Дрю Карпишин – Правило двух (страница 32)

— Ты знала наш план во всех подробностях, — не отступалась Синдра. — Кто, если не ты?

— Вам с Пааком как-то удалось выжить, — заметила Занна. Невысказанное обвинение повисло в воздухе, а гостья тем временем продолжала прощупывать Хеттона.

Сила старика не казалась дикой и необузданной, как у необученных самородков. Неужели у Хеттона когда-то был наставник? Может, какой-то адепт Силы обучил его премудростям темной стороны, а потом бросил и пошел за Кааном? Или же есть другая разгадка?

— Я не предатель! — заорала синекожая девушка.

— Тише, Синдра, — не без злорадства осадил ее Хеттон. Его явно позабавил такой внезапный приступ ярости. — Валорума сопровождал рыцарь-джедай. Ваша затея с самого начала была обречена на провал. А если бы она увенчалась успехом, — он перешел на тихий угрожающий шепот, — вы все равно бы навлекли на нас гнев великих домов. Чем вы думали?! — вдруг рявкнул он, да так, что Паак и Синдра подскочили от неожиданности. Занна почувствовала, как потрескивает воздух, — сухопарый старик воззвал к Силе, и к нему потекла энергия темной стороны. Аристократ и впрямь обладал немалым могуществом, но ученица ситха сразу поняла, что он ей не ровня.

— Хеттон, не надо! — крикнул Паак, почувствовав опасность. — Мы кое-что принесли.

Он помахал над головой мечом Занны — чтобы аристократ точно увидел. Отреагировал тот моментально: накопленная было Сила развеялась, а сам Хеттон замер, уставившись на рукоять. Через мгновение он взял себя в руки и сел обратно, дав знак часовому принести сокровище.

Когда ему вручили меч, старик целую минуту внимательно изучал оружие, а потом почтительно положил себе на колени.

— Где ты это нашел? — несмотря на мягкий тон, в голосе Хеттона проскользнула угрожающая нотка.

— У нее, — ответил Паак. — Не признается, где взяла.

— Да неужели? — пробормотал аристократ, выстукивая пальцами дробь на рукояти меча. Теперь он разглядывал Занну с живым интересом. — Мне было бы очень любопытно узнать, как она раздобыла такой экземпляр.

— Дайте нам пять минут наедине, она у меня заговорит, — посулила Синдра.

Занна решила, что игра затянулась. Ей было нетрудно призвать меч Силой в скованные ладони, но у нее было и другое оружие…

— Сила проявляется по-разному, — изрек Дарт Бейн. — У каждого есть сильные и слабые стороны: к чему-то обнаружится талант, а что-то окажется труднее.

Двенадцатилетняя Занна кивнула. За несколько месяцев до того Бейн вытащил из голокрона Фридона Надда новую порцию сведений. Учитель не рассказал ей, что именно обнаружил, но вскоре ввел в тренировки новый элемент. Раз в два или три дня он прогонял ее через череду суровых испытаний, проверяя способности ученицы к самым разным проявлениям Силы.

До сегодняшнего дня он отказывался обсуждать с ней результаты своих опытов. Занна уже начала бояться, что с чем-то не справилась.

— Некоторым дана грубая, стихийная мощь. Они могут обрушить с кончиков пальцев шквал молний, могут одной мыслью сдвинуть горы. Другим легче даются тонкие материи. Тогда они влияют на разумы друзей и врагов, осваивают искусство убеждения или боевую медитацию.

Бейн замолчал и смерил ученицу долгим взглядом, словно раздумывая, стоит ли продолжать.

— Лишь у немногих встречается природная склонность к самой темной стороне. Они умеют погружаться в глубины Силы и взывать к самым сокровенным началам, сминая и искажая ткань мироздания. Им подвластны древние ритуалы ситхов, кошмарные заклятия и темное колдовство.

— Это и есть мой дар? — еле сдерживая восторг, спросила Занна. — Я колдунья?

— Задатки у тебя есть, — признал наставник. Он достал из-под плаща тонкий манускрипт в кожаном переплете. — В глубинах голокрона я обнаружил список могучих заклятий и переписал их в эту книгу. Они помогут тебе направлять Силу с максимальной пользой… но только если ты их тщательно изучишь.

— Обязательно, учитель, — пообещала Занна и с сияющими глазами выхватила гримуар у него из рук.

— Премудростям колдовства я смогу научить тебя лишь до определенного предела, — предупредил ее Бейн. — Мой дар не в этом. Чтобы раскрыть свой талант, тебе придется многое узнать и выучить самой. Это будет… опасно.

Одна лишь мысль о том, чтобы изучать зловещие тайны ситхов-колдунов, приводила Занну в ужас. Но слишком велико было искушение — обрести могущество, которого не понимает даже наставник!

— Я не разочарую вас, учитель, — поклялась она, крепко прижав фолиант к груди.

— А если ты когда-нибудь обратишь свои заклинания против меня, — напоследок предостерег ее Бейн, — я тебя растопчу.

