Джаспер Ффорде – Тайна выеденного яйца, или Смерть Шалтая (страница 59)

— Нам хотелось бы узнать побольше о Шалтае-Болтае — и его женщинах.

Лола возвела очи горе и склонила голову на плечо.

— Он был верен своей первой жене.

— Люсинде Маффет-Болтай?

— Да. Он никак не мог примириться с ее смертью. Она разбилась на машине, когда он сидел в тюрьме. По-моему, Шалтай так себя и не простил. Он часто повторял, мол, будь он рядом, все бы обошлось. — Лола вздохнула. — Что бы там ни рассказывала вам его вторая жена, они никогда не были особенно близки. Повторной женитьбой Болтай надеялся хотя бы отчасти вернуть себе ту стабильность, которой наслаждался с Люсиндой, и, возможно, толику потерянных денег: как я понимаю, Лора Гарибальди — настоящий денежный мешок.

— Точнее, была им.

— Извините. Ужасно, правда? Как бы то ни было, это ему не помогло. Не прошло и полугода после его второй свадьбы, как я стала замечать, что он водит к себе девушек. Думаю, он не хотел расстраивать Лору, просто любил женщин. Он был весьма импозантным мужчиной, инспектор, умным, очаровательным и эрудированным.

— А что вы скажете, если я сообщу вам, что мистер Болтай снова женился?

Лола была шокирована.

— Шалтай? Снова женился? Я-то думала, последнего урока ему хватило.

— Вы знакомы с ней?

— Нет, я говорила о втором его браке. Он надеялся на счастье, как и в первый раз. Боюсь, его ждало разочарование.

— Так ведь всегда бывает при многочисленных браках, — сказал Джек. — Вечно уповаешь, что следующий окажется лучше первого.

Лола поморщилась. Джек явно наступил на больную мозоль. Она недобро зыркнула на него, затем встала и подошла к пианино.

— Когда раздавали тактичность, инспектор Шпротт, вы явно стояли в самом хвосте очереди. Я шестнадцать раз была замужем. И как вы и сказали, вечно ждала совершенства. Первый мой муж был водопроводчиком из Вантуза. Мы поженились, когда я еще работала за прилавком косметического магазинчика. Он дал мне больше, чем граф Санбери. А этот жалкий ублюдок только один раз подарил мне украшение со стразами и наградил триппером. Я до сих пор могла бы называться леди, стоило только захотеть, но тогда пришлось бы носить фамилию Санбери, а кому охота, чтобы его хоть как-то связывали с Санбери? Он был моим пятым мужем. Мы прожили в браке почти восемь месяцев, и после развода я поклялась никогда больше не выходить замуж.

Джек, Мэри и Браун-Хоррокс молчали, поэтому она продолжила:

— Потом я познакомилась с Люком. С ним было так весело. Молодой и беспечный, забавный и общительный, он был идеальным мужчиной.

— И что случилось? — спросила Мэри.

— Я вышла замуж за его брата. Играли двойную свадьбу, и в церкви случилась путаница. Мы развелись как можно скорее.

— А что, брак нельзя было аннулировать? — спросила Мэри. — Если он не был осуществлен, то…

Лола мрачным взглядом заставила ее умолкнуть.

— Слишком велик был соблазн. Ведь неожиданный вариант мог оказаться лучше, но по здравом размышлении я предпочла Люка. Беда заключалась в том, что наутро он влюбился в свою случайную невесту. Они уехали в Лландудно и открыли рыбный магазин. Затем был Томас Принг. В начале ухаживания он преподнес мне огромный бриллиант — легендарный алмаз Принга. Меня предупреждали о проклятии, которое лежало на этом алмазе, но я не стала слушать, и мы поженились.

Она подняла шейкер для коктейля.

— Как насчет промочить горло?

Полицейские отказались. Звезда пожала плечами и налила себе мартини.

— И тогда явилось проклятие Принга.

— И чем оно оказалось?

— Мистером Прингом. Вот уж свинья! Он стриг ногти в постели и редко мылся. Я развелась с ним по акту сорок седьмого года о личной гигиене.

Она снова опустилась в шезлонг.

— Однако я разболталась! А вы, наверное, заняты. Чем еще могу вам помочь?

— Разве что вспомните какую-нибудь из девушек Болтая, которая нравилась бы ему настолько, чтобы на ней жениться.

— Извините, понятия не имею.

Джек встал.

— Что же, думаю, пока хватит.

— Пока?

— Вы не против, если я еще раз вас побеспокою, когда возникнут новые вопросы?

— Конечно нет!

— Хорошо. Еще один вопросик. Не распишетесь ли на блокноте Браун-Хоррокса? Насколько я знаю, он хотел взять у вас автограф.

