Джек Гельб – Вой и кости (страница 3)

Павел отмахнулся.

— Если Зверь действительно вернулся после стольких лет сна, значит, он точно кого-то убьёт. Я рад, что вы не пострадали, Лев Аркадьевич.

— Просто Лёва.

Офицер благодарно кивнул.

— Вам стоит отдохнуть. Если понадобится помощь — позвоните мне.

Павел написал на листе номер, вырвал его и положил на столик, рядом с сидром.

— Спасибо, офицер! — Лёва встал, чтобы проводить.

— Просто Паша, — Гурский напоследок улыбнулся и подбадривающе хлопнул по его плечу. — Не расстраивайтесь и не забивайте голову всякой жутью. Берегите себя, наслаждайтесь природой! Жду вас на рыбалке. Мне повезло отхватить участок у озера. Там тихо, спокойно, и хорошо думается.

— Вы ко всем случайным гостям так добры? — поинтересовался Лёва.

— В Черторогово не бывает случайных гостей, мой друг.

Тревожное пробуждение вырвало из сна. Лёва сел в кровати, щурясь от яркого света. Вслепую он подошёл к шторам, пытаясь их задёрнуть, но что-то заело. Бросив всё, Лёва потёр глаза, встряхнул волосы и вышел в коридор. Слишком тихо.

«Все спят?» — недоверчиво подумал он.

Никакого завтрака, никаких разговоров. Лёва взволнованно посмотрел на часы.

«Почему так тихо?»

Тревога постукивала в голове, как невролог по коленке. Бегом по коридору, удар плечом в дверь, лихорадочный стук.

— Ты там?! Ты там?! Открой, прошу тебя! — кричал Лёва и застыл, чтобы прислушаться.

Ничего, кроме сбитого дыхания. Чутьё рвануло огнём по всему телу, Лёва сорвался, открыл дверь. Всё внутри кричало, что ответа сейчас он не дождётся. Заправленная кровать, лёгкая помятость — кто-то совсем недавно сидел прямо здесь, на краю. Письменный стол, зелёная лампа, шкафчик с ромбовидными цветными стёклами, книга с тканевой закладкой. Взгляд метался по кровати, картинам и бабочкам на стенах. Пальцы зарывались в волосы, и Лёва с ужасом и болью оттягивал их. Протяжные гудки усиливали дрожь, охватившую всё тело. Отец не берёт трубку. Набрал матери.

— Она пропала! — не дав сказать ни слова, бросил Лёва.

Голос дрожал, плач стоял комом в горле.

— А ты куда пропал? — спросил неизвестный голос.

Лёва отстранил телефон от уха, чтобы увидеть экран; вспышка, как от снимка, и яркий свет резанул глаза.

Свет валил из окна. Лёва с испугом огляделся в незнакомой комнате, поднимаясь с потной простыни и мокрых подушек. В голове гудела туманная тяжесть. Лёва схватился за виски, ожидая, когда волна стихнет. Импульс за импульсом накатывали, звонко разбивались в пыль, которая оседала тонким слоем. Когда тишина вернулась в разум, Лёва какое-то время сидел неподвижно в кровати. На губах горела бледная дурацкая улыбка.

«Я снова вижу сны?» — не веря собственному счастью, думал он.

Робкая светлая надежда озарила всё вокруг.

«Я на верном пути!» — руки упали на сердце.

Но радость так же быстро погасла: Романа Александровича всё ещё не было дома, трубку он не брал.

Лёва хмуро стоял на первом этаже, глядел в окно, слушал автоответчик. Во дворе сидел Сергей вполоборота на поваленном бревне. Под ногами — пластиковая тара с кусками дерева. На землю слетала тонкая стружка — Сергей орудовал изогнутым ножом, вырезая что-то из дерева.

Очередной гудок в трубке заставил бросить попытки. Бесполезно.

Какое-то время Лёва оставался у окна. Хвойный лес, подъездная дорога. Участок без забора с дикой порослью бурьяна вокруг, громадными каменными валунами, пнём, топором и дровами. Резкое движение — Сергей поднял взгляд на подъездную дорогу. Лёва тут же дёрнулся следом и стал вглядываться в лес. Сергей убрал инструмент в поясной карман, отложил дерево в сторону. Спустя пару минут раздался протяжный гул мотора, меж деревьями началось движение.

Сергей поднялся в полный рост, потянулся до хруста в позвоночнике и тряхнул рукой, сжимая-разжимая кулак. К дому подъехал чёрный мотоцикл “Урал” с приводной люлькой. Двигатель громко и натужно гудел, фыркнул и наконец умолк. Водитель казался где-то ровесником Сергея: спортсмен в спортивной куртке, стрижка под ноль. Спрыгнув на землю, он развёл руки, будто требуя приветствия гладиатора. Парень крутил на пальце ключи от мотоцикла, словно лишний раз хвастаясь, и бодрой походкой двинулся к Сергею.

— Что за дела, Серый? — крикнул он сходу. — Видать, схалтурил ты где-то.

