Дмитрий Трайнов – Игры теней. Партия начальная (страница 3)

– Тогда о каком предложении с Вашей стороны идёт речь? В самом начале Вы говорили о предложении. Если просто поверить, то я поверил, – в голосе Петра Всеволодовича прорезалось торжество, не сильно, так чтобы не обидеть, но всё-таки.

– Я предлагаю Вам сыграть партию в чужом мире, точнее в другой Тени. Не матч, не полноценную игру, а только одну партию.

– Герард, извините, во-первых, я не понимаю, чем партия отличается от игры или матча в Вашем понимании, а во-вторых, зачем мне чужой мир, чтобы это не значило? И в чём заключается сама игра? – теперь раздражение Петра было явным.

Он был раздражён даже не на собеседника, а на себя. Вроде всё, выкрутился, ан нет. Пётр Всеволодович помахал рукой подзывая официантку, пора заканчивать этот, с позволения сказать, разговор.

– У Вас есть шансы стать ходящим в тенях, если Вам удастся в течение некоторого времени остаться собой в другой Тени. А я могу Вас научить. Это то, что можете получить Вы, Пётр в случае победы в партии, в короткой игре.

– То есть, я смогу… по-вашему я смогу переиграть… – сунув карточку в терминал и набрав пин код, Петр опять вернулся к собеседнику.

– Нет, этого я не говорил, но и такая вероятность допустима. Не для меня, конечно же. А Вы, кто знает. Но я не обещаю невозможного. Только умение, если оно для Вас достижимо. А уж как Вы его используете – это Ваше дело.

– «Да он со мной играет, как рыбу водит!» – пронеслось в голове Петра, – «только бесплатных призов в лотерее нет, уж я-то знаю. А ещё он абсолютно серьёзен и уверен в себе. Почему? Ведь он говорит о невозможном. И настолько самоуверен, что даже тошно. И если я знаю, что это невозможно, то почему не пойти до конца и не увидеть, как у него ничего не получится».

– А Вам это зачем, Герард? Я не верю в подарки незнакомцев. А ещё Вы говорили, что можете что-то доказать. Продемонстрировать мне так, что я пойму. – раздражение теперь искало выхода, и фраза прозвучала даже резче, чем хотелось бы.

– Показать? Да, но в этом есть смысл только в том случае, если Вы действительно верите и соглашаетесь сыграть. Иначе, мы просто расстаёмся, и Вы остаётесь с убеждением, что встретили в ресторане тихого сумасшедшего, – теперь и Герард, похоже уловивший раздражение собеседника, не скрывал, что просто подначивает его.

– Сколько это займёт времени?

– Я думаю, что Вы поверите в то, что я говорю правду, в течение нескольких часов. А партия… я думаю пару недель.

Ну да, через пару часов, и этот хлыщ признается, что у него не получилось, и предложит попробовать в другой раз. Почему Петру вдруг так захотелось чтобы собеседник опростоволосился, он и сам не понимал. Вероятно, так подействовал трюк с девяностыми. Или ситуация, где он оказался ведомым в дискуссии, чего не случалось уже давно. Он даже готов был сразу начать проверку, но всё-таки многие годы работы с документами заставили его уточнить хоть что-то.

– Хорошо, Герард, я согласен сыграть. Давайте оговорим все условия и начнём. – и только выговорив эту фразу, он понял, что его всё-таки провели, поймали на слабо.

Герард встал, положил на стол пятитысячную бумажку, подумал, мечтательно улыбнулся, и добавил ещё одну.

– Не жалко, пойдёмте, Пётр, – он приглашающе махнул рукой, и пошёл к выходу из ресторана.

Они вышли из ресторана и пошли направо в сторону метро. Машины, как и днём продолжали двигаться по проезжей части так же целеустремлённо и неторопливо. Может только направление поменялось. Яркие рекламы и фонари, конечно же не делали ночь днём, но ярко освещали всё, даже неровности пресловутой тротуарной плитки. Пётр Всеволодович привычно подумал, что город не спит, в такие дни город ложится, когда в других местах уже пора вставать.

Неторопливое течение мыслей нарушило то, что, не дойдя до станции, Герард свернул в проход двора, заполненный тенями. Петр от неожиданности замешкался.

– Не отставайте, неровен час, потеряетесь, – голос Герарда прозвучал насмешливо.

Пётр поймал себя на мысли, что тени ведут себя очень странно. С освещённой улицы падал свет, и их с Герардом тени должны были быть перед ними, но теней не было. Пётр оглянулся, но и сзади они тоже не отбрасывали тени. Зато тени во дворе с каждым шагом сгущались, а одна, к которой свернул направо Герард, на глазах уплотнилась, а потом раздалась в стороны открывая проход. Проход, которого Пётр, ходивший по этому двору много лет, вспомнить не смог.

Герард шагнул шире, и Петру пришлось догонять его почти бегом. Смотреть по сторонам стало некогда. Герард, казалось, шёл всё быстрее, иногда внезапно сворачивал, и тогда в ощущаемой до этого нерушимой стене перед ними, прячущейся в очередной тени, открывался проход. Несколько раз тени переставали напоминать городские. Перед Петром среди вроде бы кирпичных, или каменных стен, вдруг оказывались тени похожие на тени деревьев.

