Не возражал и вид хранил суровый, —
Изобретая, впрочем, довод новый.
"Ну нет! — он думал, — друг мой не умрет!
Иной придам я делу оборот.
Что ж, — молвил он, — когда твоя кручина
Столь велика и способ мой негож, —
Так действуй! Докажи, что ты мужчина
И все преграды силой уничтожь:
Ступай, похить ее! Чего ты ждешь?
Из города беги вдвоем с Крессидой
Иль с ней останься — но врагам не выдай!
Иль не троянец ты? Иль не храбрец?
Возьми ж ее! Она твоя по праву.
Притом сие решенье, наконец,
Уверен я, пришлось бы ей по нраву.
Вставай же! Мы на них найдем управу!
Коль не сробеешь ты — уж через час
Она в руках окажется у нас!".
На это принц ему в большой печали
Промолвил: «Ах, поверь, любезный брат,
Об этом средстве думал я вначале
И сам к нему прибегнуть был бы рад,
Но есть к тому препятствий целый ряд.
Я назову их; помолчи немного:
Поняв, меня судить не станешь строго.
Хищенье дамы привело к войне:
Ты помнишь ведь недавние событья?
Мне не простят, коль по моей вине
Начнется новое кровопролитье.
А во-вторых, могу ли преступить я
Приказ отца, который нынче дан
Для блага и по просьбе горожан?
Я мог бы, испросив ее согласья,
Пойти молить о милости царя
И этим ей нанес бы в одночасье
Немалый вред — и почитай что зря:
Не станет, между нами говоря,
Он отменять, что решено советом,
Хотя бы сын родной просил об этом!
А между тем молва пойдет о ней
И милую мою начнут бесславить:
Вот это мне, Пандар, всего страшней!
Гнев горожан я снес бы, но она ведь
Робка, стыдлива — как ее избавить
От их проклятий? Сраму ей не снесть!
Я б отдал жизнь, чтоб сохранить ей честь.
Как быть мне, друг? Хоть милой добродетель,
Клянусь, мне больше жизни дорога
И за нее, Господь тому свидетель,
Я смерть приму как преданный слуга, —
Но долг и страсть во мне — как два врага:
"Похить ее!" — внушает голос страсти,
А долг: "Не смей!" — и рвусь я на две части!»
И слезы проливал он вновь и вновь,
Тем удручая верного Пандара:
"Увы мне! все сильней моя любовь
И все слабей надежда! Что за кара
Меня постигла? Худшего удара
Нельзя нанесть! О, если б только мог
Я умереть, не ведав сих тревог!"
— "Тебе видней, — сказал Пандар на это, —
Но будь я царский сын, я б сей же час
Увез ее к себе иль на край света
Бежал бы с ней, и пусть весь город враз
Подымет крик — никто мне не указ!
