Дянь Сянь – Удушающая сладость, заиндевелый пепел. Книга 2 (страница 16)

Фыркающий владыка опустил голову и невинно произнес:

– Нет, просто желал осведомиться, как поживает красавица после трагической гибели отца.

Внезапно изменившись в лице, он свирепо оскалился.

– Но эти гадкие остолопы-охранники из небесного воинства меня не пускали. Требовали письменного разрешения от Небесного Императора. Но я-то понял… – Владыка Янь Ю горделиво вздернул подбородок, словно знал, в чем подвох. – Этот дракончик Жунь Юй опасается, что я превзойду его своим очарованием. Он же проигрывает вашему покорному слуге по всем статьям! Чувствует, что стоит мне появиться, как вы сбежите к лучшей партии! Вот в чем дело!

Фыркающий владыка сжал кулаки. Я невольно восхитилась талантом собеседника: как же ловко он умел менять тему беседы! О чем бы ни шла речь, непременно сводил разговор к рассуждениям о любви и чувствах.

Тут Фыркающий владыка схватил меня за руку и торжественно предложил:

– Воспользуемся удачей, красавица! Сбежим вместе прямо сейчас!

Я снова посмотрела на солнце, которое поднималось все выше и выше, и помахала рукой:

– Сбежим в другой день. Когда-нибудь потом. Сегодня я занята.

С трудом мне удалось сдержать натиск Фыркающего владыки и преодолеть досадное препятствие на своем пути. Но стоило сделать всего несколько шагов, как за спиной прозвучало:

– Поговаривают, что пташка воскресла. Феникс спустился в Демоническое царство и стал там Верховным владыкой. Его власть безгранична и подобна деспотии. Вы же не собрались в такой неоднозначный момент наведаться в Демоническое царство, чтобы повидать Феникса, путаясь у всех под ногами?

Я остановилась, пронзенная мыслью, что моя тайна раскрыта.

– Красавица! Не советую туда ходить. Наша пташка уже не та, что прежде. У Феникса и раньше характер был не подарок. Такой спесивый, что хотелось придушить. Но теперь дело не только в гордыне… Думаете, легко подчинить себе правителей десяти городов-судилищ владыки Янь? Эта хищная птичка ни перед чем не остановится, чтобы взлететь повыше. На днях Феникс устроил в Демоническом царстве кровавую баню, огнем и мечом искоренил инакомыслие, всех несогласных сжег дотла. Теперь никто не смеет бросить ему вызов. Правители десяти городов почтительно величают его Верховным владыкой. А ведь Сюй Фэн погиб от твоего клинка. Увидит тебя и…

Я прикусила губу:

– Просто хочу посмотреть на него. Хотя бы издали…

Фыркающий владыка окинул меня пристальным взглядом, в котором мелькнуло сочувствие:

– Неужели тебя тянет к нему красная нить, что повязана по ошибке?

Я застыла, тогда как сердце откликнулось мучительной болью. Снова проклятье склоненной головы заявило о себе? Я увернулась от Фыркающего владыки, который продолжал молоть вздор, вскочила на благовещее облако и улетела.

Добравшись до реки Забвения, я заплатила лодочнику и попросила доставить меня на противоположный берег. Едва взошла на борт, как зверь сновидений резво вскочил следом. Вдруг лодка пошатнулась, и кто-то захихикал:

– Уважаемый, захватите и меня!

Поняв, что это Фыркающий владыка увязался за мной, я помрачнела. Проницательный лодочник догадался, что такая компания мне в тягость, и ответил:

– Господин, моя лодка слишком мала. Опасно ее перегружать.

Фыркающий владыка насупился и сурово спросил:

– Уважаемый хочет намекнуть, что я слишком толст?

Забурлив от возмущения, Фыркающий владыка забрался в лодку и кинулся к старику, выставив вперед руки и выпятив живот:

– Пощупайте эти мощные мышцы и твердый пресс. Разве ж я грузен? Очевидно, вы решили меня унизить, чтобы растоптать мою хрупкую гордость красавца. Но я не стану сводить с вами счеты, если вы переправите меня через реку. Полагаю, плата не понадобится.

Я неожиданно вспомнила небесного маршала Тянь Пэна [69] с его коронным приемом: валить с больной головы на здоровую. Где Фыркающий владыка этому научился?

Старый лодочник так перепугался, что в полной растерянности переправил меня, зверя сновидений и Фыркающего владыку через реку, прямо ко входу в Демоническое царство. Я печально вздохнула. Сначала за мной хвостом увязался Зверек, а теперь к нему присоединился Фыркающий владыка. Как же быть?

Оба незваных спутника сразу бросались в глаза. В звере сновидений, покрытом пятнами в виде цветов сливы, сразу можно было признать выходца из Небесного царства. О Фыркающем владыке и говорить не стоило. Вряд ли на свете сыскался бы кто-то еще, разодетый во все зеленое – от головного платка до кончиков туфель.

