Джеффри Хоскинг – Россия и русские. Книга 2 (страница 18)
И тем не менее до сих пор удивляет тот отрадный факт, что в целом перераспределение земли прошло в условиях относительной стабильности и без каких-либо кровопролитных конфликтов. Подчиняясь чувству здравого смысла, крестьяне постепенно убеждались в том, что наконец-то в их жизни наступил тот долгожданный и вполне справедливый порядок, который позволяет им вести самостоятельное хозяйство без вмешательства извне и в соответствии с волей Божией.
Однако внешнее вмешательство не заставило себя долго ждать, так как хаотичное перераспределение земли так и не решило одну из самых главных задач — обеспечение городского населения продовольствием. Фактически земельная реформа намного осложнила ее, поскольку раздробила крупные хозяйства, которые раньше были основным источником сельскохозяйственных продуктов на городских рынках. Случилось так, что аграрная революция привела к преобладанию более примитивных и менее продуктивных агротехнических методов. Учитывая острую потребность армии в продовольствии в ходе Гражданской войны, новый режим пришел к выводу, что единственным способом ликвидации продовольственного дефицита будут установление государственной монополии на торговлю зерном и отправка в деревни продовольственных отрядов (продотрядов), чтобы убедить крестьян в необходимости продажи зерна или в крайнем случае отобрать его силой оружия. Кроме того, власти вознамерились сохранить некоторые крупные поместья и превратить их в коллективные хозяйства, но такие попытки обычно наталкивались на ожесточенное сопротивление крестьян.
Гражданская война
Как Ленин и предвидел, захват власти большевиками привел к Гражданской войне, хотя и не совсем так, как он поначалу предполагал. Уже первые шаги большевиков — роспуск коалиционного социалистического правительства, учреждение ЧК, разгон Учредительного собрания и Брест-Литовский договор — подтолкнули в ряды их противников даже многих убежденных социалистов. Первое серьезное военное сопротивление большевикам было оказано кадетами и эсерами (с помощью бывших военнопленных чехов) в Сибири, в городе Омске. В^это же время в Самаре на Волге был образован Комитет Учредительного собрания (Комуч). А вместе они создали в сентябре 1918 г. свое правительство под названием «Директория».
В конце концов вооруженное сопротивление большевикам возглавили старшие офицеры бывшей императорской армии («белые»), развернувшие широкое движение на дальних окраинах бывшей империи: адмирал Александр Колчак захватил власть в Директории и возглавил антибольшевистское движение в Сибири; генерал Антон Деникин сформировал армию из казаков на Северном Кавказе, а генерал Николай Юденич обосновался в Прибалтике. Они получили некоторую помощь от бывших военных союзников России, которые все еще лелеяли надежду вернуть ее на фронт, а после ноября 1918 г. продолжали нерешительную борьбу против большевизма. Летом и осенью 1918 г. (Сибирь) и осенью 1919 г. (Северный Кавказ и Прибалтика) неоднократно возникало ощущение, что Советское государство находится на грани военного поражения. Но в обоих случаях ему удалось отразить все наступления противников. В 1920 г. Советская Россия столкнулась с новой угрозой — на этот раз со стороны недавно получившей независимость Польши. Воспрянув духом, поляки решили во что бы то ни стало вернуть те земли, которые они считали своими и которые утратили еще в XVIII в.: Белоруссию, Украину и Литву, горячо любимую родину их национального поэта Адама Мицкевича. И вновь Красная Армия не только остановила продвижение поляков, но и нанесла им сокрушительное поражение, а потом преследовала их уже на польской территории{109}.
Для выполнения этой важной задачи большевикам пришлось создать новую армию и полностью перевооружить ее. Одним из наиболее популярных в 1917 г. шагов стали демократизация Вооруженных сил и Декрет о мире. Нос началом Гражданской войны, как и многие другие большевистские реформы, он был пересмотрен. Оказалось, что Красная Армия и ее подразделения, управляемые солдатскими комитетами, неспособны поддерживать строгую воинскую дисциплину и обеспечить нормальную организацию войск. Именно поэтому военный комиссар Троцкий вынужден был приступить к созданию фактически новой рабоче-крестьянской Красной Армии, в которую набирали по призыву и где была восстановлена строгая военная дисциплина, правда, без старых званий и знаков различия. Причем воинская дисциплина и подчинение командирам восстанавливались под угрозой смертной казни. Солдатские комитеты были ликвидированы, а вместо них появились политические отделы, во главе которых были назначены политические руководители, ответственные за моральный дух и политическое воспитание рядовых военнослужащих. Более того, прекрасно понимая, что среди большевиков нет профессиональных военных, Троцкий решил привлечь на командирские должности бывших офицеров царской армии. Правда, для обеспечения полного контроля над их действиями он прикрепил к ним политруков, наделенных широкими полномочиями, вплоть до расстрела в случае крайней необходимости.
