Дмитрий Трайнов – Игры теней. Партия начальная (страница 4)

– Постойте, Герард, а язык? Как я пойму местных?

– Пётр, Вы в чём-то чудесно наивны. Неужели Вы смогли бы постигнуть всю увлекательность мира, созданного Талантом, если бы не понимали его языка? Или хотя бы перевода? Тут и минимальное взаимодействие с Тенью сомнительно. Даже если исходить из того, что Вас своей силой в эту тень привёл я, мы же воспринимали слова друг друга. Улавливали смысл. Это значит, что общие языковые корни должны быть. Тень обязательно даст Вам знание хотя бы одного языка, принятого в той местности, где Вы вышли. Если вы говорите на нескольких, то будете в более выгодном положении. А сейчас мне, действительно, необходимо покинуть Вас.

Герард зашагал в сторону от дороги и растворился в тенях деревьев. Пётр остался один, раздумывая уже пора впадать в панику, от того, что он один в незнаком мире, или стоит ещё как-то убедиться, что всё это не мистификация.

Про панику, это так, к слову. Большинство героев фэнтэзи в тех книгах, которые ему довелось читать, делились на две категории. Первая действовали так, как будто для них оказаться в ином мире привычно и естественно. Причём то, что они оказались в новом, осознавалось ими чаще всего интуитивно. Вторая же первые минуты паниковала, а потом успокаивалась и в ближайшее время становилась богами, на худой конец всесильными магами.

Пётр охлопал себя руками, в карманах, когда они выходили из ресторана были бумажник, смартфон, ключи и немного бумажных денег. Ещё мелочь в кармане джинсов. Не то чтобы что-то из этого было так уж необходимо на просёлке в лесу, но вдруг на смартфоне в наличии значок сети, и тогда можно будет понять… Хотя, сомнительно, если Герарду каким-то образом удалось в процессе прогулки его переодеть, то смартфона скорее всего не окажется, как возможно и всего остального.

Изменения в одежде, пока что, казались ему самым загадочным моментом в происшедшем. Правда если быть скептиком до конца, то стройную версию, включающую галлюциноген в бокале, он мог построить без труда. Вот только цель всего приключившегося с ним была неясна. Как-то затея Герарда слишком сложна и затратна, чтобы в конце торжествующе удалиться в лес. Даже кредитные карты вместе со смартфоном не покроют расходов.

Мысль об отсутствии вещей пришла почти сразу просто потому, что в одежде не имелось карманов. Правда на поясе висел какая-то кожаная конструкция, похожая то ли на сумку, то ли на кошель. До этой детали одежды он, читая о средневековых костюмах, не добрался. И там, в этом кошеле, что-то нащупывалось.

Копаться в поясной сумке непонятной конструкции с завязками и ремешками, возможно и удобно, если ты привык. Пётр такой практики не имел. Смартфон не прощупывался точно, а ещё что-то хрустело, когда он попытался определить содержимое сквозь кожу кошеля. Осмотревшись вокруг, места куда можно присесть и высыпать содержимое он не обнаружил. Ну не любил он сидеть на траве ещё с детства. Зелёные следы травы выводились с одежды плохо, а хорошие вещи родители требовали беречь. Садиться на дорогу тоже не хотелось, щёголем Пётр не был, но глинистая красноватая местами высохшая до превращения в пыль дорога не привлекала. Скорее всего, если идти по дороге где-нибудь найдётся место, где будет удобнее.

Можно было зайти в лес и поискать упавшее дерево, или ещё что-то наподобие того. Но Пётр не хотел. Пока солнце не поднялось выше, между деревьями стояли тени. И Пётр честно признался себе, что ему требуется какое-то время, чтобы заставить себя опять иметь дело с тенями. Пускай Герарда рядом уже нет, но осторожность не помешает. «Просто осторожность, да, и не больше», – прошептал он сам себе. Он решил немного пройтись по дороге, и найти более удобное место, а идти в ту сторону куда показал Герард.

Если не знаешь куда идти, то направление не важно, но если есть какой-то шанс, что Герард говорил правду, то стоит последовать его совету. Все эти рассуждения и обдумывания были не нужны. На самом деле Петру просто нужно было отвлечься от случившегося. Давно, ещё когда от только познакомился с Максимом, тот подтвердил открытое самим Петром на практике правило – если не требуются срочные действия, прежде чем принимать решения стоит отвлечься. После этого сконцентрироваться на задаче будет проще. О том же говорил и Денис, правда он формулировал это как какие-то правила медитаций, но идея была очевидна и незамысловата, для лучшей концентрации требуется предварительное расслабление.