Занна стряхнула с локтя руку Синдры и подняла скованные ладони. Соткав пальцами в воздухе замысловатый узор, ученица ситха призвала Силу и нырнула в глубины разума своей соперницы, чтобы найти там самые потаенные первобытные страхи. В дебрях ее подсознания был погребен безымянный ужас — там скрывались те мерзкие порождения кошмаров, которым не дано увидеть дневной свет. С помощью колдовства ситхов Занна находила эти образы и вдыхала в них жизнь.

На все ушло меньше секунды. За это время Синдра успела выхватить оружие, но вместо того, чтобы наставить бластер на Занну, вдруг завопила и принялась лихорадочно палить в воздух — по незримым для всех чудовищам, порожденным ее же разумом.

Чем дольше тянулось заклинание, тем ярче и ужаснее становились наваждения, но Занна не собиралась останавливаться. Синдра завизжала и бросила бластер на пол. Она исступленно трясла головой, пыталась закрыть лицо руками и все кричала: «Нет!» Потом синекожая девица рухнула на пол, всхлипывая и обливаясь слезами. Она свернулась клубочком, не переставая бормотать: «Нет, нет, нет…»

Все, кто был в зале, с ужасом и изумлением таращились на ополоумевшую. Некоторые стражники отступили подальше — боялись, что тоже заразятся ее помешательством.

Занна могла закончить пытку, развеяв иллюзию. Тогда Синдра сразу потеряла бы сознание, а очнулась бы лишь пару часов спустя, только в самых общих чертах помня о случившемся. Разум всегда инстинктивно отгораживался от таких образов. Впрочем, можно было и усилить иллюзию — довести жертву до грани безумия и толкнуть за черту. В этот миг перед глазами встал непрошеный образ: синекожая красавица в жарких объятиях Кела. Занна не стерпела.

Жуткие крики Синдры перешли в звериный вой — чудовищные видения растерзали ее рассудок в клочья. Она принялась скрести и раздирать себе лицо, пока наконец не выцарапала глаза. По щекам полилась кровь, но даже слепота не могла спасти девицу от кошмаров, пробирающихся к ней через осколки разума.

Вскоре вой прекратился: тело задергалось в припадке, изо рта потекла пена, а руки и ноги судорожно забились по полу. Издав последний душераздирающий крик, Синдра обмякла и затихла. Ее сознание было полностью уничтожено — осталась лишь пустая оболочка.

Тело вздрогнуло, и Занна поняла, что где-то в самом глубоком уголке подсознания до сих пор заходится в безмолвном вопле бледная тень Синдры, навек оставшаяся наедине с кошмарами в темнице собственного разума.

Жуткую кровавую сцену видели все, но только Занна могла рассказать им, что же случилось на самом деле. Впрочем, даже она толком не знала, что именно видят ее жертвы. Судя по их реакции, лучше было даже не гадать. Ученица ситха хладнокровно осмотрела тело Синдры, которое все еще подергивалось на полу, потом подняла взгляд и увидела, что Хеттон внимательно за ней наблюдает.

В этот миг Занне пришлось повернуться на голос: Паак орал на нее через весь зал.

— Это все ты! — Здоровяк наставил на нее палец. — Остановите ее, а то она всех нас перебьет!

Несколько стражников шагнули к пленнице, но Хеттон покачал головой, и они застыли.

— Она жива, — объявила Занна. — Хотя последние ошметки ее разума явно умоляют о смерти.

Человека на грани истерики такой ответ почему-то не успокоил. Паак достал из голенища короткий виброклинок и с воплем бросился на Занну.

Заклинание, которое она обрушила на Синдру, было мощным, но отняло много сил. Ученица ситха не знала, успеет ли колдовство подействовать на Паака раньше, чем он пронзит ее клинком. Поэтому она решила обойтись традиционными средствами.

Вытянув скованные руки вперед, Занна притянула меч с коленей Хеттона. Рукоять пролетела через зал и прыгнула в подставленную ладонь. Как только зажглись лезвия, она мимолетным усилием мысли расстегнула наручники.

Паак бежал к ней, собираясь пронзить беспомощную пленницу, — и к встрече с вооруженным противником он оказался не готов. Она могла бы убить его одним ударом, но тут заметила, что Хеттон все так же неподвижно сидит на троне, наблюдая за боем. Занна решила устроить ему представление.

Вместо того чтобы сразу снести незадачливому противнику голову, девушка принялась играть с добычей. Она крутила световым мечом, выписывая лезвиями хитрые завораживающие узоры, и без труда отводила неуклюжие выпады. Паак привык к банальным потасовкам, где нужна гора мышц, и никакого умения, — отбиваться от него было просто смешно. Здоровяк бросался на нее три раза — рубил, махал виброклинком, пытался сбить с ног. Каждый раз она ловко отступала в сторону и отклоняла его оружие. Поединок превратился в танец, причем Занна явно вела.

После трех неудачных атак громила с досадой отшвырнул виброклинок и подобрал с пола бластер Синдры. Он прицелился и дважды выстрелил почти в упор, но Занна даже глазом не моргнула.