Джеффри Чосер – Троил и Крессида (страница 72)
И то, что океан рассвирепелый,
На сушу двинув алчных волн ряды,
Вновь отступает в прежние пределы —
И в том Любви всечасные труды:
Ведь стоит ей лишь выпустить бразды —
Все связи вмиг расторгнутся, и вскоре
Наш мир погибнет в распрях и раздоре.
По воле всемогущего Творца
Ты нами правишь, о Любовь благая,
Без спросу и разбору на сердца
Незримые оковы налагая,
К своим стопам строптивцев повергая,
Чтоб души их, познавши благодать,
Навыкли бы несчастным сострадать".
Так пел царевич. Впрочем, и с врагами
Сражался он изрядно той порой
И после Гектора во всем Пергаме
Он первый, несомненно, был герой.
Любовь ( так уверяет автор мой),
Придав счастливцу воинского пыла,
И дух его, и тело укрепила.
В дни замирений он в лесах близ Трои
Травил медведя, льва иль кабана —
Помельче дичь он оставлял в покое;
Когда ж обратно ехал, из окна,
Как юный сокол, трепета полна,
Глядела госпожа его Крессида,
Приветствуя улыбкой Приамида.
О благотворных качествах любви
Он рассуждал и с толком, и помногу,
Всегда был рад — лишь только позови —
Прийти ко всем страдальцам на подмогу
И восклицал, довольный: "Слава Богу!",
Едва прознав, что некто преуспел
На славном поприще любовных дел.
В те времена пропащим горемыкой
Считал он всякого, кто не влюблен.
Столь мастерски, с горячностью великой
Живописал перед друзьями он
Любви природу, свойства и закон
И о служенье толковал высоком, —
Что стал для многих чуть ли не пророком.
При этом, несмотря на царский род,
В нем спеси не водилось и в помине:
И знать его любила, и народ;
Никто сыскать не смог бы в царском сыне
Ни алчности, ни злобы, ни гордыни,
Ни прочей скверны, — и за то хвала
Любви, что отвращает нас от зла!
О госпожа моя! о дщерь Дионы!
И ты, мой сребролукий господин,
И девять дев, что населяют склоны
Парнасские! Ваш верный челядин,
Теперь остаться должен я один,
Покинут вами посреди дороги;
Но век я буду славить вас, о боги!
Кто, как не вы, поведать мне помог
О переменчивой судьбе Троила:
И сколько прежде вынес он тревог,
И как любовь его преобразила,
И прочее, что в летописи было.
Теперь он счастлив; то же и она.
И третья книга мной завершена.
Книга четвёртая
У вы, не вечно длиться их отрадам, 
