Дмитрий Вектор – Запрещённый свет (страница 3)

Кристалл на стене вспыхнул. Ярко, как магниевая вспышка. Виктория зажмурилась, и когда снова открыла глаза, увидела, что фреска перед ней изменилась. Изображение стало объёмным, фигуры отделились от стены, и казалось, что до них можно дотронуться. Сцена коронации, которую она изучала столько дней, ожила. Существа двигались, их светящиеся одежды колыхались, и хотя она не слышала их голосов, она знала, что они поют.

Но самое невероятное происходило со стеной.

Камень, на котором была написана фреска, становился прозрачным. Медленно, неохотно, словно тающий лёд. Сначала он сделался полупрозрачным, как матовое стекло, и сквозь него начали проступать неясные очертания. А затем он стал совершенно прозрачным, как чистейшая вода.

За стеной был город. Тот самый город из её видения.

Виктория медленно поднялась на ноги, не в силах поверить своим глазам. Она стояла на краю каменной площадки, а перед ней, в нескольких шагах, начинался широкий, изящно изогнутый мост из белого светящегося материала, ведущий к одной из башен подземного города. Под мостом зияла бездонная пропасть, в глубине которой мерцали огни. Воздух был наполнен ароматом озона и незнакомых цветов.

Стена превратилась в портал. В проход.

Но это был не просто проход. Стена не исчезла полностью. Она осталась, но теперь была похожа на дрожащее марево, на мембрану, отделяющую два мира. Сквозь неё всё ещё был виден зал катакомб с его лесами и ящиками, но он казался блёклым, выцветшим, словно старая фотография. Словно её мир был лишь тенью, а настоящая реальность находилась по ту сторону.

"Если ты пересечёшь границу полностью, вернуться будет невозможно", – вспомнила она слова матери из дневника.

Она сделала шаг вперёд, к краю площадки. Её ботинок коснулся поверхности моста. Материал был тёплым и гладким, как отполированная кость. Она замерла, разрываясь между страхом и непреодолимым желанием сделать следующий шаг. Там, в этом сияющем городе, была её мать. Там были ответы.

Именно в этот момент из теней башни на другой стороне моста вышла фигура.

Это был он. Существо с фресок. Высокий, стройный, облачённый в тёмные одежды, которые, казалось, были сотканы из самой ночи. Его лицо было бледным и обладало той совершенной, почти нечеловеческой красотой, которую можно встретить на старинных камеях. Но глаза его глаза были как два осколка звёздного неба, глубокие и тёмные, и в их глубине горел золотистый свет.

Он медленно пошёл по мосту ей навстречу. Его походка была плавной и бесшумной. Он остановился в нескольких шагах от дрожащей мембраны, разделявшей их.

– Наконец-то, – произнёс он. Его голос был низким и мелодичным, с лёгким, почти неуловимым акцентом, словно он говорил на английском, но думал на другом, более древнем языке. – Я ждал тебя, Виктория. Твоя мать была первой, кто смог перейти границу осознанно. Теперь очередь дочери.

Виктория не могла вымолвить ни слова. Она просто смотрела на него, на это невозможное существо из легенд, которое знало её имя.

– Кто ты? – наконец выдавила она, и её голос прозвучал слабо и неуверенно.

Он слегка склонил голову.

– Моё имя трудно произнести на вашем языке. Но вы можете звать меня Каспер. Я хранитель этой границы. И я тот, кто говорил с твоей матерью.

– Где она? – спросила Виктория, и в её голосе прозвучала вся боль и надежда двадцати лет ожидания. – Она жива?

– Жива, – подтвердил Каспер, и его золотистые глаза на миг потеплели. – Она здесь, в Городе Свечей. Но она не может вернуться. Никто не может. Закон Равновесия требует жертвы. Перешедший забывает свой прежний мир, или прежний мир забывает его. Твоя мать выбрала первое. Но ты ты другая. Кровь в тебе сильнее. Ты можешь сохранить память.

Он протянул руку, но не коснулся мембраны, его пальцы замерли в сантиметре от неё.

– У тебя есть выбор, Виктория Харпер. Ты можешь вернуться в свой мир. Портал закроется. Ты забудешь всё, что видела, и будешь жить обычной жизнью, но тебя до конца дней будут мучить ночные кошмары и чувство невосполнимой утраты. Или ты можешь сделать шаг вперёд. Узнать правду о своей матери. Узнать правду о себе. Но пути назад уже не будет.

Виктория посмотрела назад, на тусклый, призрачный зал катакомб. На свою прежнюю жизнь, на мир, который она знала. А потом снова посмотрела вперёд – на сияющий мост, на город невозможной красоты и на существо с глазами, полными звёзд, которое обещало ей ответы.

Она вспомнила последние слова матери в дневнике: "Я не бросила тебя". Она вспомнила своё собственное, почти забытое детское обещание – найти её, чего бы это ни стоило.