Шагая по дороге, Пётр постарался выбросить из головы всё, что случилось и сконцентрировал внимание на встречавшихся неровностях. А заодно изредка присматривался к окружающему лесу. Не то чтобы специально искал, но должны же быть какие-то съезды на стоянки, если трактом пользуются. Правда если дорога не очень длинная, то, возможно, он скорее выйдет к какому-нибудь селу или деревне. Тогда и информации будет больше, и на подходе к поселению должны найтись какие-нибудь, как там, вырубки, расчистки. Это если Герард не обманул. В противном случае содержимое этого кошеля он рассмотрит в ещё более удобных условиях, и совсем в других целях. Для того чтобы отыскать следы шутника. Пётр такие шутки не любил. И был уверен, что друзья помогут объяснить весельчаку насколько тот неправ.

Пётр прошагал почти час, и уже начал подумывать, что стоит без затей зайти в лес и найти упавшее дерево, когда справа показался просвет в деревьях. В разрыве стены деревьев виднелась поляна, где трава была выбита и утоптана, а к площадке был съезд. И даже две колеи на въезде просматривались, там, где дёрн местами был продавлен колёсами. Осматривать небольшое поле, скорее лужайку Пётр не стал, может Максиму бы следы что-нибудь и сказали, но сам он в лучше случае видел, что это стоянка, и останавливалась здесь большая компания. Кострищ было два, и рядом с одним был довольно приличный вытоптанный прямоугольник, а рядом со вторым лежало очищенное от веток дерево. Подойдя ближе, он убедился, что дерево не хвойное. На этом исследование поляны завершилось. Играть в индейцев и следопытов Пётр не собирался.

Теперь, расположившись на дереве и сняв кошель вместе с поясом, тот оказался почти частью пояса, можно было углубиться в изучение его содержимого. Провести ревизию то ли оставшихся, то ли доставшихся ему вещей. Заодно, в процессе возни с завязками обнаружилось, что за большей поясной сумкой прятался кисет, именно его завязки, Пётр с непривычки принял за крепление сумки. То, что это именно кисет, стало понятно по содержимому: табаку и небольшой трубке. И ещё там присутствовала какая-то металлическая пластина и камешек, завёрнутые в обгоревшую тряпочку.

Тряпочку он уже почти выбросил, но прикинув зачем всё это хранилось в кисете, рассмеялся. Смеялся он не от радости, что догадался, что это, а потому, что неделю назад в очередной раз бросил курить, а зажигалка и полупустая пачка до вчерашнего дня продолжали болтаться в боковом кармане пиджака. Но у удачной шутки Теней, или Герарда была и оборотная сторона, теперь у него было чем разжечь огонь, если потребуется.

Решив, что бросить курить ещё раз, когда «шутка» закончится, он всегда успеет, Пётр набил трубку и закурил. Это отняло некоторое время, последний раз трубку он курил лет тридцать назад, а добывал таким способом огонь, вообще впервые.

Дальнейшие изыскания, уже в сумке дали ему два листа бумаги, оба с сургучными печатями, а один ещё и с водяными знаками и небольшой кошелёк – мешочек, в котором что-то звенело. Просмотрев бумаги, он опять улыбнулся, детализация «шутки» была на высоте. В одном письме достаточно тяжеловесными оборотами какой-то гильдейский купец рекомендовал некоего Петера как отличного приказчика, знающего, ответственного, дальше читать он не стал. А второе письмо можно было рассматривать как гарантию, чек или вексель, получателем которого был Петер, сын Панкраца, именно тот Петер, которого рекомендовало предыдущее письмо.

Наверное, Пётр ещё раз бы посмеялся, потому что рекомендательное письмо и чек вполне могли быть аналогом бумажника, карточек и документов, но смех умер, когда из маленького кошелька на ладонь упал золотой, пятнадцать серебряных и десяток медяков.

Он не помнил сколько денег у него было с собой, да и не важен был курс, по которому ему «пересчитали» наличные. Просто, ради шутки чеканить золотые и серебряные монеты – это через чур. Деньги и возможность здесь не главное, просто среди его окружения за последние годы, никому не хватило бы фантазии на такое.

Он собрал содержимое сумки обратно, выколотил трубку о подошву туфли, или ботинка, больше похожего на мокасин, и ещё немного посидел, размышляя о том, что, скорее всего, Герарду придётся поверить, пока. До того момента, когда появится что-то новое, что качнёт весы в ту или другую сторону. Стараясь уложить письма так, чтобы не помять, Пётр нащупал ещё одну вещь, которая сначала показалась ему частью сумки, что-то вроде жёсткой перегородки между отделениями. Это был блокнот со вставленным между блоком и корешком карандашом. То, что карандаш свинцовый уже не удивило. Скорее поразил выбор функции, похоже, единственной реализуемой функции смартфона в этой Тени.

Нужно было идти дальше, но после всех «открытий» накатила апатия. Сомнения и разочарования могут сказаться на любом человеке, даже на обычно решительном и сильном.