Дмитрий Волченко – Монеты 1985 года (страница 7)
– Просыпайся! – улыбнулась Ольга, и почудилось мне в этой улыбке какое-то радостное облегчение.
– Да проснулся уже вроде…
– Ну, давай завтракать! – Ольга протянула мне стакан кофе, разложила пакет с плюшками на столе, и какое-то время мы были заняты поглощением еды. Кофе был хорош, в меру крепкий и насыщенный, захотелось добавить к этому вкусу сигаретного дыма.
– Закурю? – спросил я.
– Кури! – махнула рукой Ольга.
Просмаковав несколько первых затяжек и запив их остатками кофе, я сказал:
– Я, похоже, вспомнил кое-что из 1985 года…
Санкт-Петербург, 2015
Кирилла Плетнева не смущали вызовы к начальству. Начальник отдела с первого же его дела понял, что Кирилл, скорее, талантливый одиночка, которому не стоит мешать или приводить в тонус гневными приказами. Тогда Кирилл трое суток не спал, но выследил похитителей ребенка, требовавших от родителей выкуп, и обезвредил их, что было больше страшно, чем сложно – все трое выходцев из бывших союзных республик находились в эйфории наркотического опьянения. Забравшись в частный дом, снятый преступниками, Кирилл скрутил их по одному, забрал перепуганного ребенка, чуть не застрелил таксиста, отказавшегося везти их без денег, сдал ребенка дежурному по отделению и отключился тут же на лавочке в коридоре. Так что когда его пригласили по внутренней линии к начальнику отдела, Кирилл спокойно подхватил телефон и пошел в приемную.
Секретарь начальника отдела особым расположением к сотрудникам не отличалась, с Кириллом же, напротив, у них с определенного времени возникла взаимная симпатия, впрочем, не простиравшаяся дальше служебных отношений. Подняв на него взгляд, Вера Семеновна улыбнулась уголками глаз и указала на кабинет начальника, давая понять, что там все очень серьезно. Кирилл благодарно кивнул в ответ, подобрался и, постучав, открыл дверь:
– Старший лейтенант Плетнев по Вашему приказанию явился.
Начальник отдела, сухопарый дядька предпенсионного возраста, начинавший службу еще в Советском Союзе, указал на свободный стул возле стола. Кирилл присел и выжидательно посмотрел на полковника Авдеева. Тот заглянул в ежедневник, как будто сверяясь с чем-то, по опыту Кирилл знал, что лучше помолчать, и через какое-то время полковник спросил:
– Материалы из Сибири изучил?
– Так точно.
– Соображения?
– В Новосибирске искать надо. Наш пропавший фигурант и пропавшие в Новосибирске запечатлены в детском возрасте на фотографии, которая оставлена во всех трех случаях. Предположительное время, когда сделана фотография, совпадает с годом выпуска монет, которые каждый раз кладут на фото, судя по всему, с каждым пропавшим на одну монету меньше. Я бы безотлагательно разыскал оставшихся двоих с этой фотографии, расспросил, что случилось в 1985 году, и приставил к ним охрану, есть большая вероятность, что они тоже могут пропасть.
– Логично… Собирайся в командировку – распоряжением МВД России создана опергруппа по этим делам, объединенным в одно, от нас в эту группу входишь ты. Вылетаешь в Новосибирск сегодня, билеты и командировочное заберешь у Веры.
– Есть собираться в командировку!
– Имей в виду, отец одного из пропавших – депутат Госдумы, силы и связи задействованы самые серьезные, права на ошибку не дадут.
– Понял, спасибо.
– Аккуратнее, Кирилл, – Авдеев поднял глаза на стоящего Плетнева и было в его взгляде что-то отеческое.
– Постараюсь. Разрешите идти?
– Иди…
Новосибирск, 2015
Холодова посмотрела на меня с интересом:
– И что же ты вспомнил из 1985?
– Миша Чеботарев.
Я удивился, насколько живым может быть лицо у человека – озадаченность сменилась улыбкой воспоминания, затем пошла работа мысли, сменившаяся удивлением.
– Причем здесь Миша?
