Дора Коуст – Гувернантка для чешуйчатой прелести. Переполох в драконьем поместье (страница 29)

– Вы тоже поучаствовали в пополнении его кошелька? – поинтересовалась я насмешливо.

– Конечно. Но о том, чтобы вот так просто подойти и познакомиться с генералом, речи, конечно же, не шло. Наше воспитание не позволяло нам даже взглянуть на него, а потому мы с подругами рассматривали его украдкой сквозь отражение в витрине. Я тогда сразу поняла, что он моя судьба. А еще заметила то, чего не успел заметить никто, кроме меня.

– И что это было? – полюбопытствовала я, пригубливая отвар.

– От раздражения на такое пристальное внимание к его персоне у него на шее на миг появились черные чешуйки. Он был драконом от рождения, и я сыграла именно на этом. – На тонких губах появилась коварная улыбка. – В их крови всегда горит огонь, целое бушующее пламя, но они не только охотники по натуре, но и защитники, а значит, никогда не пройдут мимо того, кому нужна помощь. Это и есть их слабое место.

– Да вы стратег, – восхитилась я и мысленно сделала пометку всегда и везде относиться к этой леди настороженно.

Если она с собственным мужем такое провернула, то я боялась представить, на что еще она была способна.

Словно подслушав мои мысли, мать генерала вдруг произнесла:

– Мне бы искренне хотелось, чтобы мой сын был счастлив. Я хочу, чтобы он снова женился.

Я удивленно вскинула брови, но больше своего недоумения никак не показала.

– Не очень понимаю, почему вы говорите об этом мне, – парировала, отгородившись чашкой.

Моя защита не представляла из себя ничего существенного, но большего я не имела. Однако внимать моим намекам леди не стала, попросту их проигнорировав.

– Ты мне нравишься, Алария. Ты умна, не распущенна, в отличие от подобных тебе… леди, – с намеком подчеркнуто выплюнула она это слово. – Тебя не тяготит Сабира, а еще у тебя есть характер. Стержень, который никогда не позволит тебе сломаться, какие бы обстоятельства ни сложились в твоей жизни.

– Спасибо, конечно, но…

– Я еще не закончила, – мягко прервали меня. – Будем честны: ты обладаешь тем самым благородством, когда в случае незаладившихся отношений леди уходят, прихватив с собой только смену белья, а не родовые украшения и столовое серебро. На данный момент ты самая выгодная партия для моего сына, и ты ему нравишься – это очевидно. При этом твои моральные качества позволяют тебе слегка сменить установленный в обществе порядок заключения брачных союзов. Никому не будет дела до того, являлась ли ты любовницей моего сына до вашей свадьбы, если затем ты станешь полноправной герцогиней Трудо.

– А если не получится? – полюбопытствовала я со злой усмешкой.

Просто полюбопытствовала, потому что мне было интересно, как леди Волдерт видела свою идею. Теперь я понимала, почему няни сбегали из этого дома. Не сошлись характерами с хозяйкой – самое краткое объяснение происходящего.

– За попытку я готова отписывать тебе ежемесячное содержание до конца твоей жизни. И можешь не переживать. После моей смерти это продолжит делать контора, с которой я работаю вот уже много лет. Но именно что за попытку, – особо подчеркнула она голосом последнее слово. – В том случае, если ты станешь любовницей, а женой при этом не получится.

Сказать, что я опешила, – это не сказать ровным счетом ничего. Я даже подходящих слов подобрать не смогла. На язык так и цеплялись ругательства, знать которые воспитанной леди просто не положено.

Пригубив еще отвара, чтобы дать себе лишние секунды, я отставила чашку вместе с блюдцем на стол и поднялась, освобождая стул с мягкой бархатной подушечкой.

– Извините, леди Волдерт, – отчеканила я холодно, хотя и пыталась смягчить свою речь. – Но я никогда не смешиваю работу и личное. Это попросту непрофессионально.

– Глупо отказываться от шанса на счастье из-за нелепых предрассудков, – возразила мать генерала.

Я же предпочла промолчать. Свой побег к Сабире во имя гордости пришлось назвать стратегическим отступлением.

Продолжать этот разговор и дальше я просто не видела смысла.

Мне понравились и парк, и сад, расположенные на территории поместья. Каждая деталь здесь была продумана с любовью, так гармонично сочеталось все между собой.

Так, например, я увидела аллею со статуями драконов в полный рост. Серый камень отдавал холодом, а в подставки под ящерами вмонтировали таблички с именами мужчин рода Волдерт.

Из поражающего воображение нам также попался фонтан, сделанный по образу василиска. Страхолюдь впечатляла во все свои четыре метра высотой. Тело этой штуковины походило на обычную змею, а вот лапы, голова и крылья принадлежали петуху.

Увидишь такую раз в ночи – и можно писать завещание. Если, конечно, в камень не превратишься, как о том рассказывали мифы.