Страх всё ещё ледяными тисками сжимал её сердце, но решимость была сильнее. Она глубоко вздохнула, вдыхая странный, пьянящий воздух другого мира, и сделала шаг вперёд, проходя сквозь дрожащую, мерцающую мембрану.

Глава 5. Между двумя Йорками.

Прохождение сквозь мембрану было похоже на погружение в холодную воду. На одно короткое, захватывающее дух мгновение Виктория перестала чувствовать своё тело. Все звуки исчезли, сменившись абсолютной, всепоглощающей тишиной. Она видела одновременно оба мира: зал катакомб, тусклый и серый, как выцветшая фотография, и сияющий мост подземного города, яркий и живой. Они наложились друг на друга, просвечивая один сквозь другой, создавая невозможную, головокружительную картину. Она была нигде и везде одновременно, в точке слияния двух реальностей.

А затем всё кончилось. Сделав последний шаг, она оказалась на тёплой, гладкой поверхности моста. Воздух здесь был другим – чистым, прохладным, с нотками озона и незнакомых цветов. Позади неё мерцающая мембрана всё ещё висела в воздухе, и сквозь неё виднелась её прежняя реальность, но теперь уже она казалась далёкой и призрачной.

Каспер стоял перед ней, и теперь, в свете подземного города, она могла рассмотреть его лучше. Его красота была тревожащей, совершенной и в то же время неправильной. В чертах его лица не было ни единого изъяна, но именно это и делало его нечеловеческим. Кожа была бледной, словно фарфор, а в тёмных волосах играли синеватые блики. Но самым завораживающим были глаза. В их золотистой глубине, казалось, отражались тысячелетия, мудрость и бесконечная печаль.

– Ты сделала выбор, – констатировал он, и в его мелодичном голосе не было ни удивления, ни радости, лишь констатация факта. – Добро пожаловать в Город Свечей, Виктория Харпер.

– Где моя мать? – повторила она свой вопрос, теперь уже твёрже.

– С ней всё в порядке, – ответил Каспер, не отводя взгляда. – Но встреча с ней должна подождать. Сначала ты должна понять, где ты оказалась. И что это значит для тебя. Следуй за мной.

Он развернулся и пошёл по мосту к башне. Виктория, помедлив мгновение, последовала за ним. Она шла и не могла оторвать взгляда от открывавшейся панорамы. Город был ещё более грандиозным, чем в её видении. Шпили из светящегося кристалла уходили вверх, теряясь в полумраке гигантской пещеры. Между зданиями были перекинуты сотни таких же мостов, по которым бесшумно скользили фигуры в длинных одеждах. Внизу, в глубине пропасти, текли реки расплавленного света, освещая нижние ярусы города. Тишины не было – воздух был наполнен тихой, гармоничной музыкой, источника которой она не могла определить.

Они вошли в башню. Внутри не было ни лестниц, ни комнат в привычном понимании. Центральное пространство было полым, и вверх уходил светящийся столб, вокруг которого, словно листья на ветке, располагались площадки-уровни. Каспер шагнул в столб света, и его фигура начала плавно подниматься вверх.

– Не бойся, – донёсся его голос сверху. – Свет понесёт тебя.

Сделав глубокий вдох, Виктория шагнула вслед за ним. Она ожидала чего угодно – толчка, головокружения, – но вместо этого её окутала приятная теплота, и невидимая сила мягко оторвала её от пола. Она поднималась всё выше и выше, пролетая мимо уровней, заставленных книгами в странных переплётах, музыкальными инструментами, похожими на арфы из стекла, и артефактами, которые она не могла идентифицировать.

Наконец, они достигли самого верхнего уровня – просторной круглой комнаты с панорамными окнами от пола до потолка, выходившими на город. Здесь не было мебели, лишь несколько низких подушек, разбросанных по полу.

– Это мой дом. Моя тюрьма, – сказал Каспер, обводя комнату жестом. – Я хранитель границы. Моя задача – следить за тем, чтобы никто не переходил её без разрешения. И я наказан за то, что однажды нарушил этот закон. Я приговорен к вечному одиночеству в этой башне.

– Вы вы спасли человека, – прошептала Виктория, вспомнив дневник матери.

Золотистые глаза Каспера на миг расширились от удивления.

– Она рассказала тебе. В своём дневнике. Да, я спас его. Умирающего солдата в одной из ваших бессмысленных войн на поверхности. Я счёл его жизнь ценной. Совет Глубины счёл это предательством.

Он подошёл к одному из окон.

– Наш мир умирает, Виктория. Медленно, но верно. Кристаллы, дающие нам свет и энергию, тускнеют. Магия иссякает. Совет считает, что единственный способ выжить – вернуться на поверхность. Захватить её. Они верят, что ваш мир принадлежит нам по праву, что мы были изгнаны оттуда тысячи лет назад. Они готовят войну.

– Но моя мать она писала, что может помочь её предотвратить.