– Слушай, я же не сильно понимаю, что происходит и кого вы ищете. В 1985 году я на весенних каникулах заболел у бабушки в Белово, а когда вернулся, мама рассказала, что Миша пропал.
– Ну да, что-то такое припоминаю, но причем здесь ребята из твоего двора?
– Все просто – мама сказала мне, что Миша пошел гулять и не вернулся. Гулять он мог пойти только к нам во двор, в своем у него друзей не было, а с нами он общался не первый год. Поскольку меня не было, с большой долей вероятности он мог встретить во дворе оставшуюся компанию и гулять с ними.
Ольга задумалась, через некоторое время взгляд ее снова стал напоминать рентгеновский луч и она спросила:
– А как в той компании относились к Мише?
Пришла моя очередь задуматься.
– Ну, скорее, его немного недолюбливали. Лидером в компании был Андрей Панин, а Миша был нас постарше, да еще и очень начитанным, и было в нем какое-то упрямство что ли… Когда Андрей что-то неправильно рассказывал или в чем-то ошибался, Миша всегда ему на это указывал. Панин очень злился, я несколько раз пытался Мише объяснить, что это непринципиально, но Миша говорил, что лучше Андрея поправить, чтобы он в следующий раз не ошибался. Вообще, без меня Миша гулял с этой компанией достаточно редко, это я его в неё привел, но в тот день, учитывая, что я должен был вернуться с каникул, Миша вполне мог заглянуть в наш двор и встретиться с ребятами.
– А ты не спрашивал у друзей, когда узнал, что Миша пропал, не видели ли они его?
– Конечно, спрашивал, да только без толку, все как один утверждали, что Миша, пока меня не было, в нашем дворе не появлялся.
– Интересно, попробую поднять архивы, его же искали тогда.
– Про ночь с 19 на 20 сентября…
– Можешь не рассказывать, копии протоколов из сауны у меня на столе, да это уже и не важно!
– А что важно? Что вообще происходит?!
Ольга пристально посмотрела на меня, как будто взвешивая внутри, стоит оно того или нет, опустила глаза, снова подняла и начала рассказывать…
Новосибирск, 1985
Из состояния замерзшего полузабытья Мишу вывел скрежет открываемой двери. В кладовку абсолютно бесшумно зашел мужчина с рюкзаком, фонариком высветил Мишу, замер на секунду, приложил указательный палец к губам и прикрыл за собой дверь. Миша удивился, он не думал, что вечером на стройке кто-то появится. Мужчина подошел ближе, посветил Мише в лицо, ослепив его, затем погасил фонарик и прошептал:
– Ты здесь откуда?
– Мы играли, а потом кто-то закрыл меня в кладовке, – трясущимися губами кое-как ответил Миша.
– Печальная история! – так же шепотом сказал незнакомец. – Давай согреем тебя немного.
По шуршанию Миша догадался, что мужчина достает что-то из рюкзака, и в руках у него оказалась бутылка с длинным горлышком.
– Пей!
Миша отпил, горло обожгло, и он закашлялся.
– Тише! – прошипел незнакомец.
– Вы от кого-то прячетесь? – спросил Миша, чувствуя, как огонь начинает растекаться по его телу.
– Точно! – ответил мужчина. – У нас игра типа «Зарницы», знаешь такую?
– Слышал, – уклончиво ответил Миша, – но играть не доводилось.
– Ну, это мы сейчас поправим. Ты уж извини, отпустить тебя я сейчас никак не могу. Поможешь мне немного, потом я тебя накормлю, спать уложу в тепле, да и отпущу с миром. Как до вокзала дойти, знаешь?
– Знаю, – сказал Миша, которому почему-то было абсолютно не страшно, – а до какого? Дойти до трех вокзалов можно – до Главного, Южного и Восточного. Можно, конечно, и до Западного попробовать, но это совсем далеко.
– Главный нам ни к чему, слишком там тревожно, а какой вокзал в сторону Кемерово?
– Восточный! – не задумываясь, ответил Миша.
– Далеко?
– Метрах в двухстах от этой стройки железная дорога, по шпалам около часа.
– Замечательно, – довольно прошептал незнакомец. – Минут через двадцать пойдем, по дороге и согреешься.