Джефф Мариотт – Никогда. Ведьмино ущелье. Остров костей (страница 42)

Тот повернулся и внимательно посмотрел на брата.

– Я просто вспомнил пару строчек оттуда:

Все – что-то, что-то – пред безжалостным огнем, Все безумье состязанья с – что-то, что-то – глухим огнем, Что стремится выше, выше…

В голове Дина всплыли воспоминания о ночном кошмаре. О демоне, который убил мать и Джессику, девушку Сэма, пригвоздив к потолку, охваченному огнем. В этом кошмаре Дин видел, что случилось с женщинами из их с Сэмом жизни, о которых они заботились. Он не считал Макки важным для себя человеком, но никому бы не пожелал такой участи. И, кроме того, совершенно точно не хотел снова это увидеть.

Макбейн направилась к церкви.

– Идем.

– О, прекрасно, – проворчал Дин себе под нос. План действий составили они, а командование на себя берет она?

Но он напомнил себе, что, если бы не Макбейн, их бы здесь не было. Кроме того, им надо чем-то заниматься, пока копы ползают по дому, в котором они ночевали.

Дело было в том, что копы ему никогда не нравились. В основном потому, что он считал их невежами. Конечно, так устроен почти весь мир, но рассеянность слуг закона не способствовала их с братом эффективной работе. Он давно уже потерял счет случаям, когда полиция бездействовала и только мешала им – еще задолго до Балтимора. Но были и исключения: Баллард и тот шериф в Хиббинге. Хотя случай в Хиббинге не был сверхъестественным, в той семье не было ничего демонического, а это значит, что вышеупомянутый шериф, Кэтлин, была такой же невежественной, как и все остальные.

А вот Макбейн оказалась хорошим человеком. И независимо от того, хочет он это признавать или нет, она помогла им.

Но ему все равно это не нравилось. Дин считал, что им с Сэмом лучше работать вдвоем.

– Эй, когда все это закончится, напомните, что у меня есть кое-что, что вас заинтересует, – сказала Макбейн.

Дин нахмурился.

– Хорошо.

Больше она ничего не сказала. Когда они добрались до угла, Макбейн подошла к входу в церковь. Точнее, к одному из них – в церкви было три главных входа и несколько боковых дверей. Макбейн выбрала главный вход в центре, который был расположен по диагонали к углу Фордем и бульвару Мартина Лютера Кинга и выходил на середину перекрестка.

Она замолотила по резной деревянной двери высотой метра три.

– Будем действовать в лоб? – спросил Дин.

– Косматый, я не собираюсь вламываться в церковь. Я достаточно нагрешила в этой жизни, благодарю покорно. А теперь заткнитесь и дайте мне с этим разобраться.

Дин посмотрел на Сэма, но тот просто пожал плечами: «Чего ты от меня хочешь?» Они еще никогда не вламывались в церковь…

Через несколько томительных минут, которые показались Дину целыми днями, дверь со скрипом приоткрылась. За ней стоял сонный мужчина.

– Да?..

Макбейн показала ему жетон.

– Полиция Нью-Йорка, святой отец.

– Вообще-то, я диакон, – пробормотал он. – Священники все уехали на неделю.

«Везучий ублюдок, – подумал Дин. – Все помещение в его распоряжении. Интересно, какие проблемы могут возникнуть у диакона, пока священники в отъезде? Вероятно, никаких», – разочарованно подумал он.

– Прошу прощения, но у нас есть основания полагать, что на вашу колокольню кто-то проник. Мы можем войти?

– Кто-то проник?..

– Да, сэр. Мы должны ее осмотреть.

Диакон, казалось, очень медленно прокручивал разговор в своей голове.

– Я не понимаю.

Дину это надоело, и он шагнул вперед.

– Слушайте, диакон, мы думаем, там наверху кто-то есть, и должны это проверить. Вы нас впустите?

– Ну… – Он покачал головой. – Видимо, да. Вы же из полиции… – Он нервно улыбнулся. – Кроме того, в доме Господа рады всем.

Дин улыбнулся.

– Аминь.

– Что я тебе говорила насчет того, что разберусь с этим сама, косматый? – прошептала Макбейн, пока они входили.

– Но впустили нас благодаря мне, не так ли?

Макбейн мрачно посмотрела на него, и они вошли в церковь.

Диакон указал на винтовую лестницу слева:

– Колокольня там.

– Оставайтесь, пожалуйста, здесь, сэр. А мы посмотрим, – сказала Макбейн.

– Э-э, хорошо. – Диакон выглядел недовольным, но спорить не стал, за что Дин был ему благодарен.

Дин осмотрелся, но, к своему удивлению, почти ничего не разглядел. Вокруг он видел только какие-то расплывчатые формы. Он как-то не задумывался о том, что церкви по вечерам закрывают, и так поздно, без света, проникающего в витражные окна, без электричества и свечей, внутри ничего не видно.

Сэм и Макбейн уже поднимались по лестнице, и Дин последовал за ними.

Они двигались по спирали, Макбейн впереди, а Сэм с Дином сразу за ней. Дина это не устраивало, но это по крайней мере успокоит диакона, так как жетон показала только Макбейн.

Восхождение по узкой винтовой лестнице заняло чуть меньше чем десять дней, и наконец они оставили позади основную часть высокого свода церкви. Дин никогда не страдал агорафобией[37], но находясь так высоко в открытом пространстве церкви, когда от падения на пол защищают только металлические поручни, он не мог не чувствовать нервную дрожь. Так что он обрадовался, когда лестница закончилась площадкой. Дальше в глубь церкви вел коридор, и еще одна лестница устремлялась ввысь.

Кивнув в сторону лестницы, Макбейн продолжила путь. Дин потянулся за спину и достал пистолет, Макбейн с Сэмом сделали то же самое. Им не хотелось пугать диакона, но теперь, когда он их не видел…

Следующая лестница тоже оказалась витой, но была встроена в каменную кладку, с обеих сторон от нее поднимались глухие стены. К сожалению, на площадке перед ней было светло, в коридоре горело несколько ламп. Но на самой лестнице царила тьма.

– Косматый, – прошептала Макбейн.

Когда же она перестанет так меня называть?

– Да? – прошептал в ответ Дин.

– Иди первым.

Не то чтобы он возражал, но все же спросил:

– Почему?

– Потому что я фигово вижу в темноте.

Пробормотав: «И об этом она говорит только сейчас», Дин обогнал Сэма и Макбейн, Сэм остался сзади.

Дин с пистолетом наготове двигался медленно, позволяя глазам привыкнуть к темноте.

Когда они дошли до самого верха, он заметил растяжку. При таком тусклом освещении он мог бы ее и не заметить, но псих, за которым они гонялись, уже использовал эту уловку, и Дин предполагал, что он повторится.

– Растяжка, – прошептал он, указывая на нее левой рукой, а правой – по-прежнему держа пистолет.

Сэм и Макбейн кивнули. Дин переступил растяжку и вошел в небольшую нишу. По обе стороны поднимались еще две лестницы, которые вели к колоколам, а между ними находился маленький дверной проем. Дин предположил, что пульт звонаря находится именно здесь. Все вокруг было из темного камня и дышало средневековьем – за исключением блестящего красного огнетушителя, который стоял на небольшой полке возле двери. Обожаю нормы пожарной безопасности.

Сэм и Дин тут же встали по обе стороны от двери. Макбейн посмотрела на них, покачала головой, потом направилась к двери, рванула ее на себя и отпрыгнула. Она опустилась на колено, а Дин и Сэм пригнулись. И все трое прицелились.

Комната оказалась пустой.

Дин покачал головой.