Дора Коуст – Гувернантка для чешуйчатой прелести. Переполох в драконьем поместье (страница 28)

– Так что сказала лягушка, леди Сабира?

– Ква, – повторила девочка и скорее перевернула страницу, посчитав, что мы и так на ней задержались слишком долго.

Я ободряюще улыбнулась герцогу, встретившись с его внимательным взглядом, а малышка уже привстала, опершись на руку отца. Дорогу осилит идущий – это правило касалось всего на свете в жизни.

В том числе и воспитания маленьких детей.

Поумиляться со стороны почти идеальной картине у меня получилось недолго. Старалась не мешать этим двоим, пока они рассматривали иллюстрации к произведению, но Сабира все чаще зевала и клевала носом, поэтому вскоре мне пришлось подложить ей под голову подушку, а дракону пересесть так, чтобы девочка видела страницы из положения лежа. Но даже тогда она стойко сопротивлялась сну, однако он ее все же сморил.

И вот тогда-то встал насущный вопрос.

– Вы идете? – тихо поинтересовался герцог, освобождая кресло.

Дочитав до точки, он закрыл книгу и мимолетно взглянул на спящую дочь, но мне и этой секунды хватило, чтобы понять, как сильно он ее любит. Этот взор было не перепутать ни с чем. На меня так всегда смотрел папа.

– Я… Я еще немного посижу здесь, – ответила я, растерявшись.

У меня не было даже минуты на то, чтобы обдумать свой ответ, но первой реакцией на такой простой вопрос отчего-то явился страх. Я испугалась выйти вместе с драконом в гостиную, и рационального объяснения этому не нашла.

Не станет же он ругаться на меня за самоуправство? Нет, меня точно волновало не это, но тогда что?

Так и не отыскав ответ на этот вопрос, я и правда еще немного посидела в кресле. Убедившись, что малышка крепко заснула, а ее защитники бдят в четыре хвоста, отправилась к себе, чтобы привести себя в порядок. Прохладная вода остудила голову, но, прежде чем лечь спать, у меня еще имелись дела.

Открыв шкатулку, на которую сегодня активно покушались целых четыре раза, я вытащила из нее крохотный белый носочек с кружевной оборкой и два письма. Магический импульс горел неровным светом – слишком устала за этот долгий день, но его сияния хватало, чтобы я прочла оба послания.

Тексты мало чем отличались. Обе подруги писали, что у них все относительно хорошо, что они за меня безгранично рады и немножко завидуют и что король во дворце отсутствует.

Прочитав последнюю строчку, я подняла глаза к потолку и с облегчением выдохнула. О том, что Его Величество раз в месяц на целую неделю уединяется в горах, я слышала из разных источников, но никогда не акцентировала на этом свое внимание.

А зря.

Эта новость стала лучшей за последнее время. Как оказалось, он улетел следующим же утром после бала, а потому придворные вели ленивый образ жизни.

Но не все.

Вейоле и Беране, например, скучать не приходилось. Их снова отправили трудиться в крыло к королевским воспитанникам, а к дочерям Его Величества приставили вернувшуюся Августу. Слухи о скандале с участием этой змеюки уже облетели весь свет, и только я узнала о них в последнюю очередь.

И пожалела о том, что не видела произошедшее лично. Не злорадствовала, нет. Нельзя смеяться над убогими и обделенными умом. Но посмотреть хотелось очень.

Не иначе как это была расплата за всех тех воспитанниц Академии благородных девиц, которые пострадали из-за Африль. Назвать ее леди после произошедшего у меня язык не поворачивался.

И как после подобного ей разрешили остаться при дворе? Даже самые разнузданные фаворитки короля не позволяли себе такого поведения открыто. Как леди, не обделенные мозгами, они умели не попадаться на своих нескромных шалостях.

Убедившись, что сегодня ко мне в окно никто не вознамерился залезть, я магией оживила начавший подсыхать букет, поставила его в воду в пустующую прежде вазу и замерла с ней у подоконника. В ночном небе с проблеском светлых облаков под светом яркой луны где-то вдалеке летали драконы. А может, то были просто птицы, но их темные силуэты двигались красиво и целеустремленно.

Заперев окно на всякий случай, я забралась под прохладное одеяло. В первую ночь мне было не до того, но сейчас, следуя правилам ритуала, я повернулась сначала на левый бок, затем на правый, а потом шепотом проговорила:

– Сон идет на новом месте: ты жених, а я невеста.

Старая традиция не имела ничего общего с реальностью. Да и никакого жениха в моих планах, конечно, не было.

Ну а вдруг? Знать, что он точно когда-нибудь будет, – это ведь хорошо, не правда ли?

***

– Леди Сабира, прошу вас, смотрите под ноги! – слегка повысила я голос, с улыбкой наблюдая за тем, как девчушка бегает по траве за своими драконами.

