Дмитрий Романов – Сосудистые мальформации (страница 3)
Данные лазеры не оставляют выраженной пурпуры, что снижает время реабилитации и риск развития пигментных осложнений.
Антиангиогенная терапия
Еще один новый метод лечения капиллярных мальформаций – это одновременное применение сосудистых лазеров и местных препаратов, которые ингибируют ангиогенез или неоваскуляризацию. Существует пилотные исследования, демонстрирующие умеренную эффективность у нескольких пациентов, получавших PDL и имиквимод.
Имиквимод – это иммуномодулирующее средство, которое используется при лечении многих кожных заболеваний, от вирусной инфекции ВПЧ (вирус папилломы человека) до злокачественных новообразований кожи. Известно, что он ингибирует процесс ангиогенеза, что является основой для оценки потенциальной роли данного препарата в лечении капиллярной мальформации. Однако применение данного препарата в детской практике противопоказано.
Рапамицин, ингибитор ангиогенеза, действует через мишень рапамицинового рецептора, который подавляет индуцируемый фактор роста эндотелия сосудов. Возможно, в будущем рапамицин может оказаться эффективным препаратом в качестве комбинированной методики в сочетании с лазерным лечением. В настоящее время исследования в данном направлении продолжаются, чтобы продемонстрировать безопасность и эффективность лечения.
Хирургическое лечение
В большинстве случаев при локальном поражении дермы, капиллярная мальформация хирургического вмешательства не требует. Однако у пациентов с сопутствующим разрастанием мягких тканей и костей (как это наблюдается у многих пациентов с синдромом Стерджа – Вебера) дополнительное хирургическое лечение может быть необходимым для восстановления нормальной анатомии. В недавнем исследовании синдрома Стерджа-Вебера и связанного с ним избыточного роста тканей, 60% пациентов отметили ту или иную степень увеличения лица. Чаще всего сообщалось о гипертрофии губ, щек или лба. Также, часто наблюдался чрезмерный рост костей черепа (особенно верхняя челюсть) в области капиллярной мальформации. Многим из этих пациентов (36%) с чрезмерным ростом были проведены хирургические процедуры, большинство из которых заключались в удалении избыточной ткани.
Другой распространенной проблемой пациентов с капиллярной мальформацией являются пиогенные гранулемы. Их необходимо удалять с помощью электрокоагуляции или радиочастотной абляции, поскольку они не проходят самостоятельно и в большинстве случаев осложняются кровотечением и активным ростом.
Список литературы
1. Metzker A, Shamir R. Butterfly-shaped mark: a variant form of nevus flammeus simplex. Pediatrics 1990;85 (6):1069—71.
2. Guggisberg D, Hadj-Rabia S, Viney C, et al. Skin markers of occult spinal dysraphism in children: a review of 54 cases. Arch Dermatol 2004;140 (9): 1109.
3. Wright DR, Frieden IJ, Orlow SJ, et al. The misnomer «macrocephaly-cutis marmorata telangiectatica congenita syndrome»: report of 12 new cases and support for revising the name to macrocephalycapillary malformations. Arch Dermatol 2009; 145 (3):287.
4. Gonzalez ME, Burk CJ, Barbouth DS, et al. Macrocephaly-capillary malformation: a report of three cases and review of the literature. Pediatr Dermatol 2009;26 (3):342
5. Cordoro KM, Speetzen LS, Koerper MA, et al. Physiologic changes in vascular birthmarks during early infancy: mechanisms and clinical implications. J Am Acad Dermatol 2009;60 (4):669—75.
6. Swerlick RA, Cooper PH. Pyogenic granuloma (lobular capillary hemangioma) within port-wine stains. J Am Acad Dermatol 1983;8 (5):627—30.
7. Rajan N, Natarajan S. Impetiginized eczema arising within a port-wine stain of the arm. J Eur Acad Dermatol Venereol 2006;20 (8):1009—10.
8. Mulliken JB, Glowacki J. Classification of pediatric vascular lesions. Plast Reconstr Surg 1982;70 (1): 121.
9. Pascual-Castroviejo I, Pascual-Pascual S, Velazquez-Fragua R, et al. Sturge-Weber syndrome: study of 55 patients. Can J Neurol Sci 2008;35 (3): 301—7.
10. Comi AM. Sturge-Weber syndrome and epilepsy: an argument for aggressive seizure management in these patients. Expert Rev Neurother 2007;7 (8): 951e6.
11. Hennedige AA, Quaba AA, Al-Nakib K. Sturge-Weber syndrome and dermatomal facial port-wine stains: incidence, association with glaucoma, and pulsed tunable dye laser treatment effectiveness. Plast Reconstr Surg 2008;121 (4):1173—80.
12. Nelson JS, Geronemus RG. Redarkening of portwine stains 10 years after laser treatment. N Engl J Med 2007;356 (26):2745—6
13. Hershkovitz D, Bercovich D, Sprecher E, et al. RASA1 mutations may cause hereditary capillary malformations without arteriovenous malformations. Br J Dermatol 2008;158 (5):1035—40.
