Дж. Андрижески – Трикстер (страница 38)
— Реви’ знал, что она связана. Он знал, но был таким дураком, что убедил себя, будто всё равно может её получить. Хотя она его не хотела. Хотя она не могла его хотеть, была неспособна хотеть его, ведь её свет принадлежал другому.
Слова Териана приглушились, становясь отрешёнными.
— И всё же я его по-своему понимаю, — не глядя на меня, он заговорил тише. — У меня была сестра, — отрешённо пробормотал он. — У меня была сестра, и для неё я сделал бы что угодно. Вот почему я понимаю Реви’, видишь. Я вспоминаю её… и тогда понимаю.
Я уставился на него.
Сестра?
К тому моменту я прочёл всё о нём, всё, что сумел узнать на своём уровне доступа к секретной информации.
Нигде в данных его биографии не существовало упоминания о сестре. Конечно, были родители, но они давно погибли. Убиты в одной из Мировых Войн после того, как оставили своего сына практически умирать с голода в горах, где они прятались.
Глядя на него теперь, в темноте Барьера, я гадал, полностью ли он осознавал моё присутствие и свои слова.
Я собирался обратиться к нему, спросить, но тут вновь зазвучал его голос.
— Теперь Реви’ — моя семья, — сказал другой видящий.
Нахмурившись, я открыл рот…
И тут он как будто резко включился в реальность.
Повернувшись, он уставился на меня этими янтарными глазами в темноте.
— Это досадно, маленький брат.
Затем он удивил меня, наклонившись ближе и поцеловав меня в губы.
— Это действительно досадно, воистину, — сказал он, бегло помассировав мою грудь, а затем отстранился и снова пошёл через джунгли. — Но у каждого из нас своё бремя,
До сих пор я толком не замечал, что мы остановились.
Теперь я смотрел, как он скрывается за деревьями, и ещё несколько секунд не шевелился.
В моём нутре зародилась болезненная реакция.
Ощущение, жившее где-то посередине между ревностью и восхищением, пока я пытался осмыслить слова собеседника и то, что чувствовал в его свете. Я осознал, что улавливаю суть сказанного им, не понимая всего остального. Даже понимание того, что я все же понял, скорее сбивало с толку, нежели помогало.
— Это она, не так ли? — сказал я.
Дёрнувшись и следуя за ним по джунглям, я использовал субвокалку, чтобы обратиться к нему.
Даже через гарнитуру я слышал интенсивную злость в своём голосе, а также намёки на более сложные чувства, скрывавшиеся за той злостью.
Мне также показалось, что я слышу ревность.
— Женщина-разведчица, — сказал я. — Та, которую послали, чтобы вытащить Дигойза из Организации. Та, которую Семёрка использовала, чтобы отделить его от нас. Это она. Ведь так?
— Да, брат, — сказал Териан.
Его лицо скрылось за маской разведчика, но я чувствовал, как его злость резонирует с моей.
Странно, но я поймал себя на мысли, что Териан рад, что я в курсе, и испытывает облегчение, ведь ему больше не надо притворяться, будто он не знает. Он как будто хотел, чтобы кто-то помимо него понимал, как важно не дать этой женщине сбежать и не дать его другу, Дигойзу, скрыться с ней в пещерах Памира или где-то ещё.
Но были ли они друзьями? Териан и Дигойз? Если нет, кем они были? Что за семьёй они друг другу приходились?
Этот вопрос поедал меня изнутри.
Иногда я думал, что этот вопрос меня поглотит.
Териан продолжал жёстким голосом.
— Я не могу сказать наверняка, конечно, — поправился он. — Но это ощущается как она. Это ощущается в точности так, как я её помню, а у неё был очень узнаваемый свет, особенно для той, кто не имеет опыта в разведке и видимых маркеров травмы.
Помедлив, он добавил:
— Она и я… у нас есть странная…
Териан на мгновение умолк, будто подбирал слова получше.
Когда я посмотрел на него, он заставил свой тон измениться, почти пожимая плечами.
— …Связь, наверное, можно так сказать, — закончил он. — Ничего личного, заметь. Самое личное, что у меня с ней было — это то, что я связал её голую и вставил кляп, чтобы мы попытались заставить Реви’ увидеть, какая она есть на самом деле… и поддаться своим извращённым импульсам в её отношении. Мы всё ещё пытались образумить его, видишь ли. Мы пытались помочь ему проработать своё нездоровое увлечение и избавиться от этих порывов. Но в наших светах, моей и этой женщины, есть некое необычное сходство. Вещи, которые достаточно редки, чтобы быть примечательными. Вещи, которые я могу видеть легче остальных, возможно, потому что они также существуют во мне.
Моргнув, я мог лишь уставиться на него.
Я старался подумать, переставляя ноги быстрее, чтобы поспевать за ним, пока он пробирался сквозь густую джунглевую растительность. Наблюдая за его спиной, я нахмурился.
Я чувствовал, что он мне что-то говорит.
Я чувствовал это там, точно не зная, что это.
Я даже ощущал готовность видящего поговорить со мной и знал, что могу не рассчитывать на такое позднее, в зависимости от настроения Териана. Я также чувствовал, что часть его считает, будто он не может говорить со мной откровенно, не подбирая слова.
Когда молчание с его стороны затянулось, я осознал, что должен сам его нарушить.
Я осмелился задать ещё один вопрос.
— Есть ли некий ключ к этому сходству между вами? — осторожно спросил я. — Некая сигнатура, которую я или, возможно, Варлан могли бы поискать, сэр? Чтобы мы сумели точнее отыскать её?
После моих слов воцарилась тишина.
Я каким-то образом понял, что задал неверный вопрос.
Я каким-то образом совершенно промазал мимо сути.
Хуже того, я только что показал ему, что не понял ничего из того, что он пытался мне доверить.
— Нет, брат, — ответил он вновь пренебрежительным тоном. — Нет. Вы это не увидите. Честно говоря, мне понадобилось, чтобы кто-то указал на это в моём собственном свете. «Слепота в правде собственного света» и всё такое… — добавил он, цитируя часто повторяемую истину разведки.
— Но разве не будет лучше, если один из нас… — настаивал я.
— Нет, брат, — сказал Териан.
На сей раз его голос прозвучал более твёрдо и окончательно.
Более того, он снова говорил как мой босс, а не друг или доверенное лицо.
— Галейт позаботится об этом, Куэй, если мне потребуется вторая пара глаз, — я почувствовал, как он глянул на меня в темноте. Его голос сделался отеческим. — Он также заинтересован в нашей миссии здесь, как ты уже наверняка предположил. Я ввёл его в курс дела, кого и что мы тут выслеживаем, и я часто сообщаю ему новости. Он остаётся со мной… с нами… даже сейчас.
Я ощутил, как по моему свету пронеслась дрожь.
Такая вещь даже не приходила мне в голову.
Галейт наблюдал за нами здесь? Сейчас? В реальном времени?
Это немыслимо… и в то же время совершенно логично, если обдумывать это хоть полсекунды.
Но само собой, Териан будет поддерживать прямой контакт с Галейтом.
Он наверняка поддерживал его в любом случае, и уж тем более для этой миссии.
Териан теперь был преемником Галейта.
Это было резким, смущающим и усмиряющим напоминанием о том, что я просто не привык иметь дело с видящими уровня Териана. Мысли об этом теперь устрашали меня, возбуждали, пробуждали мою более амбициозную сторону, заставляли чувствовать себя маленьким, дезориентировали, и всё это разом.
Это было ещё до того, как я осознал — к этому времени Галейт может знать обо мне индивидуально… то есть, лично обо мне.