В отличие от нас, она уже позавтракала кашей и теперь наслаждалась теплым утром на обособленном участке парка. Неуемная натура малышки часто вела ее к приключениям, а потому леди Волдерт была вынуждена заказать не слишком высокую ограду, которая не только вписалась бы в общий антураж парка, но и стала бы достойным препятствием на пути у юной леди.

Наслаждаясь чудесной погодой, мы с матушкой генерала пили за столом терпкий отвар, от которого неожиданно пахло карамелью и грушами. Утро казалось особенно приветливым, а потому совершенно не хотелось прятаться под зонтиком. Проворные лучики солнца я ловила на дне почти опустевшей чашки.

– Какая красивая голубая бабочка, – совсем не наигранно восхитилась я, заметив нового невольного участника игры.

Охота на зеленой полянке закипела в разы сильнее. Но умные дракошки не давали Сабире навредить крылатой, а маячили перед девочкой, отвлекая ее внимание на себя.

Маленьких детей было так легко переключить. Конечно, если на это имелись моральные и физические силы.

Леди Волдерт будто из воздуха достала очередной любовный роман. Я даже подозревала, что в ее платье существовали потайные карманы, в недрах которых была запрятана целая библиотека.

Вооружившись пенсне, женщина заметила мой интерес и с подозрением прищурилась.

– Увлекаетесь?

Понимая, что на этой почве мы точно не сойдемся, я честно покаялась:

– Увы, но у меня при всем желании не бывает времени на чтение. Пока училась в академии, я прочла два или три романа от силы. И то только потому, что леди тайно притаскивали их из города и передавали друг другу. До тех пор, пока книгу не отбирали преподаватели или кураторы. Да и не люблю я на самом деле. Эти истории далеки от реальности.

То, что мне не стоило произносить две последние фразы, я осознала тут же. На меня воззрились с ядреной смесью снисхождения и возмущения. Насколько я успела заметить, женщина страсть как любила романтические истории, и выражать свое противоположное мнение на этот счет мне просто не следовало.

– От какой такой реальности они далеки?! – голос родительницы генерала буквально звенел.

– От любой, – ответила, извиняясь примирительной улыбкой. – Это же сказки, леди Волдерт. Так просто не бывает в жизни. Не бывает, чтобы он влюблялся с первого взгляда, а она млела в его объятиях, забывая о чести, долге, воспитании и семье. Да так, что ей за это потом ничего не было, а он на ней еще и женился.

Выслушав всю мою тираду, леди Волдерт громко расхохоталась, невольно привлекая внимание своей внучки и ее драконов-защитников. Вся веселая компания тут же забастовала и затребовала печенья. Причем отдать им на откуп следовало сразу все блюдо, а иначе они не гарантировали хорошего поведения.

Это у них на умилительных наглых мордочках было написано.

– Как же ты юна, моя дорогая, – озарили меня веселой улыбкой, без боя передавая печенье хвостатым. – Каждая история – это чей-то опыт. Да, иногда слегка приукрашенный для острого словца. Но именно та часть сюжета, которая кажется тебе выдуманной, непременно случилась в реальности. Не веришь?

– Да не то чтобы… – попробовала я дипломатично увильнуть.

Но это не сработало.

– Тогда, пожалуй, расскажу тебе одну историю. Значит, дело было так…

Противиться сему действу я не видела смысла. Все, что от меня требовалось, – это слушать и внимательно следить за Сабирой, чем я и занималась. Однако услышанная мною история все же заинтересовала меня.

Хотя бы тем, что в ней графская дочь – юная леди восемнадцати лет от роду – сбежала от дуэньи и подстроила собственное попадание в охотничью ловушку. Причем в том месте в лесу, где проводил учения отряд приглянувшегося ей военачальника, недавно прибывшего в городок при гарнизоне. Он, кстати, тоже был непрост и имел целый маркизат за спиной в перспективе.

Попав в сети, в метрах от земли девушка провисела недолго. Заприметив отряд, начала кричать и звать на помощь и вскоре была освобождена своим спасителем. Длительная обратная дорога позволила им познакомиться ближе, а когда леди все же была доставлена в дом к родителям, молодой генерал получил приглашение на ужин, который преподносился как благодарность.

То есть отказаться он не мог.

Тем же вечером девушка объявила его своим героем, а он, гуляя в ее компании по саду, безвозвратно влюбился в ее задорный смех и вскоре сделал предложение, от которого она не отказалась.

– Это очень романтичная история, леди Волдерт. Но какая бы дама из высшего света позволила себе подобное? – взывала я женщину к признанию.

К признанию, что эта история никогда не существовала в реальности. Однако признание вышло совсем иным.

– Я, – неожиданно ответила мать Дэйривза. – Этой юной дамой была я. Когда отец Дэя приехал в городок при гарнизоне, взглянуть на него сбежались леди со всех окрестностей. В доме, где он снял комнату на первую ночь, тогда располагалась кожгалантерейная лавка, и в тот день хозяин этой лавки сделал годовую выручку.