Мне понравилось буквально все, что я успела увидеть. Парковая аллея для прогулок, окруженная пихтами с обеих сторон. Фигурно остриженные кусты и великолепно оформленные клумбы. Каждый уголок этого поместья зеленелся, цвел, пах и радовал глаз. Но больше всего нам, конечно, пришлись по душе качели, на которые вредная леди бабушка не желала нас отпускать. Но я сделала вид, что я глухая и никак не могу догнать девочку, а Сабира, в свою очередь, со всех ног бежала в правильном направлении.

Правда, покачаться мне так и не удалось. Зато маленькая леди налеталась вдоволь, а вместе с ней все ее дракошики, облепившие девчушку для пущей безопасности. Только почему-то было непонятно, кто за кого держался. Кажется, хвостатых даже немного укачало с непривычки.

А затем мы нашли в кустах кису. Рыжий толстяк был искренне возмущен тем, что его не только нашли, но и попытались отодрать от ветки, в которую он вцепился всеми лапами. Однако этот номер не прошел. Киса была выдернута со своего насеста, обработана мною заклинанием от блох и прочей нечисти и передана счастливому ребенку.

Кот однозначно пожалел о том, что выбрал сегодня эти кусты. Он был залюблен до потери памяти, закормлен досыта кусочками рыбки, которая осталась с завтрака, а после его запеленали, чтобы спать. Причем спать полагалось в красивой миниатюрной коляске, куда затем поочередно уложили всех драконов, бережно завернутых в тряпочки.

Компании, прямо скажем, оказалось тесно рядом друг с другом, но они не протестовали. Вообще не произносили ни звука, от греха подальше. Потому что в арсенале у Сабиры также имелись пустышки.

И ладно кот: судя по его обреченно смирившемуся взгляду, он в своей жизни и не такое видел, а вот драконов было по-настоящему жалко. Так над ними наверняка еще никогда не издевались.

Пришлось спасать. А так как просто отобрать у ребенка игрушку и не поплатиться за это нельзя, я нашла чем заинтересовать малышку.

Рано утром, еще на рассвете, шел проливной дождь, после которого кое-где на дорожках образовались неглубокие лужи. Причем многие из них уже успели подсохнуть, но нас интересовала самая большая, расположенная недалеко от травы.

Разув малышку, я разулась и сама. Пользовалась тем, что леди бабушка читала под зонтиком и пока не видела устраиваемого мною беспредела.

Глаза у драконов полезли на их же шершавые лбы. Даже кот смотрел на меня как на самоубийцу.

– Зато нам будет весело, – парировала я и показала им язык.

Сабира не преминула повторить за мной, и вскоре я уже пыталась отучить ее показывать язык. Вот бы она так же легко разговаривать научилась!

Однако через несколько минут новое знание было позабыто. Девочке понравилось мочить ноги в луже. И бегать по ней. И прыгать, брызгаясь во все стороны. И это у нее подол платья был высоким. Я же приняла на себя весь буйствующий океан несмотря на то, что слегка приподнимала юбки.

А еще мы рассматривали дождевых червей. И даже палочкой в них слегка тыкали, чтобы убедиться, что они точно живые. Если бы нас сейчас увидел месье Фолотье, то его однозначно хватил бы удар.

Впрочем, помянешь демона, он тут же явится.

Выпрямившись в очередной раз, чтобы привычно оглядеться по сторонам, я уловила движение в одном из окон поместья. Нашла его без промаха, рассматривая не в упор, а искоса, и даже не была удивлена, осознав, что управляющий все это время за нами подсматривал.

Причем подсматривал в бинокль, который четко угадывался в его руках. В том, что он доложит хозяину о непотребстве, об этой вопиющей ситуации, я вот вообще не сомневалась.

Однако не была готова к тому, что встретиться с герцогом Трудо мне предстояло прямо сейчас. Не знала, что он в этот час находился в поместье. Предполагала, что уже отправился в академию, или в крепости, или во дворец, в конце концов. Да и мало ли у него дел?

Много. Очень много дел, которыми сегодня он отчего-то решил заниматься дома, в своем кабинете, куда и вызвал меня через стражника. Знакомый мне дракон пришел за мной с широченной улыбкой, но, наткнувшись на внимательный посмурневший взгляд леди Волдерт, быстро вернулся с небес на землю.

– Мне велено сопроводить леди Харфурд в кабинет Его Светлейшества, – отчитался он, прежде раскланявшись по всем правилам.

Сделав короткий книксен перед леди, я оставила на нее Сабиру и…

Пошла получать нагоняй за счастливое детство. На помощь к леди мне наперерез уже спешили служанки.

Создавалось острое впечатление, что меня ссылали на каторгу. Почему-то, пока шла до кабинета герцога, ощущала вокруг себя именно такую атмосферу. Даже весельчак-стражник присмирел, хотя перед самой дверью и осмелился тихо спросить у меня, понравились ли мне цветы.