой, не рассказывать ей о своих прибылях и убытках. Мне не хотелось будоражить ее. Вскоре после этого я получил еще одну крупную прибыль. Некоторые европейские экономические данные оказались ужасно плохими, поэтому я купил бунды и заработал еще £4000.

– Как ни странно, но все эти сделки основывались на фундаментальных данных.

– Знаю. Знаю. Думаю, я учился слишком медленно. Мне потребовалось много времени, чтобы все уложить в своей голове. Но как только я обучился этому, у меня стало получаться великолепно. Думаю, отчасти это связано с тем, что, поскольку я верю в науку, мне нужно иметь много доказательств. В идеале я бы хотел увидеть десять примеров выпусков новостей по стратегическим запасам нефти и нефтепродуктов США.

– Вероятно, это еще одна вещь, которая препятствовала усвоению вами фундаментального анализа: вы не получаете статистически значимого количества наблюдений.

– Вот именно. Я испытывал сложности с этим. Еще меня травмировало то, что я слишком высокомерен.

– В чем же вы были слишком высокомерны?

– Я не умею слушать.

– А что вам говорили люди, которых вы не слушаете?

– Они говорили, что я должен уделять больше внимания фундаментальному анализу.

– Но я думал, что ваши боссы велели вам уделять больше внимания техническому анализу.

– Да, они хотели от меня именно этого, но мои коллеги имели в корне противоположное мнение.

– Вы получали противоречивые советы. По определению вы могли слушать только одну сторону.

– Знаю, но я сам не думал об этом. Надо было, конечно, сесть и поразмышлять обо всем. Я ни разу этого не делал. Большая часть моей умственной энергии тратилась на беспокойство о том, достаточно ли я хорош и не уволят ли меня. Вместо этого я должен был сосредоточиться на процессе. Это заняло у меня некоторое время, но в конце концов я действительно понял, что мне нужно больше фокусироваться на фундаментальных данных.

– Базируется ли теперь вся ваша торговля исключительно на фундаментальных данных?

– Нет, по иронии судьбы по прошествии всех этих лет я снова использую технический анализ, но с его помощью я торгую на более длительных промежутках времени. Я торгую не только на одном техническом анализе – я совмещаю его также со своими знаниями фундаментального анализа.

– Что побудило вас вернуться к техническому анализу?

– Минус событийной торговли заключается в том, что если нет событий, то не на чем торговать, и это действительно скучно. Вы прямо-таки чувствуете, что проживаете жизнь впустую.

– Полагаю, что именно от скуки у вас может возникнуть соблазн совершить сделку, которую на самом деле не стоит совершать.

– Естественно. Я обнаружил, что торгую намного лучше, когда у меня есть сторонний проект. Если мне больше нечего делать, кроме как торговать на событиях, и нет событий для торговли, мой разум пребывает в «первобытном» состоянии. Мне нужно на чем-то сфокусировать свое внимание; в противном случае я буду фокусироваться на неверных вещах.

Пару лет назад я начал изучать системы следования за трендом и тестировать некоторые из них. Я хотел лично убедиться, работают ли они. Я протестировал на демотрейдинге множество различных параметров и периодов. Я поиграл с различными размерами стоп-лосс и тейк-профит, чтобы увидеть, какой результат дадут эти изменения.

– Как вы выполняли это тестирование?

– Я писал программы на Python.

– Какие системы следования за трендом вы тестировали?

– Я тестировал системы типа Дончиана и скользящих средних.

[Ричард Дончиан был одним из первых, кто торговал по тренду. Основное правило разработанной им системы заключалось в том, чтобы покупать, когда рынок закрывается на новом четырехнедельном максимуме, и продавать, когда он закрывается на новом четырехнедельном минимуме. Такой тип системы называется пробойным. Базовые системы скользящих средних сигнализируют о покупке, когда рыночная цена или скользящая средняя с коротким периодом поднимаются выше скользящей средней с длинным периодом; обратная ситуация будет сигналом для продажи.]

