– Дея – наша лучшая сотрудница, – продолжал расхваливать меня босс таким тоном, что я бы сама поверила, если бы не знала, что позавчера эту «лучшую» чуть не турнули вон.
Дорогой клиент при этих словах окинул меня столь скептическим взглядом, что сразу стало ясно, о чем он думает: мол, если это лучшие, какие же тогда остальные…
Забегая вперед, скажу, что ни до, ни после мне не встречалось человека, способного так красноречиво молчать. Особый талант.
Я уж было подумала, что сейчас этот нахал потребует себе другого сотрудника, но нет, он кивнул и произнес не без понятной только мне иронии: «Приятно познакомиться».
– Мне тоже, Феликс Александрович, – вспомнила я имя потенциального клиента из переписки с шефом.
– Лик, – сразу поправил меня он, – можете обращаться ко мне так.
И вроде бы нос не морщил, недовольства не высказывал, а в одночасье стало ясно, что всяких Феликсов, тем более Александровичей, он в моем исполнении не потерпит. Ну, мы люди подневольные, клиентоориентированные, так что нам, в целом, без разницы. Лик так Лик. Странно, конечно, но ему подходит.
Дальше пошла обычная деловая часть переговоров. Продаем мы станки, разные к ним запчасти и комплектующие. Это вам вряд ли будет интересно. Тем более что моя роль в этом действе сводилась к разного рода уточнениям, небольшим консультациям и звонкам нужным специалистам для ответа на интересующие Лика вопросы, другими словами, к функциям ходячего и говорящего справочника. А помимо всего вышеперечисленного, я, разумеется, исподтишка наблюдала за новым знакомым, и чем дальше, тем больше он меня удивлял.
Во-первых, задавал очень правильные вопросы. А во-вторых, был чрезвычайно в себе уверен. Речь не о демонстрации собственной крутизны и давлении авторитетом. Я говорю о той внутренней уверенности, которая действительно заставляет с собой считаться. Он был спокоен и чужд суетливых навязчивых движений: ничего не крутил в руках, не почесывал щеки или кончик носа, не качал ногой.
В какой-то момент я даже начала испытывать досаду: ну нельзя же быть таким идеальным, это против всяких правил.
– Ничего, Дея, – успокаивала я себя, – наверняка у него целая куча недостатков. Может, он маньяк, наркоман и вдобавок храпит во сне, как разъяренный медведь. А с другой стороны, какая разница? Проверять я все равно не собираюсь.
Убедив себя в последнем, я со спокойной душой досидела до конца рабочего дня и отправилась домой.
А ночью мне приснилось вот что.
Мы в космопорте. Нас человек двадцать. Все, включая меня, аспиранты одного и того же учебного заведения. Почти все уже в сборе, не хватает только Веды. Но она, если верить активной рассылке сообщений на мой комм-браслет, вот-вот должна подойти. До начала посадки всего полчаса, и я немного волнуюсь. Да что там я – все мы слегка нервничаем, все-таки не каждый день нас отправляют в качестве практикантов на другую планету, да еще такую удаленную. Лететь до нее предстоит больше двух месяцев. С двумя остановками и тремя пространственными переходами.
– Скорее бы уже, что ли… – зудит над ухом недовольный голос пухлого крепыша Рогги. Он уже весь извелся и капризничает, как маленький. Хочется на него прикрикнуть, но нам же с ним чертову уйму времени в замкнутом пространстве сидеть.
– Проверь лучше еще раз все документы, вдруг что, – советую я, и на какое-то время наш нетерпеливый коллега обезврежен.
– …зато Дея спокойна как дредноут, – слышится со стороны.
Я подмигиваю девчонкам. Ну да, спокойна… Я-то, в отличие от вас, понимаю, что сплю. Поэтому могу сколько угодно времени разглядывать огромное здание зала ожидания и регистраций с прозрачным куполом. И антигравитационные тележки, на которых лежит наш немаленький багаж, и своих коллег и приятелей, и… кстати… почему бы не последовать своему же совету? Любопытно же. Я лезу в небольшую нагрудную сумку и извлекаю из нее пару пластиковых карт – билет и паспорт. Все на имя Деи Рин-Стокк. Ага, вот так меня тут зовут, приятно познакомиться.
– Вот и я! – врезается мне в спину мой личный клубок жизнелюбия. Я с негодованием оборачиваюсь, чтобы увидеть подругу – ее короткие русые кудряшки в полнейшем беспорядке, щеки раскраснелись от бега, зато спортивный костюм – черный, с красными вставками – делает Веду похожей на атлетку, только что пробежавшую дистанцию. Мы почти все здесь одеты во что-то подобное – легкое, не стесняющее движений, самое то для начала межпланетного путешествия.
– Ты чуть не опоздала… – делаю я ей выговор.
– Но не опоздала же! – поводит плечами та. – Уже объявили, с какого сектора мы стартуем?
– Давно, – машет в сторону огромных дисплеев один из парней, – рейс один-два-семь —двадать восемь, судно «Флейт-17», сектор тринадцать.