Пётр заметил, что Герард не наступает на лежащие перед ним тени, а поворачивает каждый раз перед ними. Он попытался осмотреться, и мгновенная потеря концентрации на спутнике сыграла с ним шутку, он не успел повернуть и наступил в одну из теней.

– Осторожнее, ласки теней обманчивы, кто знает, что они принесут или заберут.

– А что может случиться? Вы не предупреждали меня об этом.

– Пойдёмте, Пётр, если бы что-то случилось, оно бы уже случилось, – собеседник явно не хотел говорить больше, чем уже сказал.

– Но…

– Пойдёмте, Вы хотели доказательств. И старайтесь не наступать в тени. Теперь я Вам сказал.

Пётр шагнул из тени к Герарду. Тень как живая потянулась за его ногой, а потом вернулась на место. Если у него не галлюцинации, то в присутствии Герарда тени действительно ведут себя странно. Но это ещё ничего не доказывает, они никуда не пришли.

Пётр опять сконцентрировался на том, как двигается Герард, и они пошли дальше. Чувство времени подводило, казалось, что они идут уже несколько часов, и он должен был бы хоть немного устать, но пока не устал. Теперь он не решался смотреть по сторонам, но то, что он замечал под ногами не всегда походило на обычные тени зданий, которые можно увидеть в городе.

– Вот и пришли, – Герард опять шагнул куда-то вбок в сторону тени, напоминающей дерево.

Глава 1. НЕУДАЧНЫЙ ДЕБЮТ. О ДИВНЫЙ НОВЫЙ МИР

Последний шаг вывел Петра и его спутника, правда кто из них являлся спутником можно поспорить, на укатанный просёлок. Они как будто шагнули из тени леса в наступающее утро.

«Какой лес? Какая дорога?» – вот первая мысль, которая заняла всё внимание. Так случается, когда мозг отказывается воспринимать что-то, что ты видишь, и цепляется за нечто привычное. Лес был привычным. И первая мысль оказалась – «ходили до утра и пришли в какой-то парк, вот уже и утро наступило».

Пётр привычно поднял глаза, в Москве невозможно такое, чтобы, оказавшись даже в Сокольниках или Лосином и подняв глаза над деревьями, ты не увидел признаков мегаполиса. Дома, телебашня, что-нибудь обязательно присутствует. А ещё дорога. Даже на самой дальней и узкой тропинке любого парка неизбежно присутствие следов человека. Современный же горожанин оставляет после себя обломки кирпича, асфальта, бетона, окурки. Здесь городом и не пахло. Отпечатки колёс телеги и копыт наводили на мысль, что современность этой «проезжей части» абсолютно чужда.

Мгновенно и другие странности разом бросились в глаза. На спутнике Петра больше не было костюма тройки, галстука. И забавные ковбойские сапоги тоже преобразились. Герард выглядел как дворянин на поздних иллюстрациях книг о французском дворянстве. Не совсем так, как было бы правильно, Пётр как-то залез в книгу по истории костюма, и выяснилось, что иллюстраторы, да и сами авторы достаточно вольно описывают тогдашние элементы одежды. Здесь было именно такое смешение французского итальянского и немецкого стилей разных веков. Серая рубашка, поверх которой одет кожаный жилет. Брюки узкие, но не чулки и не трико, обычные чёрные брюки и сапоги с острыми, но привычной длины носами. На плечах был плащ с пелериной. Вроде без излишеств, но простота не оставляла сомнений, что все вещи качественные и дорогие. В жабо рубашки виден крупный красный камень, жилет вышит серебряной нитью.

– Как это, Герард? – Пётр вытянул руку, и вместо того, чтобы закончить вопрос, уставился на рукав собственной одежды.

– Да бросьте, Пётр, естественно, Тень изменила вашу одежду. Было бы смешно, если Вы попытались бы ходить здесь в Ваших джинсах, пиджаке, ну, Вы понимаете. Кстати, заметьте, Тени вы нравитесь. На Вас костюм зажиточного горожанина, а не какого-нибудь работяги, что вполне могло бы получиться из джинсов.

– То есть это была не шутка?

– Помилуйте, какие шутки, фигуры расставлены и уже начали ходы, а скоро Ваш ход. Партия уже началась. Да, как мы и обсуждали, не слишком важная, короткая, но партия. А у этих игр только два исхода. Но я дам Вам фору… можете сами выбрать сторону.

– Но как…, а как я пойму результат? И… да, и с чего начинать?

– Не беспокойтесь, в конце я Вас найду. Конечно, если Вы останетесь в живых, риск неотъемлемая часть, Вы и сами помните. А начинать…, пожалуй, если вы пойдёте туда, дебют будет короче и острее, – он указал рукой, на которой блеснул крупным светлым камнем перстень, на дорогу вправо от себя, – а мне пора. Надеюсь, до встречи, Пётр.