14. Boon LM, Mulliken JB, Vikkula M. RASA1: variable phenotype with capillary and arteriovenous malformations. Curr Opin Genet Dev 2005;15 (3): 265—9.
15. Revencu N, Boon LM, Mulliken JB, et al. Parkes Weber syndrome, vein of Galen aneurysmal malformation, and other fast-flow vascular anomalies are caused by RASA1 mutations. Hum Mutat 2008; 29 (7):959—65.
16. Kienast AK, Hoeger PH. Cutis marmorata telangiectatica congenita: a prospective study of 27 cases and review of the literature with proposal of diagnostic criteria. Clin Exp Dermatol 2009;34 (3): 319—23.
17. Fujita M, Darmstadt GL, Dinulos JG. Cutis marmorata telangiectatica congenita with hemangiomatous histopathologic features. J Am Acad Dermatol 2003;48 (6):950—4.
18. Ulrich S, Fischler M, Walder B, et al. Klippel-Trenaunay syndrome with small vessel pulmonary arterial hypertension. Thorax 2005;60 (11):971—3.
19. Minkis K, Geronemus RG, Hale EK. Port wine stain progression: a potential consequence of delayed and inadequate treatment? Lasers Surg Med 2009; 41 (6):423—6.
20. Lam SM, Williams EF. Practical considerations in the treatment of capillary vascular malformations, or port wine stains. Facial Plast Surg 2004;20 (1):71—6.
21. Owens WW, Lang PG. Herpes simplex infection and colonization with Pseudomonas aeruginosa complicating pulsed-dye laser treatment. Arch Dermatol 2004;140 (6):760—1.
22. Strauss RM, Sheehan-Dare R. Local molluscum contagiosum infection as a side-effect of pulsed-dye laser treatment. Br J Dermatol 2004;150 (5):1047—9.
23. Jasim ZF, Handley JM. Treatment of pulsed dye laser-resistant port wine stain birthmarks. J Am Acad Dermatol 2007;57 (4):677—82.
24. Yang MU, Yaroslavsky AN, Farinelli WA, et al. Longpulsed neodymium: yttrium-aluminum-garnet laser treatment for port-wine stains. J Am Acad Dermatol 2005;52 (3 Pt 1):480—90.
25. Kono T, Frederick Groff W, Chan HH, et al. Longpulsed neodymium: yttrium-aluminum-garnet laser treatment for hypertrophic port-wine stains on the lips. J Cosmet Laser Ther 2009;11 (1):11—3.
26. Borges da Costa J, Boixeda P, Moreno C, et al. Treatment of resistant port-wine stains with a pulsed dual wavelength 595 and 1064 nm laser: a histochemical evaluation of the vessel wall destruction and selectivity. Photomed Laser Surg 2009;27 (4):599—605.
27. Izikson L, Nelson JS, Anderson RR. Treatment of hypertrophic and resistant port wine stains with a 755 nm laser: a case series of 20 patients. Lasers Surg Med 2009;41 (6):427—32.
28. Reynolds N, Exley J, Hills S, et al. The role of the Lumina intense pulsed light system in the treatment of port wine stainsda case controlled study. Br J Plast Surg 2005;58 (7):968—80.
29. Ozdemir M, Engin B. Mevlitoglu I. Treatment of facial port-wine stains with intense pulsed light: a prospective study. J Cosmet Dermatol 2008;7 (2):127—31.
30. Faurschou A, Togsverd-Bo K, Zachariae C, et al. Pulsed dye laser vs. intense pulsed light for portwine stains: a randomized side-by-side trial with blinded response evaluation. Br J Dermatol 2009; 160 (2):359—64.
31. Yuan K, Li Q, Yu W, et al. Comparison of photodynamic therapy and pulsed dye laser in patients with port wine stain birthmarks: a retrospective analysis. Photodiagnosis Photodyn Ther 2008;5 (1): 50e7.
Лимфатическая мальформация
ЭТИОЛОГИЯ
Причины возникновения и развития лимфатических мальформаций (ЛМ) до сих пор полностью не изучены, остается очень много вопросов в тактике ведения данных пациентов и выборе методов лечения.
Эмбриональное развитие лимфатических сосудов начинается с перестройки венозных эндотелиальных клеток в лимфатические эндотелиальные клетки под влиянием факторов транскрипции (PROX1, SOX18 и COUPTF2). Затем эти клетки мигрируют и размножаются в окружающей мезенхиме, образуя первичные лимфатические мешочки, которые, расширяясь, образуют первичную древовидную лимфатическую сосудистую сеть, это происходит под действием сигнального пути VEGF-C/VEGFR-3 и ангиопоэтина-1. Считается, что нарушение регуляции данных процессов может привести к патологическому изменению лимфангиогенеза и образованию лимфатической мальформации. Проведенные исследования демонстрируют, что соматически активирующиеся мутации фермента PIK3CA могут нарушить и активировать клеточный сигнальный путь PI3K/AKT/mTOR, который участвует в ангиогенезе и лимфангиогенезе, а также в росте клеток и их метаболизме. Данные изменения могут приводить к развитию лимфатических мальформаций, но точный механизм четко не определен.