И цели не достигнуть: ни отцу
С его умом и хитростью постылой,
И ни врагам с их воинскою силой
Меня не удержать, уж ты поверь!
И станем мы счастливей, чем теперь.
Когда меня ты любишь хоть немного —
В одной лишь просьбе мне не откажи,
Любовь моя: утешься, ради Бога,
Будь весел и напрасно не тужи.
Коль ты послушен воле госпожи,
То дай узреть мне прежнего Троила,
Чтоб меньше пред разлукой сердце ныло!
Еще к последней снизойди мольбе:
Будь верен мне! Как я (клянусь богами)
Принадлежу лишь одному тебе —
Ты так же никакой пригожей даме
Не дозволяй, мой милый, встать меж нами!
Увы! как видно, ревность или страх
Таятся вечно в любящих сердцах.
Уж если ты, кому я верю свято,
Кому без страха предалась вполне,
Изменишь — о, надежд моих утрата!
Коль так случится — знай, тогда и мне,
На свете несчастливейшей жене,
Останется лишь умереть до срока:
Поступишь ли со мною столь жестоко?"
"Господь, чей всюду проникает взор,
Солгать не даст, — царевич ей ответил, —
Ни об одной из жен с тех самых пор
Не помышлял я, как впервые встретил
Меж ними ту, чей лик как солнце светел.
Я твой навек и преданность готов
На деле доказать, без лишних слов".
"Благодарю, — воскликнула Крессида, —
Друг несравненный, за твои слова!
Да ниспошлет мне разума Киприда,
Чтоб милому, покуда я жива,
Воздать за верность! О поверь, едва
Соединимся снова мы друг с другом —
Тебя вознагражу я по заслугам!
Знай: не богатство, не краса и стать,
Не слава ратная — Господь свидетель —
Не то, что на турнирах ты блистать
Умел и первый был о них радетель,
Не род высокий твой, — но добродетель
И чистота души, бегущей зла,
К тебе меня впервые привлекла.
Затем, что мужества и благородства
В достатке уделил тебе Творец,
Что низких душ тебе претят уродства:
Их жадность или грубость; наконец,
Что страсти ты смиряешь как мудрец
Уздой рассудка, — знай: по сим причинам
И стал навек моим ты господином.
Ни годы, ни изменница-судьба
Не разлучат нас: в том обет мы дали!
Теперь к Зевесу лишь моя мольба:
Да исцелит от горькой нас печали
И чтобы в ночь десятую, не дале,
От нынешней — мы вместе были вновь.
Простимся ж до поры, моя любовь!"
Здесь принялись они друг дружку снова
Кропить слезами и лобзать стократ.
Затем Троил, не говоря ни слова,
Оделся, напоследок бросил взгляд
