Взошедши к другу с песенкой беспечной,
Пандар воскликнул: "Это ты, лентяй?
Проснись! Не то, клянусь Луною млечной,
Ты у меня получишь нагоняй.
Ведь экий соня! Говорю, вставай:
Я снадобье принес тебе от хвори,
Лишь проглоти — и вылечишься вскоре!"
"Бог да поможет нам!" — вздохнул Троил.
"Уже помог! — в ответ Пандар с усмешкой, —
Гляди-ка, что тебе я раздобыл:
Зажги светильник и прочти, не мешкай!"
Тот стал читать, — с надеждой, страхом, спешкой, —
И все понять пытался по письму:
Жизнь иль погибель суждена ему?
Но все же принц истолковал посланье
К добру, сыскавши несколько в нем строк,
В которых можно было при желанье
Благой надежды разглядеть залог.
Да и Пандар усердный сколько мог
Троила обнадежил — и в итоге
Свои забыл он худшие тревоги.
Однако же, как языки огня
Взметнутся, чуть подбросишь им дровишек,
Так страсть в нем вспыхнула с того же дня,
Вобрав надежды сладостной излишек;
Как роща из побегов-коротышек
Взрастает — так, посеянный письмом,
Желаний частый лес разросся в нем.
И день и ночь Троил все с большим жаром
О ней мечтал; когда ж имел досуг,
То в письмах, наставляемый Пандаром,
Описывал подробно свой недуг
И как он гибнет от любовных мук;
Иль друга слал он с устным к ней приветом —
И все упорней делался при этом.
Так, что ни день, оказывал он ей
Вниманье, как влюбленному пристало,
Ответных с нетерпеньем ждал вестей,
Чтоб ликовать — иль крикнуть: "Все пропало!" —
Иль в сотый раз игру начать сначала:
Метнувши кости, ввериться Судьбе
И все принять, что выпадет тебе.
Но радостью иль мукою объятый,
К Пандару он спешит. Пандар один —
Наперсник, утешитель и ходатай:
Он видит, как и из каких причин
Страдает неповинный царский сын,
И на любые он готов затеи,
Чтоб горю пособить, да поскорее.
Вот как-то раз к царевичу в покой
Явился он и закричал с порога:
"Дружище! Потерпи денек-другой
И так не убивайся, ради Бога.
Я средство приискал! Еще немного —
И с милою ты свидишься своей
И за себя словцо замолвишь ей.
У знатоков считается не зря ведь:
Всего важней — без посторонних глаз
Потолковать; к тому еще прибавить
И место подходящее, и час,
Да благосклонный слух — и весь тут сказ:
Кто б мог остаться безучастным, глядя,
Как страждущий взывает о пощаде?
Ты думаешь теперь: пусть даже в ней
В ответ на пени проросли бы зерна
