Дмитрий Распопов – В синем море, в белой пене (страница 6)
אֵיזֶהוּ גִבּוֹר? הַכּוֹבֵשׁ אֶת יִצְרוֹ, שֶׁנֶּאֱמַר: «טוֹב אֶרֶךְ אַפַּיִם מִגִּבּוֹר, וּמוֹשֵׁל בְּרוּחוֹ מִלֹּכֵד עִיר».
אֵיזֶהוּ עָשִׁיר? הַשָּׂמֵחַ בְּחֶלְקוֹ, שֶׁנֶּאֱמַר: «יְגִיעַ כַּפֶּיךָ כִּי תֹאכֵל, אַשְׁרֶיךָ וְטוֹב לָךְ»; «אַשְׁרֶיךָ» — בָּעוֹלָם הַזֶּה, «וְטוֹב לָךְ» — לָעוֹלָם הַבָּא.
אֵיזֶהוּ מְכֻבָּד? הַמְּכַבֵּד אֶת הַבְּרִיּוֹת, שֶׁנֶּאֱמַר: «כִּי מְכַבְּדַי אֲכַבֵּד, וּבֹזַי יֵקָלוּ»*
Продекламировал я ему, слова мудреца Симеона бен Зома.
Иосиф Колон стоял потрясённый и качал головой, слыша мой правильный иврит, которому он сам же меня и научил.
— Мы столько лет знакомы, сеньор Иньиго, — наконец сказал он, когда пришёл в себя, — но каждый раз вы находите, чем меня удивить. Христианин, читающий Мишну на правильном иврите? Кому расскажу, мне никто не поверит.
— Давай я тебя тогда добью окончательно, — улыбнулся я, — cлова мудреца о мудрости подкреплены — Псалмами 119:99, о силе — Притчами 16:32, о богатстве — Псалмами 128:2 и о чести — I Царство 2:30.
* — Кто мудр? Тот, кто учится у каждого. Как сказано: «От всех моих учителей я набрался мудрости»;
— Кто силён? Тот, кто контролирует свои порывы. Как сказано: «Лучше тот, кто медленно гневается, чем тот, кто силён, лучше тот, кто управляет своим духом, чем тот, кто захватил город».
— Кто богат? Тот, кто доволен тем, что у него есть. Как сказано: «Если ты ешь то, что добыл своим трудом, то ты счастлив, и тебе воздастся»; «ты счастлив в этом мире, и тебе воздастся в мире грядущем»;
— Кого почитают? Того, кто почитает всех! Как сказано: «Ибо тем, кто почитает Меня, Я воздаю почетом; а те, кто презирает Меня, будут унижены»
Еврей схватился за голову, но уже больше в притворном ужасе, поскольку он уже отошёл от первого шока.
— Выставить вас, сеньор Иньиго, против любого раввина которого я знаю, — он качал головой, — и я даже не знаю, на победу кого бы я поставил.
— Ладно, пошутили, блеснули эрудицией и хватит, — вернулся я к основному нашему разговору, — что ещё у тебя по нашему бизнесу?
— Да, собственно говоря, только последнее, сеньор Иньиго, — Иосиф Колон тяжело вздохнул, — когда вы уже заберёте у меня своё серебро?
— Какое серебро? — не понял я его сначала.
Иудей показал мне на шею, где висел шекель и с намёком ответил.
— То самое, сеньор Иньиго, что мы тщательно собираем во всех ломбардах и банках, а его нам весьма бодро приносят люди, поскольку курс обмена старых шекелей, более чем привлекательный.
Мои глаза расширились.
— И много мы уже успели набрать?
Иосиф Колон снова тяжело вздохнул.
— Я перестал считать, сеньор Иньиго, у меня в подвале уже больше десяти сундуков скопилось и их уже некуда ставить.
— Едем! — у меня загорелись глаза, — я хочу видеть их сам!
Он хоть и удивился моему внезапному порыву, но зная отчасти, зачем мне монеты, понимающе кивнул.