Однако к последней мере прибегать приходилось редко. Как оказалось, многие офицеры старорежимной армии охотно перешли на службу в Красную Армию, так как были крайне недовольны тем хаосом, который, по их мнению, поразил некогда могущественную военную силу по вине предательской политики Временного правительства. Теперь же они приветствовали появление режима, который со всей серьезностью относился к восстановлению воинской дисциплины и укреплению военной мощи страны. Более того, некоторые из них считали, что новый режим оказался значительно эффективнее в деле защиты России от иностранной интервенции, чем царская власть, Временное правительство и белогвардейцы. Причем эти настроения усилились еще больше, когда в 1920 г. на территорию Советской России вступила Польша — ее традиционный враг. Генерал Брусилов, наиболее удачливый полководец старого режима и убежденный враг социализма, обратился к своим коллегам со следующими словами: «Забудьте о тех неприятностях, которые вам пришлось испытать.
Сейчас ваш долг всеми силами защищать нашу любимую Россию». В противном случае, подчеркнул он, «наши потомки будут нас справедливо проклинать и правильно обвинять за то, что из-за эгоистических чувств классовой борьбы мы не использовали своих боевых знаний и опыта, забыли родной русский народ и загубили свою матушку Россию».
Его слова были странным образом созвучны заявлению Карла Радека, секретаря Коммунистического Интернационала, что белогвардейцы пытаются подчинить Россию иностранным колонизаторам, а Красная Армия ведет «национальную борьбу за освобождение{110}».
Социальные и политические последствия Гражданской войны
На первый взгляд Гражданская война в России шла между двумя сторонами — белыми и красными. Однако на самом деле в этой войне было много других участников, оторванных от нормальной жизни революционными событиями и ставших жертвами расколотого на мелкие фрагменты общества. Может быть, здесь вообще неуместно слово «общество», так как связи между отдельными его частями были нарушены, взаимная вера утрачена, а большинство людей были заняты проблемой выживания. Вся империя распалась на отдельные регионы и этнические группы, а порой и просто на отдель-ные. селения, брошенные на произвол судьбы и обреченные на борьбу с враждебным внешним миром, которому они уже не могли доверять.
Горожане, в том числе и рабочие, находились далеко не в лучшем положении. Если раньше они всецело зависели от многочисленных и достаточно сложных связей, характерных для индустриального общества, то теперь превратились в небольшие изолированные группы, живущие в нищете, отапливающие жилище сломанной мебелью и обменивающие оставшееся добро на зерно, картофель и молоко, чтобы хоть как-то выжить. Писатель Евгений Замятин описывает Петроград как город «ледников, мамонтов и пустынь», в котором «завернутые в шкуры, в пальто, в одеяла, в лохмотья — пещерные люди отступали из пещеры в пещеру»{111}. А крестьяне, которые хоть и с трудом, но все же могли обеспечить себя продуктами, окончательно покинули рынки и старались производить не больше того, что им требовалось для поддержания жизни. При этом они не расставались с привезенным с фронта оружием и оказывали сопротивление всякий раз, когда какие-нибудь случайные власти посылали к ним вооруженные отряды для заготовки продовольствия. Впрочем, защита им нужна была не только от властей, но и от хищных и жестоких соседей.
Именно в таких сложных условиях разворачивались военные действия между белыми и красными. У красных были значительные стратегические преимущества, которые и привели их в конце концов к окончательной победе, несмотря на все ошибки. Они располагались в самом сердце России с многочисленным населением и главными промышленными городами, производящими оружие и боеприпасы. Разворачивая военное наступление из центральной части страны, их армии имели возможность поддерживать между собой связь, координировать действия и быстро перемещаться от одного фронта к другому. Белые же, напротив, дислоцировались на отдаленной, малонаселенной периферии бывшей империи, где не было крупных индустриальных центров, и к тому же зачастую им приходилось иметь дело с людьми нерусского происхождения, которые им не всегда полностью доверяли. Кроме того, силы Белого движения были практически изолированы друг от друга и не могли эффективно координировать свои действия.