Не торопись! Коль нынче ты счастлив,
На радостях не действуй безрассудно —
Не то, смотри, потом придется трудно!
Тебе ведь разума не занимать, —
Так вытверди, как дважды два четыре,
Что удержать не проще, чем поймать.
Увы, непрочно счастье в этом мире:
На тонкой нитке, волоска не шире,
Висит оно, и часто рвется нить...
Сумел им завладеть — умей хранить!"
Троил в ответ: "Утешься, друг мой верный:
У страсти я узду подкорочу,
Остерегусь поспешности чрезмерной
И счастья своего не расточу.
Ужель задача мне не по плечу?
Коль ты мне друг (храни тебя Всевышний!),
Поверь, что наставленья тут излишни".
И другу принц поведал обо всем,
Что было ночью: как достиг он цели,
Осилив робость... "Но, клянусь мечом, —
Прибавил он, — ни разу я доселе
Так не пылал, как нынче; в самом деле,
Чем яростней меня терзает страсть,
Тем большую в том нахожу я сласть!
Не знаю, что со мной: для беспокойства
Причины нет, но скрытый этот жар
Душе моей придал иное свойство —
Как будто бы обрел я новый дар".
— "Ну что ж! кто был в раю, — сказал Пандар, —
Иным уж должен быть исполнен духом,
Чем тот, кто о блаженстве знал по слухам".
Но целиком я здесь не привожу
Их разговор, продлившийся до ночи:
Свою избранницу и госпожу
Царевич восхвалял что было мочи
И друга вновь благодарил; короче,
Все то же он твердил за разом раз,
Покуда не развел их поздний час.
Но вскоре вновь благоприятный случай
Судьба им шлет: Пандаром извещен
Царевич, истомленный страстью жгучей,
Что свидеться с Крессидой может он
Все там же. Сим известьем восхищен,
Хвалу богам он воздает прилежно,
Отраду предвкушая безмятежно.
Пандар, что б их никто не подстерег,
Как прежде, сладил все весьма умело:
Вдова, удобный подыскав предлог,
Прийти под вечер к дядюшке сумела;
Принц был уж там; едва дошло до дела,
Пандар в постель отвел их, и они
Остались без опаски там одни.
Живописать подробно эту встречу
Нам незачем; все шло у них на лад:
Ни страхов, ни тревог, притом замечу —
С той, первой ночи возросли стократ
Восторги их, и радость без преград
Познали оба: за всю жизнь едва ли
Они в таком блаженстве пребывали.
Но что слова! И разве хватит слов,
Чтоб высказать всю сладость их слиянья,
Когда один был упредить готов
Другого сокровенные желанья?
И что в сравненье с этим толкованья,
Философов о счастье? Зряшный труд!