— Сара будет рада, — улыбнулся он и я позвал Ханса заложить мне повозку, поскольку поедем туда вместе с Иосифом.
Через десять минут мы выехали, и уже скоро я стоял с открытым ртом посреди закрытых сундуков и правда стоящих вплотную друг к другу, так что не было даже свободного места, но главное, что при всём при этом, мне взгляд заслоняли системные сообщения из нейроинтерфейса, которые всё сыпались, пока я приходил в себя.
—
—
—
—
Сообщения всё сыпались и сыпались, так что я с трудом всё это взглядом почистил, чтобы они меня не отвлекали. Но смотря на все эти сундуки, я понял одно, что работы по их разбору тут не на неделю и даже скорее всего не на две. Мне здесь жить нужно будет, чтобы каждую монету перещупать.
— «Нужно будет посмотреть в настройках нового интерфейса, — подумал я про себя, — может что нового добавилось на этот счёт? А пока к сожалению придётся оставить всё как есть».
— Охрана в доме надёжная? — я повернулся к ожидающему меня Иосифу Колону.
Тот не ответил, а лишь молча кивнул.
— Я усилю её своими солдатами, — решил я, — пока, к сожалению, у меня нет времени на их разбор, но после возвращения с войны, я займусь этим, первым же делом. Подготовь мне комнату и всё нужное для этого.
— Уже всё готово, сеньор Иньиго, — улыбнулся мне еврей, — я ведь знал, что вас обрадует то, сколько монет мы уже нашли.
— Ты прав, я очень доволен, — кивнул я, — а потому вопрос, что я могу ещё для тебя сделать, в качестве благодарности за это?
Иудей сразу замахал руками.
— Нет, вы что сеньор Иньиго! — забеспокоился он, — мне хватит уже того, что вы разрешили мне напечатать свои труды в вашей типографии. Мне большего не нужно, я всё и так зарабатываю, работая на вас.
— Тогда хотя бы я оплачу работу типографии за первый тираж, — не сдавался я, — пусть это будет мой подарок тебе, за хорошо выполненную работу. Которая к тому же важна лично для меня.
Иосиф Колон покачал головой, но отказываться не стал. Он низко мне поклонился и ответил.
— Благодарю от всего сердца, сеньор Иньиго, и конечно принимаю ваш щедрый дар.
Глава 4
— Сеньор Иньиго! Какая радость! Вы вернулись! — услышал я, когда, поднявшись из подвала с серебром, мы с Иосифом нашли в комнате старика, нянчившую на коленях недавно родившуюся правнучку.
— Сеньор Авраам, — улыбнулся я ему, видя еврея в необычном для меня амплуа прадедушки, — а мы недавно как раз о вас говорили.
— Надеюсь только хорошее? — улыбнулся он в ответ.
— Почти, — хмыкнул я, проходя и садясь напротив него, параллельно кивнув Саре, которая смущённо мне поклонилась.
Старик нахмурился, передал ребёнка служанке и поняв, что разговор пойдет о делах, попросил всех выйти из комнаты.
Внучка вместе со слугами и ребёнком, с поклоном покинула комнату.
— Так почему почти, сеньор Иньиго? — озабоченно поинтересовался у меня он, косясь при этом на зятя.
— Иосифу не хватает мудрых, надёжных и главное авторитетных людей, которых уважают все, — подлизался я к старику, умаслив его эго.
У меня это получилось, поскольку он тут же расслабился и посмотрел на меня довольно.
— Чем я могу вам помочь? — поинтересовался он.
— Возглавьте банковское дело, сеньор Авраам, а я займусь только ломбардами, — предложил сам Иосиф Колон, — мороки с ними сейчас много, как и поездок, поэтому я предлагаю вам что-то, где не нужно будет много ездить.
— Банковское дело — это хорошо, но где конкретно? — осторожно поинтересовался старик.
— Везде, сеньор Авраам, — ответил я за Иосифа, — везде, где мы присутствуем.
Его взгляд стал серьёзным.