Они поблагодарили актрису и ушли. Как только за посетителями закрылась дверь, Лола встревоженно поднесла руку к лицу, быстро подошла к окну и подняла жалюзи. Затем схватила трубку телефона.

— Это Лола, — сказала она. — Он подозревает.

Глава 39

Красный «форд-зефир»

ИСПОЛЬЗОВАНИЕ ПРИЕМА ЛОЖНОГО СЛЕДА НЕОБХОДИМО КОНТРОЛИРОВАТЬ

Вульгарная заячья петля и надоевший сюжетный тупик загонят детектив в болото, если в этом году вступит в силу билль «О ложном следе». Противоречивый новый закон создан группой читателей и не может похвастаться обилием сторонников в Лиге детективов. Члены Лиги утверждают, что «проблем никаких нет» и что внутренних правил, выработанных в 1904 году, «более чем достаточно». «Мы немногого просим, — объясняет представитель двадцатимиллионного лобби читателей «Техвахт», — мы просто хотим читать настоящие детективы, а не рутинный хлам, приправленный совершеннейшей чепухой». Билль последовал за успешно утвержденным в прошлом году так называемым актом «неожиданного убийцы», который запретил публикацию расследований, где убийца внезапно возникает за две страницы до конца, ни разу не будучи упомянутым до того в тексте из более чем ста тысяч слов.

Пемзс-Виллас находился всего в десяти минутах ходьбы от Редингского полицейского управления, и по возвращении Шпротта и компанию ждали новости.

— Нам только что позвонил аноним с информацией по машине Болтая, — сказала Гретель Джеку, глядя на Браун-Хоррокса.

— Кто?

— Не представился. Мужчина, звонил из телефонной будки в Чарвиле. Передал информацию и повесил трубку.

— Ну, хоть какая-то зацепка наконец.

Они столпились у карты Рединга и всего округа, которую пришлось повесить боком — иначе она никак не умещалась на крошечном участке стены.

— Говорят, она находится где-то… — бормотала Гретель, изучая нацарапанный на обрывке бумаги адрес, и наконец, ткнув пальцем в зловеще близкую к Андерсеновскому лесу точку на карте, заявила: — Здесь.

Джек посмотрел на указанное Гретель место. Куда ни кинь, на целую милю вокруг не наблюдалось ни единого дома.

— Ладно. Мы с Мэри поедем туда, а вы проверьте всех владельцев ближайших строений — вдруг найдем какую-нибудь связь.

Перекресток, на котором им велели искать «форд-зефир», располагался в сельской местности к западу от города, на ближайшем холме темнел Андерсеновский лес. Одинокий облупленный дорожный указатель уныло торчал у дороги, и, куда ни глянь, не просматривалось никаких признаков жилья. После городской суеты последних дней сельская тишина казалась сущим блаженством. Рев магистрали М4 превратился в далекий тихий гул, и дождь вдруг перестал.

Они остановили машину и вышли. Браун-Хоррокс сумел втиснуться на пассажирское сиденье, но маленькая машина не годилась для его огромного тела, и бедняга всю дорогу затыкал коленями уши.

— Когда же вы заберете из мастерской свой «роллс-ройс»? — спросил он. — Невысокого я мнения об их работе.

— На той неделе, — отмахнулся Джек, надевая плащ, поскольку ветер был сильный. Он посмотрел на пустую дорогу. — Что-то я не вижу никакой машины.

— «Утка»? — предположила Мэри.

— Возможно. Но давайте проверим. Вы идете по той дороге, я — по этой. По пути высматривайте автомобиль.

— Слушайте, вы алкоголик или вылечившийся алкоголик?

— Бывший… но иногда срываюсь, — сказал Джек, попытавшись дать максимально удобный для Лиги ответ.

— Хорошо, — отозвался Браун-Хоррокс, делая очередную пометку.

Машину обнаружила Мэри: посреди поля, почти заросший ежевикой, стоял еле живой сборно-разборный металлический барак. Мэри подозвала Джека, открыла дверь и вошла. Дверь покосилась и запиралась на ржавый засов, забитый деревянным колышком от палатки. Джек осторожно вытащил колышек, и дверь распахнулась сама. Внутри было сухо, полом служила плотно утоптанная земля. Оплетавшие барак плети ежевики закрывали дыры в ржавой крыше и начали уже заползать внутрь. Посередине барака стоял чистенький и новенький с виду «зефир». Мэри осторожно подергала дверь.

— Заперта.

— У него не нашли ключей от машины, — сказал Джек. — Посмотрите в выхлопной трубе.

Мэри пошла к задней части машины, а Джек сложил руки домиком и заглянул в окно.