– Что вы обнаружили?

– Я обнаружил, что следование за трендом действительно работает, но проблема в том, что вы можете получить огромные просадки.

– В 1970-х и 1980-х годах эта система работала намного лучше.

– Я тоже это обнаружил. В те времена результаты были намного лучше, чем сейчас.

– Да, тренды все еще сохраняются, но рынки стали намного более гибкими, в результате чего соотношение доходности к риску базовых систем следования за трендом стало малорентабельным. Как вы устранили это ограничение, присущее системам следования за трендом?

– Я не использую только одно следование за трендом. Я совмещаю этот принцип со своими знаниями о событиях. Пока результаты остаются удовлетворительными.

– При тестировании своей системы вы, видимо, обнаружили, что краткосрочные пробойные системы, такие как четырехнедельное правило Дончиана, подвержены осциллирующим убыткам и работают не особо хорошо.

– Это правда.

– Значит, вы выбрали более долгосрочную систему следования за трендом – или же дело в каком-то более сложном подходе?

– Я не использую компьютеризированную систему. Один из моих принципов, когда я начинал этот исследовательский проект, заключался в том, что я не хочу делать то, что может делать компьютер. Я догадывался, что если я могу легко скопировать базовые системы следования за трендом, то это же может сделать и любой другой.

– Вот-вот, именно в этом и состоит главная проблема систем следования за трендом – их может использовать каждый. В 1970-х годах и даже в 1960-х, когда их применяли еще очень немногие, они давали преимущество. Я имею в виду Эда Сейкоту, который еще в 1960-х годах запускал системы следования за трендом на универсальном компьютере типа IBM 360. У него практически не было конкурентов. Но теперь домашние и офисные ПК стали привычным явлением, и каждый может купить себе нужное программное обеспечение, так что эффективность этого подхода сильно упала. Как же вам удается получать прибыль на системах следования за трендом?

– Одних только систем следования за трендом недостаточно. Важнейшими элементами являются ваши навыки управления риском и фиксации прибыли, когда вы находитесь в сделке. Изначально система следования за трендом даже превзошла мои ожидания. Я входил в тренд и для выхода использовал трейлинг-стоп. Однако потом я обнаружил, что, когда происходило большое восходящее движение, а затем рынок возвращался к моему скользящему стопу, я отдавал большую часть своей прибыли. Но ведь вы должны торговать, опираясь на свою индивидуальность. Во время торговли вы должны чувствовать себя спокойно. После выхода из сделки, независимо от того, была ли она прибыльной или убыточной, вы должны забыть о ней вот так [щелкает пальцами]. Если вы чувствуете себя некомфортно, то должны понять, почему именно вы так себя чувствуете, то есть найти причину. Это чувство дискомфорта побудило меня разработать мою методологию выхода из трендовых сделок.

– То есть даже если вы провели тестирование системы, предполагаю, что вы используете технический анализ не как систему, а как исходную информацию.

– Единственное значение моего тестирования системы следования за трендом заключалось в том, что оно вселило в меня уверенность в возможности зарабатывать деньги на графиках. Но я не торгую на автоматических сигналах; вся моя торговля носит дискреционный характер. Я бы описал свой торговый подход как некую комбинацию интерпретации событий, идей, которые я получил из системы следования за трендом, и уроков, которые я извлек из того, как управляет риском Питер Брандт.

[Интервью с Питером Брандтом можно прочесть в главе 1 этой книги.]

– Я взял для этой книги интервью и у Питера Брандта. Чему конкретно вы научились у него?

– Я узнал, что минимизация потерь имеет решающее значение для сохранения капитала. Самое важное в трейдинге – это умственный капитал. Для открытия следующей сделки вы должны иметь правильный образ мышления. Я обнаружил, что когда я погружаюсь в глубокую просадку, то теряю объективность мышления. Я могу начать форсировать сделки, чтобы попытаться вернуть потерянные деньги, или же потерять уверенность в открытии следующей сделки.