– Бе, – скривилась подруга, – не люблю число тринадцать.
– Ну иди пожалуйся, – сердится Рогги, который к этому времени проверил и перепроверил все свои документы и теперь только ждет повода, чтобы выплеснуть скопившееся волнение.
Тут, по счастью, объявляют посадку, и мы, по очереди предъявляя документы и билеты, идем по переходу, грузимся на платформу и медленно летим на ней к нужному сектору. Там в ожидании нас застыла сверкающим параболоидом махина космического корабля. Он кажется мне гигантским, размером с дом. И этот дом вместе с нами сейчас ка-а-ак взлетит в межзвездное пространство!
Желание лететь куда бы то ни было резко пропадает. Если бы все происходило наяву, я бы тут же сдала билеты. А во сне отчего не рискнуть, правильно?
У входа на воздушное судно нас встречают две девушки и один молодой человек в синей форме гражданского космофлота. Девушки приветливо улыбаются, проверяют билеты и всех пересчитывают, их коллега сканирует багаж. Зачем, правда, непонятно: нас и так при регистрации всех перетрясли… но надо так надо.
Мы по очереди просачиваемся внутрь.
Изнутри корабль похож на лабиринт с гладкими металлическими стенами и таким же точно полом. Мы идем дальше и оказываемся в достаточно большом помещении – что-то вроде столовой и общей комнаты для отдыха и общения. Здесь нас встречает оставшаяся часть экипажа, вежливо, но внимательно разглядывающая тех, за кого им придется нести ответственность в ближайшие десять недель.
– Добрый день, – здороваюсь я.
И на этом слова мои заканчиваются, и батарейки в мозгах, кажется, тоже садятся. Я замираю на месте, усиленно пялясь на стоящего перед нами… капитана? Ни черта не понимаю в званиях.
Боже ж ты мой, как необычайно идет ему эта строгая темно-синяя форма! И короткая стрижка только подчеркивает выигрышные черты лица. А глаза… цепкие, но бесстрастные, с прохладцей. Они смотрят на нас, пассажиров, примерно с тем же выражением, с каким я разглядываю кипу документов, подкинутых шефом под конец рабочего дня.
– Лик? – не слишком уверенно спрашиваю я.
Он резко поворачивает голову в мою сторону, пристально всматривается какое-то время, но, кажется, не узнает. По крайней мере, интерес ко мне тут же теряет. А через минуту его хорошо поставленный голос разносится по залу:
– Добрый день, дамы и господа. Я, капитан Эйден Ли-Карт, приветствую вас на борту космического корабля «Флейт-17». Прошу вас проследовать за членами экипажа, они помогут вам разместиться и приготовиться к взлету.
На этом самом месте раздался звонок. Я разлепила глаза, чертыхаясь и не совсем понимая, на каком нахожусь свете. Зато прекрасно помня, что сегодня суббота и будильников я никаких не ставила.
Звонок не прекращался, поэтому пришлось нашарить рукой телефон и хрипло прокаркать туда: «Кто там?»
– Дея, доброе утро, это Лик.
«Так… собрались, Медея Сергеевна… ага… Лик, значит…»
Тут подгрузились кадры из недавно виденного сна, и еще не проснувшийся мозг подсунул мне следующий вопрос:
– Мы что, уже прилетели?
В трубке повисло молчание.
– Куда? – наконец спросил слегка сбитый с толка голос.
«А я откуда знаю, куда мы там летели? Интересный какой, сначала будит ни свет ни заря, а потом такие вещи спрашивает».
– Сюда, – ответила многозначительно. – Так что вы хотели?
– Мне нужна ваша помощь. И, боюсь, довольно срочно. Мы можем встретиться?
«Э-э-э… Ну, выбора-то у меня особо и нет… Черта Лысого, как говорится».
– Можем, – вздохнула я, – где и во сколько?
Местом встречи был избран ресторанчик японской кухни. Я, словно пионер, который всегда готов, явилась туда на пятнадцать минут раньше, выбрала столик у окошка, заказала зеленый чай и принялась ждать. Конечно, мысли тут же попытались снова уйти совершенно не туда и нашептывали: «А вдруг он решил пригласить тебя на свидание?»
«Ага, пал жертвой моего феноменального знания каталогов, конечно, – не поддавалась я пустым мечтам. – Больше-то брать нечем. Нет, думать так непродуктивно и вовсе опасно. Лучше будем надеяться, что он не выставит мне счет из химчистки».
Лик объявился ровно в назначенное время. Просто возник рядом с моим столиком, когда я задумчиво потягивала чай из маленькой чашки, произнес нейтральное «Добрый день», опустился на сиденье напротив, и я чуть не закашлялась: моя фобия снова расцвела пышным цветом: этот индивид словно цель себе поставил ее усилить. Кто, скажите мне, является на субботнюю почти утреннюю встречу в белоснежной рубашке? Я с немым укором посмотрела на своего визави, выдохнула, проглотила наконец застрявший в горле чай и только потом смогла пробулькать что-то вроде «здрасьте».