Я загрустила. Но тут Фыркающий владыка в мгновение ока превратился в обворожительную демоницу, а зверя сновидений обратил в псину, покрытую коростой. Поглядев на свое отражение в луже, Зверек перепугался и не на шутку обиделся. Я же нащупала в кармане кроличьи уши из Демонического царства. Они обладали колдовской силой и были способны скрыть мою принадлежность к миру небожителей. Надев уши, я приняла облик кролика. При виде моего преображения зверь сновидений успокоился, решив, что мы квиты, и его глаза снова заблестели.

Решив, что дальше каждый сам за себя, я призвала темную тучу и полетела низко над землей. Фыркающий владыка только и успел прокричать мне в спину:

– Погодите, красавица, вы хоть знаете, где его искать?

Феникс отдыхал на ветвях платана, питался ростками бамбука и пил родниковую воду. Я прислуживала ему сотню лет и прекрасно знала, насколько он привередлив. А значит, птичку следовало искать там, где бьет самый чистый родник, растет самый раскидистый платан и цветет скучный бальзамин-недотрога [70].

Запах воды, цветов и роскошной древесной листвы привел меня к великолепной резиденции с огромной табличкой на воротах. Еще издалека я разглядела, что на табличке не значилось ни слова. У ворот толпились разномастные демоны самых причудливых оттенков и форм. Вдруг какой-то демоненок, подпрыгнув, прокричал:

– Скоро полдень! Вот-вот явится Верховный владыка!

Демоны, заполонившие дорогу, застыли на месте. А затем – сознательно или непроизвольно – расступились в стороны с благоговейным трепетом. Я в растерянности замешкалась. Толпа же вмиг рассеялась, и посреди только что запруженной дороги остался сидеть одинокий кролик. Тут очень кстати подоспел запыхавшийся Фыркающий владыка. Изогнувшись, он подхватил меня, сунул за пазуху и затесался в толпу демонов, теснившихся у обочины. Едва мы скрылись в толпе, раздался скрип ворот, и мой спаситель пробормотал:

– Повезло! Вовремя нагнал вас!

Я выглянула из-за пазухи Фыркающего владыки и увидела, как из ворот вышли пышнотелые демоницы с узкой талией. В руках они несли золотые чаши. Выстроившись в две шеренги, по четырнадцать демониц в каждой, они следовали друг за другом, как рыбы в косяке. Нечисть на обочине истекала слюной, глядя на них. Затем из ворот показались два ряда демонов, чей облик резко выделялся на фоне демониц. Это были истинные исчадия Преисподней: демоны с бычьими головами и телами змей, омерзительные до невозможности – настоящая вершина уродства. Я сразу признала ракшасов, самых свирепых на свете демонов, безобразных в мужском обличье и обворожительных – в женском, одинаково любящих пожирать человеческую плоть. Выходит, во главе процессии шествовали ракшасы.

Внезапно перед глазами потемнело. С неба спустилась черная туча, сверкающая золотыми искрами, которая дерзко заслонила полуденное солнце. Из мрака донеслось громыхание колесницы. Мое сердце заколотилось так, что казалось, вот-вот выскочит из горла.

За ракшасами стремительно выехала огромная черная колесница, запряженная четверкой гигантских клыкастых чудищ. Колеса из черного дерева катились по земле, издавая зловещий грохот, подобный громовым раскатам. Там, где проезжал экипаж, рассеивалась мгла и содрогалась земля.

Кроваво-красные занавеси плавно колыхались, за ними неясно виднелась мужская фигура. В колеснице полулежал мужчина в черно-красных одеждах, с точеным лицом и холодным взором, столь пронзительным, что на него невозможно было смотреть в упор. Подле него почтительно стоял на коленях павший ниц правитель Шестого города Бяньчэн, по-видимому, отчитываясь о делах.

Все вокруг благоговейно склонили головы. Похоже, подобные выезды были здесь в порядке вещей: ракшасы вышагивали во главе процессии, чудовища тянули колесницу, а Шестой правитель, смиренно опустив голову, докладывал о делах.

Я посмотрела на мужчину. И тут мое сердце, которое яростно билось в груди, вдруг остановилось. Словно испугалось, что даже самый тихий удар может привлечь к себе его внимание и выдать меня. Я любовалась миндалевидными глазами Феникса, и меня одолело странное желание, которое никак нельзя было назвать разумным. Мне захотелось, чтобы он обернулся и взглянул на меня. Хотя бы раз.

Я вспомнила, что Феникса называли непревзойденным красавцем всех шести царств. Прежде я этого не замечала, но сегодня неожиданно поняла, что он и в самом деле непостижимо прекрасен и являет собой само совершенство.

Но ведь мне стоило бы его ненавидеть. Люто ненавидеть, считать самым безобразным и гадким на свете, разве нет? Его родители погубили мою мать, он убил моего отца, а перед смертью наложил на меня проклятие. Верно, я должна его ненавидеть, скрежетать зубами от гнева, в ярости бить себя в грудь и топать ногами, на дух его не переносить.