Сергей пожал руку, притянул мотоциклиста к себе, бодро хлопнул по плечу. От Влада несло бензином и перегаром, а куртка, кажется, была запачкана машинным маслом.

— А что за дела? — в ответ кивнул Сергей, скрестив руки на груди.

— Погнали со мной. На рынке барана урвал, сказка. — Влад заглянул за спину Сергею в окно дома. — Бери этого вашего! — мотоциклист лихо свистнул.

— Дрыхнет, небось. Оно и к лучшему. Не шуми, Владос, цыплёнок болтливый, ещё дяде стуканёт, что ты сюда приезжал, — предупредил Сергей.

— Думаешь? — Влад перестал улыбаться и снова посмотрел на дом.

— Он уже этому скользкому глисту всё растрепал, — презрительно поморщился Сергей.

— Так я от глиста и узнал. — Влад махнул рукой, отгоняя от лица мошек, и нетерпеливо переступил с ноги на ногу. — Да забей, я по-бырому. Давай, тащи его сюда. Не сидеть же племяшке тут в доме? А поболтать с ним жесть как охота. Я как вёз его, пацан едва живой был, ни слова. И только сегодня узнаю, что он Зверя видел. Говорю тебе, тащи его сюда!

— Да городской любую шавку за Зверя примет. Впечатлительный. В каждом кусте по волкодаву. Бред это всё. — Сергей вздохнул и устало потёр переносицу. — Просто поехали вдвоём, без этого…

— Меня зовут Лёва, здравствуйте! — раздалось с крыльца.

Сергей стиснул зубы, закатил глаза. Влад же заулыбался во весь рот кривыми крупными зубами и шагнул навстречу Лёве.

— Это вы же меня нашли? Спасибо, — Лёва протянул руку.

Влад тряхнул плечом, словно сбрасывая оцепенение. На волне лютого энтузиазма пожал руку, закинул руку на плечо и потащил Лёву к мотоциклу, чуть ли не силой запихивая в пыльную люльку с рваной обивкой.

— Я как раз за тобой. Толком-то не поговорили, ты был весь отмороженный, крендель. Пойдём-пойдём! Вот ты-то и разрешишь наш спор. Давай, прыгай. Серый, не отставай!

…

— Кто-то всё-таки заливает, — Влад шмыгнул носом.

Он сидел на корточках над самодельным мангалом из старых кирпичей, как коршун. Автомастерская уютно забилась в угол меж гаражей, защищая пирушку от ветра и посторонних глаз. Рядом припаркована бежевая «копейка», которую никак не удавалось вернуть к жизни.

На лавке облупилась гадко-синяя краска, на досках — целая сеть мелких засечек от чего-то острого. Серый и Лёва сидели рядом, но не смотрели друг на друга — один от назойливого презрения, второй — от страха. Из белого пакета торчали бутылка кетчупа, зелёный лук, маринованные огурцы и грибы. Целая упаковка сидра стояла на скамейке, прямо в заводской плёнке.

В воздухе витал запах масла вперемешку с горьким дымом. Влад встал, размялся, оглядел чудную компанию. Недоверчивый взгляд остановился на Лёве. Дикий лес у железной дороги, непроходимая, вязкая от дождей тропа и кромешный мрак. Если бы не пропал Мишаня, чёрта с два Влад вообще полез бы в саблезубую безлюдную глушь. До сих пор в ушах стоял тот вой. Его услышишь однажды — не перепутаешь ни с чем. Сейчас, при ярком свете дня, парнишка выглядел закуской, которую лес проглотит целиком, не жуя. Влад наклонил голову вбок, выпытывая объяснения у Лёвы.

— Ты думаешь, я просто ради прикола в дебри забрался? — спросил он. — Ты сам говоришь — я отмороженный, от страха говорить не мог! Ты сам же меня и нашёл!

— Да, — протянул Влад. — Ты был в Гнезде.

Последние слова скорее брошены Сергею. Тот лишь хмыкнул и хлебнул ещё сидра. Лёва недоумённо осмотрел собеседников. Он чувствовал, что угодил в ловушку, но не понимал, не видел никаких контуров.

— Дом на дереве, — великодушно объяснил Влад. — Ты нашёл его в полной темноте, убегая в панике от дикого чудовища. Даже местные не сразу найдут нужное дерево и скрытые ступени. Гнездо с земли не видать, особенно ночью.

Лёва хмурился сильнее с каждой фразой.

— Что ты знаешь о дяде? — спросил вдруг Влад.

Серый обернулся. К этому разговору был расположен куда больше.

— Он увлекается оккультизмом. Или чем-то подобным.

— Или чем-то подобным… — передразнил Влад, кривляясь, и стукнул Серого по плечу. — Хоть сколько ему лет?

— Я не знаю.

— Примерно? — спросил Сергей.

— Я не знаю!

— Да назови ставку! Мы если что подскажем! Правда, Серый?

Тот охотно кивнул.

— Да не знаю я!

— Что ты о нём знаешь? Почему приехал, почему остался в доме незнакомца? — спросил Влад.